История первая. Беглец. История вторая. Странник. (СИ) - Хворост Дмитрий Александрович - Страница 58

* * *

Для меня оказалось большим сюрпризом, насколько уверенно повела нас Ласточка. Притом с таким решительным и знающим видом, что я колебался до самого утра, прежде чем задать самый насущный вопрос: «А куда же мы, подери нас пламя бездны, идём!?». Задал и тут же получил такой проникновенный взгляд, что ощутил себя самым ущербным существом в этом мире.

— А разве это не очевидно? Раз спрятаться и переждать не получилось, ты мне поможешь пойти и убить эту тварь раз и навсегда!

Просто и понятно. Компромиссы никогда не были сильной стороной Тали, ей всегда нужно всё и сразу.

Наверно вам интересна наша с ней предыстория? Ведь со всей этой суматохой и сыплющимися, как из мешка, неприятностями у меня совершенно не находилось времени, чтобы хоть что-то рассказать о своём прошлом.

С Тали я познакомился давно, ещё при поступлении, но хоть как-то общаться мы начали только четыре года назад, став аспирантами. У тёмных магов обучение проходит в два этапа. Первый — обычная школа, как и у всех остальных, она длится семь лет. После первого года юный аколит получает свой отличительный знак — серебряную трубку с одинокой насечкой. И одновременно с этим происходит выбор будущей специальности. Помню, как будто это было вчера — в центральном холле во время распределения стояла жуткая суматоха, а я метался посреди гомонящей толпы и разрывался между двумя кафедрами. Монстрология, так как тогда у меня ещё было свежо воспоминание о Атраме и мне действительно хотелось вернуться к ней, в катакомбы под Сейтиром. И, не много не мало, превратить её в нормального человека, чтобы мы смогли играть хоть всю жизнь. А второй, что самое смешное, была кафедра элементальной магии. Мне всегда нравился огонь, поэтому возможность подчинить его и управлять этой разрушительной стихией всегда была моим заветным желанием.

Но всё, как это часто происходит, решила случайность.

О тёмных магах, к тому времени, я многое услышал, как от преподавателей, так и своих сверстников, поэтому становиться одним из них никогда не приходило в мою голову. Но… в этой толпе на меня случайно налетел Мастер. Он опоздал на начало распределения, так как только вернулся из похода и выглядел не лучшим образом — грязный, невыспавшийся, весь растрёпанный и усталый. А ещё злой на всех и вся. Клауд ненавидел большие сборища людей, предпочитая им немногословную нежить и быстро замолкающих в его присутствии демонопоклонников. И я совсем зелёный, да ещё и наслушавшийся всякого бреда о тёмных.

«Не стой на проходе, мальчик, не видишь, я спешу?» — угрюмо буркнул он, помогая мне подняться на ноги. Его тонкие и очень женственные руки оказались дьявольски сильными — Мастер чуть не вывихнул моё плечо лишь одним движением. — «Ты чей будешь?»

«В смысле?» — не понял я странного вопроса.

«Назови свою кафедру…» — со вздохом пояснил он, таща меня за собой. Насколько мне стало потом понятно — Клауд совершенно не планировал пытаться заполучить мою кандидатуру, а просто создавал иллюзию деятельности. Ему претило уговаривать студиозов выбирать его кафедру, ведь многие тёмные маги не доживают и до своего тридцатого дня рождения. Мастер считал, что такое решение человек должен делать сам, без какого-либо вмешательства.

«У меня её нет» — сказал я тогда и обомлел, увидев, куда меня привёл этот странный человек. Место кафедры демонологии и некромантии располагалось в самом углу зала, и было отмечено чёрными бархатистыми лентами, чтобы никто точно не зашёл сюда по ошибке. У списка уже стояло несколько человек, ожидая, собственно, самого заведующего, без которого никого записывать нельзя.

«Клауд!» — сразу набросилась на него его коллега — сухопарая дама с лошадиным лицом и блеклыми, кое-как завитыми медными волосами. Моя будущая преподавательница оккультных символов, кстати говоря. — «Где тебя черти носят! У нас уже трое желающих ушло!»

