Ткач иллюзий - Бялоленьская Эва - Страница 25

Наевшийся и старательно вылизанный дракон ничем не напоминал худое взъерошенное существо, каким он был два дня назад. Выхоленный, озорной, с живым блеском в глазах, он решил, что полностью пришел в себя, набрался сил и легко может нести на себе человека даже в два раза более тяжелого, чем Камушек. Гораздо хуже чувствовал себя будущий пассажир. Он по-прежнему с недоверием относился к идее Пожирателя Туч, и только боязнь показаться трусом удерживала его от категорического отказа от необычного путешествия.

Пожиратель Туч был сложен с кошачьей экономностью. Если б лишить дракона его толстой меховой шубы, то он, верно, представлял бы собой просто потрясающее зрелище. Худой, угловатый, состоящий в основном из костей, жил и сухожилий. Только на спине и плечах находились довольно толстые подушки мышц — там, где нужно было прикладывать большое усилие для движения огромных крыльев. А упряжь, сделанная Повелителем ветров, почти вся утонула в густой драконьей шерсти. Две петли по бокам служили стременами для ног наездника. Еще одной веревкой можно было привязать себя за пояс.

Пожиратель Туч предупредил, что наверху всегда очень холодно, поэтому Медный вытащил из сундука свою старую, подбитую мехом моряцкую куртку, которой до сих пор спокойно питалась моль, поскольку в теплом климате Ленгорхии она оказалась совершенно не нужна. Камушек послушно натянул воняющее смолой одеяние, но полагал, что все эти меры излишни. Стояла такая жара, что в тяжелой куртке он сразу почувствовал себя чуть не сварившимся. А тут еще Медный ему пытался всучить толстый шерстяной шарф! Мальчик только тяжело вздохнул, про себя намереваясь тут же раздеться, едва только скроется с глаз мага.

Он в последний раз низко свесился с драконьей спины, подавая на прощанье руку Медному и Монете. Они стиснули друг другу запястья по ленгорхианскому обычаю.

«Ты там присматривай за Пожирателем Туч», — с улыбкой напомнил Повелитель ветров.

Камушек, искренне развеселившись, широко усмехнулся. От кого или от чего он мог бы охранять эту огромную скотинку? Разве что уберечь его от совершения очередных глупостей.

Непонятно, почему Пожиратель Туч выбрал для старта место рядом с опасным обрывом. Долгие годы волны прилива вырывали тут куски берега, пока не создали крутую высокую стену, отделенную от океана только узенькой полоской каменистого пляжа. У Камушка были некоторые подозрения, но он предпочитал не выяснять заранее намерения дракона. Они и так стали ясны, когда он рысью пустился прямо к пропасти. У мальчика сердце подскочило, как испуганная лягушка, и застряло в горле. Он плотно стиснул веки, изо всех сил вцепившись в драконий мех. И вдруг почувствовал порыв ветра и характерную судорогу, бегущую от живота аж до головы — точно на внезапно сорвавшихся вниз качелях. А когда он все-таки осмелился открыть глаза, у него перехватило дух от самого прекрасного зрелища в мире.

Дракон величественно скользил по воздуху, точно живой воздушный змей, а под ним простирался изумительный мерцающий голубой океанский простор. Дуновение ветра с шорохом мазнуло Камушка по ушам — это Пожиратель Туч установил мысленную связь. Дракон два раза взмахнул крыльями в поисках нового воздушного течения. Мальчик чувствовал, как волнами переливаются под ним могучие мышцы, они несли его без всякого усилия, точно муху, усевшуюся на плечо великану. Пожиратель наклонился на левое крыло, заложил плоскую воздушную петлю и длинным скользящим движением нырнул к самой воде, трубя при этом, как портовый противотуманный гудок. Гигантское голубое пространство летело навстречу дракону и его седоку. Камушка переполняли одновременно страх и восторг. Он почувствовал, что, если не дать им выхода, его, кажется, разорвет. Восторженный вопль его смешался с триумфальным драконьим рыком, и Камушек с радостным изумлением подумал, что именно так, наверное, и выглядит счастье в его самом чистом, незапятнанном обличье.

