История первая. Беглец. История вторая. Странник. (СИ) - Хворост Дмитрий Александрович - Страница 7

— Да ты прямо Лейрис во плоти! — сказанное сопровождалось подмигиванием. — Все лекари и аптекари страны, увидев такое мастерство, коллективно удавятся от зависти!

Та смущённо потупила взгляд и ответила.

— Для этого обязательно нужен телесный контакт. Мало людей захотят целоваться со слизнями, — пояснила она. — К тому же для вас это вредно.

Контраст между «серьёзной» и «весёлой» Атрамой был крайне велик. Как будто раздвоение личности. И что именно она имела в виду, говоря о вреде? Про поцелуй что ли?

— Хорошо, учту, — кивнул я. — А где мои вещи?

Девушка указала на лежащий у подножия колонны мешок из непромокаемой ткани. Отлично. И кристалл родителей лежал там же. Пора отсюда бежать. Неизвестно, сколько я провалялся без сознания, меня могут уже искать повсюду. Те двое монахов ведь тоже уцелели!

— Что ж, извини, но мне нужно уйти! Огромное тебе спасибо, что помогла! — искренне поблагодарил я. Слизень же резко взвилась и схватила меня за рукав.

— Стой, подожди! Ты уже уходишь!? Но ведь ты только вернулся ко мне! Я столько ждала!

На её глазах выступили слёзы, всё такие же жёлто-малиновые и очень горькие. Много горше, чем даже в момент, когда я уезжал в столицу.

— Прости, Атрама, но мне нельзя здесь оставаться! Меня преследуют и если найдут здесь, то и тебя заодно убьют. Каждая секунда промедления уменьшает шанс на выживание, как мой, так и твой, — мне было очень стыдно вот так вот её бросать, ведь наша встреча — это то, ради чего она продолжала существовать всё это время. Но если этого невинного монстра убьют из-за меня, то это точно не облегчит мою душу. — Мой тебе совет: если тут есть ещё более глубокое подземелье — спрячься там и сиди, сколько сможешь. Всё, мне пора.

Вырвав руку из её пальцев, я включил магический кристалл и направился по памяти к выходу из катакомб, благо, маршрут отложился у меня в голове весьма надёжно. Девушка же «упала на колени», закрыв лицо ладонями, и расплакалась. Её далёкие всхлипы ещё долго преследовали меня, заставляя страдать от вины, тупой иглой засевшей глубоко в сердце.

* * *

Что ж, как вы уже поняли, в этом мире люди далеко не одиноки. Есть ещё монстры, нежить, демоны, боги и ещё куча всяких сверхъестественных сущностей, в которых сам чёрт ногу сломит.

Как появились первые из этого списка до сих пор точно не установлено. Достоверно известно только одно — некоторые из них такие же древние, как свет и тьма. Например, дриады точно появились одновременно с лесами задолго до зарождения человечества, а сильфы летали вместе с ветрами ещё на заре времён. Некоторые из этих загадочных существ разумны, некоторые не очень, но большая часть отличается от зверей лишь магическими способностями. Есть те, кто легко уживается с людьми, бывают такие, кто зависит от нас, но нередки случаи, когда монстры рассматривают человека лишь с гастрономической точки зрения.

С нежитью и демонами всё немного проще, они — солдаты в армии тёмных богов Тимиса и Азиериса, которые уже не первое тысячелетие хотят закончить начатое — захватить весь мир и установить здесь свои порядки. И если ожившие мертвецы, в большинстве своём, тупы, неповоротливы и уязвимы для солнечного света, то с выходцами из бездны надо держать ухо востро. Даже самые низшие из демонов — импы, обладают незаурядными магическими способностями и могут сравнять с землёй небольшую деревеньку. Я уж молчу про более высоких существ, вроде найтмаров, фолленов, хангереров и так далее. Если перечислять все виды этого отродья, то уйдёт не один десяток листов. Основная проблема в битве с такими тварями состоит в том, что они практически неуязвимы. Их шкура прочнее многих доспехов, раны зарастают за считанные минуты, а большинство заклинаний не причиняют вреда. Только их собственное оружие — тёмная магия, может с хоть какой-то гарантией отправить выходца из бездны обратно в преисподнюю, где им самое место.

И, соответственно, сами боги. Тирис-кузнец или, как его чаще величают, Тирис-создатель. Как не трудно догадаться, он покровитель всех ремесленников, строителей и тому подобных профессий «молота и долота». Лейрис «Дарующая жизнь», заступница женщин и детей. Так же медальоны с её изображением носят все врачи. Доторис и его помощница Кейне — «Закон и Порядок». Думаю, комментарии здесь излишни. И последняя из светлых богов — Каэлерис, мать Лейрис, а так же женщина, принёсшая в наш мир магию. Однако, Церковь постаралась и оттеснила этот факт на второй план, сделав её владычицей людских судеб.

Оставшиеся двое — братья-предатели, хотя на самом деле они даже не родственники. Раньше они вместе со своими соратниками и родственниками уверенно вели род людской к процветанию и мудрости, но затем что-то пошло не так. Уж не знаю, какая муха их укусила, или, быть может, эти двое не с той ноги встали. В общем, большой роли не играет, что именно привело к этому трагическому финалу — прошлого не изменишь. В один прекрасный день Азиерис, тогда ещё «Помогающий заблудшим» и Тимис «Ведущий в бездну» предали остальных, отравив их еду. С этого момента начинается новая летопись, новая история и новая эпоха. Эпоха Предательства. Под знамёна этих двоих встали многие, но ещё больше воспротивились их решению править миром, притом не только люди, но и монстры, эльфы и единороги, гномы и карлики, даже могущественные дриады и прекрасные русалки. Все понимали, что если двое тёмных воцарятся, то всему придёт конец. Началась кровопролитная война, длившаяся несколько десятков лет и завершившаяся поражением братьев.

Но всё оказалось не так легко. В отличие от своих соратников, они всё ещё могут оказывать реальное влияние на мир живых, так как Азиерис был никем иным, как владыкой мира мёртвых, а Тимис — проводником душ из одного мира в другой. Использовав свои возможности эта парочка зависла где-то посередине и посредством своих слуг пытается закончить начатое. И, как бы пессимистично это не звучало, у них неплохо выходит.

Вот такие вот пироги.

* * *

Эти катакомбы практически не изменились со времён моего детства. Что, в общем-то, было совершенно неудивительно — они простояли сотни лет, что им каких-то полторы дюжины.

На душе было гадко и пусто. Горе Атрамы задело меня куда сильнее, чем должно было. С одной стороны: она всего лишь монстр — не порождение тёмных братьев, конечно, скорее всего — неудачный эксперимент какого-нибудь колдуна древности, или далёкий потомок «матери чудовищ» — ехидны. Но с другой стороны: это существо, живущее, по большей части, одними инстинктами и чувствами. Для неё это настоящий шок. Куда более сильный, если бы я просто никогда не появлялся.

Но и взять её с собой было нельзя. Во-первых, это самоубийство — будь я хоть трижды маг, меня в первом же селе на вилы поднимут, если решу сунуться туда в компании слизня. И, что самое обидное, Конклав им и слова поперёк не сможет сказать. Просто не успеет, а клирики только радостно станцуют «Башенку» на моей могиле. Во-вторых, эти существа очень зависят от своей территории и, однажды обосновавшись где-нибудь, уже никогда не покидают окрестностей своего логова. Так что она не смогла бы уйти, даже если бы я её позвал с собой. А жаль, Атраме, похоже, я действительно небезразличен. И что она только во мне нашла?