«Раз ушли — значит не были уверены, а таким здесь не место» — с безразличным видом ответил ей Мастер, безалаберно пожимая плечами. При этом с него посыпалась то ли гарь, то ли пыль. Магичка нахмурилась, надула свои накрашенные губы, но продолжать спор не стала, приглашающе махая первому в очереди. Им был сероглазый блондин в хорошей одежде и благородным происхождением, написанным на лице здоровенными буквами. Он написал своё имя каллиграфическим почерком, лихим росчерком поставив роспись, и отступил назад. Клауд шагнул вперёд, чтобы приложить печать и тут заметил, что всё ещё держит меня за запястье. — «Ой, прости мальчик, я совсем забыл о тебе. Иди, делай свой выбор».

Мужчина разомкнул свою стальную хватку и легонько подтолкнул обратно в толпу. Но я не ушёл. Что-то в этом человеке заставило меня проникнуться к нему практически родственными чувствами. Он относился ко всем своим ученикам, как отец к детям. В нём чувствовался опыт и сила. Не та помпезная и показательная, как у других глав кафедр — все они нарядились в лучшие шелка, связанные трудолюбивыми арайне, нацепили вычурные побрякушки, как бы пытаясь сказать: «И вас ожидает такое, если вы присоединитесь к нам». Но Клауд был другим. Он находил утешение и смысл жизни в своей работе, берясь как за преподавание, так и за задания с одинаковым неугасающим энтузиазмом. Это притом, что ему около ста лет, если не больше. А учеников искал себе под стать — таких, кто будет отдавать себя без остатка избранному делу. Это всё можно было прочесть в нём с первого же взгляда.

«Кажется, уже сделал…» — немного поколебавшись, ответил я, не решаясь подойти ближе.

«Если кажется — то не сделал. Либо подходи и записывайся, либо проваливай. Долгие колебания в этом ремесле — верный путь в бездну, а там уж тёмные братья позаботятся о том, чтобы загробная жизнь тебе не показалась малиной» — сурово ответил он, сдвинув тонкие угольки бровей. Однако на уголках его губ играла улыбка. Мастер видел меня насквозь и уже понял, что я никуда не уйду.

И я больше не колебался, без очереди подойдя к списку и коряво накарябав своё имя. Клауд, молча, подошёл, взял печать с подставки и два раза звонко ударил. Трое человек, ожидавших своего черёда, одобрительно зааплодировали, несмотря на то, что буквально три секунды назад недовольно ворчали.

«А теперь, ученики, бегом за своими вещами и переселяйтесь на кафедру! Дорогу знаете?»

«Угу!» — одновременно с блондином кивнули мы и как по команде бросились сквозь толпу к главной лестнице.

Я ни разу не пожалел о сделанном тогда выборе.

А теперь вернёмся к Тали. Она была на год младше меня, поэтому мы с ней лишь изредка пересекались по дороге на занятия. Но судьба свела нас вместе. В двадцать лет я стал аспирантом и был назначен к Мастеру на продолжение обучения. После окончания теоретической части тёмный маг должен ещё пять лет заниматься практикой под надзором наставника. Поэтому всех выпускников делили на небольшие группы и прикрепляли к старшим коллегам. Первый год под руководством Клауда оказался невероятно труден. Он гонял нас с утра до ночи, заставляя поднимать и успокаивать своих же зомби, призывать младших демонов и сражаться с ними. К тому же Мастер пребывал в святой уверенности, что одной только тёмной магии нам недостаточно, буквально вбивая в наши головы другие школы. Ну а там у кого что уложится. Я осилил огонь и немножечко льда. Тали воду и научилась левитировать. Тевталь пошёл по стопам учителя, научившись наделять своё тело сверхчеловеческими возможностями (кстати, судя по моим наблюдениям, сам Клауд умеет с грехом пополам пользоваться чуть ли не всей известной магией). И так далее. Поверьте на слово — даже одну школу тяжело удерживать в голове, а уж когда тебе присыпают с горочкой сверху и прыгают подкованными сапогами, чтобы утрамбовать — так и свихнуться недолго.