Ветер чуть не срывал волосы с головы. Пожиратель Туч в последний момент изменил направление полета, едва не скользнув животом по верхушкам волн. Соленое дыхание моря коснулось его морды. Дракон поднялся немного повыше. Камушек, находившийся с ним в полной мысленной связи, слышал не только шорох крыльев, резавших воздух, но и басовитое мурлыканье, которое начиналось где-то глубоко внутри Пожирателя как сильная вибрация, прекрасно ощутимая даже на ощупь, а потом выливалось из просторного горла — простой напев огромного драконьего удовлетворения.

Путь по воздуху оказался, и в самом деле, намного проще, чем по земле. Им надо было только держаться береговой линии и лететь примерно на восток. Рано или поздно они достигнут устья Эните, густо обросшего многочисленными пристанями и рыбацкими поселками. А уж сам Замок они наверняка увидят издалека.

Внизу темно-сапфировые пятна впадин чередовались с голубыми заплатками мелей. На волнах около берега покачивались рыбачьи лодки. С другой стороны на горизонте можно было разглядеть белые паруса торговых кораблей и красные — патрульных судов. Камушку было любопытно, могут ли те, кто заметил летящего дракона, разглядеть малюсенькую фигурку человека у него на спине. Вот бы они удивились! Ему так захотелось чуть-чуть покрасоваться! Оживление Пожирателя Туч проплыло сквозь его разум, точно золотисто-красное облако, дракон даже на мгновение отклонился было в сторону ближайшего кораблика, но потом все-таки облетел его на большом расстоянии.

«Лучше не приближаться. Из луков стреляют», — пояснил он.

Менялся пестрый вид побережья. Поблекшая дюнная зелень чередовалась с сочной окраской низкорослых сосновых рощ. Светлые пятна на большом расстоянии расплывались, возможно, это были посеревшие крыши рыбацких деревень. Когда Пожиратель Туч приблизился к берегу, перед глазами восхищенного мальчика расстелился ковер, сшитый из цветных заплат: желтые поля подсолнечников, розовые луга цветущего клевера, разделенные голубыми ленточками каналов. Кое-где виднелись ступенчатые участки, на которых, наверное, дозревал рис.

Но вскоре прекрасные виды заслонила совсем другая и вполне земная проблема — стало холодно, как и предсказывал Пожиратель Туч. Ветер проникал под одежду через малейшие щелочки. Это было совершенно невероятно — солнце светило вовсю, а Камушек замерзал все сильнее. От холода у него разболелись уши! Он замотал голову шарфом, который подарил Медный, и только жалел, что не может в него закутаться целиком. Руки он спрятал в рукавах куртки. Какое счастье, что Пожиратель Туч хоть немного согревал ему ноги. Только теперь мальчик понял, почему у дракона такой толстый пушистый мех и почему его дыхание веет жаром, как костер.

Если б не это — дракон уже через несколько часов, проведенных в воздухе, промерз бы и замертво рухнул на землю.

Пожиратель Туч вполне дословно понял выражение «долететь до Замка». Стеклянные стены обиталища магов приближались с опасной скоростью, вырастая на глазах, точно памятник грядущей катастрофы. Камушек дернул дракона за мех.

«Мы разобьемся!!»

«Да брось ты…» — Дракон перемахнул через стену с минимальным запасом, что вызвало очередное нервное содрогание у его пассажира. Такого в планах не было. Они должны были опуститься на землю где-то в сторонке, а потом скромно постучаться в ворота, а не распластываться на местной архитектуре! Прохожие уже задирали головы и с открытыми ртами указывали друг другу на необыкновенное зрелище.

Пожиратель Туч, радуясь произведенному впечатлению, на мгновение присел на коньке крыши, позируя с распростертыми крыльями. А потом пустился выделывать сложные полетные фигуры между замковыми башнями, рисуя в воздухе петли и спирали. И напрасно бедный Камушек, у которого голова кружилась от этого показа, остерегал неопытного щенка. Они оказались в таком месте, где магов было больше, чем блох на собаке, и кто знает, какие неприятности могли тут ожидать наглых драконов. С тем же успехом он мог кидать горохом об стену.