История первая. Беглец. История вторая. Странник. (СИ) - Хворост Дмитрий Александрович - Страница 62

— Деньги…

Я слегка растерялся, не понимая, что именно Ласточка от меня хочет. Неужели ей приспичило побеспокоиться об оплате!?

— Дай мне деньги!

Делать было нечего — стоило мне не выполнить её бесхитростную просьбу, и вулкан бы взорвался, так что я протянул ей свой тощий кошель и ведьма немедленно удалилась, на прощание хлопнув дверью.

— Что это с ней? — впервые за весь разговор на лице декатона отобразилось недоумение. Он прошёлся по комнате и опёрся на спинку стула.

— Ничего страшного, — заверил я его. — Ей срочно понадобилось кое-что приобрести. Всё равно у нас есть время до ночи. Вы ведь не возражаете?

— Разумеется нет, но что можно пойти покупать с таким выражением лица? Мне, кроме арбалета или кинжала, ничего не приходит на ум.

— Эээ, — я заговорщицки улыбнулся, пожал плечами, направившись к выходу, и только на самом пороге бросил через плечо. — Женские причиндалы!

Всё то время, что дверь захлопывалась, мою душу подогревал донельзя удивлённый взгляд декатона Дейна.

* * *

Я уже знал, что мне надо сделать, но всё никак не мог набраться храбрости, поэтому за первой кружкой пошла вторая и третья. Хмеля в голове прибавилось, а вот смелости как-то не очень. Однако, жгло ещё и другое — в любой момент могла вернуться Тали и закатить скандал. Так что выбирать приходилось между таинственно разобидевшейся на меня Тией, и заслуженно рассвирепевшей рыжей, которая даже моих объяснений не будет слушать, а сразу же даст по лбу. Как говорится, мне довелось оказать меж двух огней, и я всё никак не мог определиться, в какое из двух горнил сунуть руку. И, как обычно, за меня всё решил случай.

— Пойду посмотрю, как там Тия. Мне кажется, что с ней что-то не так, — обеспокоенно заявила Сания, явно раздосадованная тем, что молоко у неё кончилось, а пойти за новой кружкой девушка стеснялась.

— Нет, лучше я схожу, — меня как током дёрнуло. Тело само вскочило и понеслось к заветной двери. По пути я заглянул на кухню и попросил у дремлющей на лавке смазливой девушки ещё молока для моей спутницы.

* * *

В комнате стояла кромешная тьма, единственным лучиком света в которой была щель, между дверью и стеной. Тия сидела на кровати в позе лотоса и смотрела на стену. Когда я заходил, женщина даже не дёрнулась, но она точно не спала, так как попросила жестом закрыть за собой. Хотелось бы сказать, что меня нисколько не смутило такое зрелище, и царившая здесь атмосфера ни капле не повлияла на мою решимость. Не знаю, как это передать, человеческих слов на это не хватит. Не обречённость, нет. Что-то более глубокое и кошмарное. Полная безнадёжность и подавленность, как когда тебе уже надели на шею верёвку, вокруг разгневанная толпа, а палачу внезапно приспичило, и он отошёл на десяток минут. Столкнувшись с подобным, я отреагировал самым идиотским из возможных способов — встал посреди комнаты соляным столбом, позабыв даже дышать. Так протекли несколько томительных секунд. Затем паралич понемногу стал отпускать и я, нашарив под одеждой родной и знакомый кусочек хрусталя, разогнал мрак, холодным голубовато-серебристым светом. Прикосновение к чему-то столь привычному и родному подействовало на меня благотворно — язык и челюсти вновь стали мне подвластны. Суккуба же хранила гробовое молчание.

— Тия, что с тобой случилось? — мистер «гений в разрешении деликатных ситуаций» вновь за работой! Ну что глупее можно было придумать!? Эх, прокляну себя апосля, если останусь жив. За такую банальшину я заслужил недельку-другую кровавого поноса. — Ты сама не своя. Если тебя что-то беспокоит — расскажи, чем смогу — помогу, — и шоу продолжается! В этот раз, правда, вышло капельку лучше.

— Знаешь… Эрик, — после долгой паузы отозвалась женщина. Голос у неё звучал странно. К тому же говорила она короткими, рублеными фразами, будто… — Наверно, я уже схожу с ума. Предыдущей ночью, когда ты рванул спасать эту рыжую ведьму, мне довелось понять о себе кое-что очень важное.

Она повернулась ко мне. Её глаза, похожие на два рубина, были полны слёз, а нос распух и раскраснелся от частого утирания. Вот почему суккуба так странно звучала — не хотела, чтобы голос сорвался.

— Что!? — я аж подпрыгнул от неожиданности. Никогда до этого мне не доводилось видеть эту воинственную, острую на язык и скорою на руку женщину в слезах, подобно начитавшейся романтических романов девчонке. — Как!? Кто тебя обидел!?

— Никто, — та вымученно улыбнулась. — Разве что Каэлерис со своими безумными переплетениями судеб. Видимо я ей чем-то сильно насолила! Но злиться на богов — глупо, поэтому мне остаётся только злиться на себя…

Я развёл руки и открыл рот, собираясь сказать хоть какие-либо утешения, всё ещё не понимая, что именно ввело беднягу в такое плачевное состояние, но та взвилась, подобно кунице, и приложила палец к моим губам.

— Тссс. Молчи. Ты, парень, не мастер слов и если сейчас начнёшь пытаться что-то сделать, то только усугубишь положение, — её улыбка из натянуто-весёлой стала беспросветно грустной. — Я всё понимаю, глупо было даже надеяться на счастливый конец. Демон и тёмный маг — мы как лёд и пламя. Тем более… что у тебя… уже есть…

Вот тут мне пришлось напрячь ВСЕ силы, чтобы не рассмеяться из-за собственной твердолобости! До меня наконец-то стала доходить вся картина, а вместе с этим и абсурдность ситуации. Хотя, со стороны Тии всё выглядит вполне однозначно, если мужчина срывается с места и проезжает половину королевства, полагаясь лишь на шепоток, подслушанный в таверне, то это явно указывает лишь на одно. Но она ведь не знает. О, милостивые Всеединые, за что мне такие испытания!?

Я убрал её руку и аккуратно обнял, что неслабо удивило уже саму демоницу.

— Всё время зовёшь меня глупцом, а сама-то не лучше…

— В каком смысле!?

— Мы с Тали — лишь друзья и не более того. Да, я был в неё влюблён много лет и до сих пор эти чувства к ней не угасли до конца, но она никогда не ответит мне взаимностью, — это слова были произнесены больше для себя, чем для Тии. Ими я, если можно так выразиться, поставил роспись и запечатал некую часть своего прошлого, долгое время не дававшую мне покоя.

— Но ты же…

— Теперь, — прервал её я. — Твоя очередь молча слушать, — и шёпотом объяснил всё случившееся между мной и Тали. Суккуба слушала молча, лишь на паре моментов весело хихикнув. От слёз и горечи не осталось ни следа. Затем женщина чуть-чуть отстранилась, пристально вглядевшись в мои глаза. Я с полуулыбкой, играющей на губах, ждал, что она предпримет дальше.

Хотя и так всё было понятно.

Долгий и страстный поцелуй открыл новую и совершенно безумную главу в моей жизни. Куда приведёт нас эта дорога, зачем мы на неё вступили, и сколько трудностей придётся пережить — всё это важные вопросы, требующие долгого и разумного осмысления. Но сейчас для нас существовали только мы. И этот факт был самым важным. Поддавшаяся внезапному порыву и окрылённая счастьем, Тия принялась стягивать с меня одежду. А я, в общем-то, не возражал.