История третья. Воин (СИ) - Хворост Дмитрий Александрович - Страница 3

Слава богу, что у меня теперь есть однозначный рычаг давления на неё. Мне, правда, претит к нему прибегать, но ради такого можно и поступиться с правилами.

Да, решено! А если будет артачиться — прикажу, и никуда она не денется. С той секунды, как нашу судьбу связал пакт верности, мои команды для неё — закон. Хотя свыкнуться с мыслью, что у меня есть свой фамильяр очень нелегко. С одной стороны весов сила и власть, а с другой душа.

Но так как последнее вряд ли интересует Тию хоть сколько-нибудь, то я в относительной безопасности, если не буду черпать из её запаса магии слишком много.

Но Тали мне, конечно, удружила, рассказав демонице об этой возможности тёмного мага. Сразу меня, само собой, уговорить не удалось, но единорог с суккубой оказались очень настойчивы и убедительны, так что все мои аргументы пошли крахом. Пришлось связать себя с Тией этими узами, которые, между прочим, были куда прочнее брачных.

Из достоинств: мне не грозит скорая смерть от старости (обычно, маги живут около двухсот лет, но я — особый случай, если бы мне удалось протянуть до сорока, это посчитали бы чудом), да и нескорая тоже. Демонам зачастую переваливает за тысячу-другую. К этому прилагается немалый магический резерв суккубы. Её собственное колдовство очень грубо и необработанно, и посему слишком расточительно. Мне же её сил хватит на многое. Но если забирать слишком много, придётся платить кусочками собственной души. Это стоит отнести в недостатки. Ну и возможность отдавать демонице приказы, которые она не смеет ослушаться, даже если очень захочет.

Самая большая неприятность в пакте, к счастью, меня миновала. Обычно он заключается с «диким» демоном, верным своему создателю — лорду Азиерису. А для такого душа тёмного мага это очень лакомый кусочек, за который можно сильно выслужиться. Поэтому эта тварь будет всяческими способами, по капле, выжимать своего хозяина, пока от него не останется пустая оболочка. Обычно подобный процесс занимает десять, может двадцать лет. И конец. Но Тие мои потроха совершенно неинтересны. Вторая опасность, поджидающая охочего до силы колдуна — привыкание. Лишнее могущество оказывает поистине наркотический эффект, сказывается так же и скверна демона. Это делает невозможным, например, заключение пакта, а затем убийство своего слуги через несколько лет. Волшебник попросту не сможет отказаться от свалившейся на него силы. Если же раб умрёт по каким-то другим причинам, то маг ни перед чем не остановится, чтобы заполучить себе нового и всё продолжится с той же точки.

Ну а для самой бравой баронессы это возможность сохранить саму себя даже после метаморфозы. Мне будет достаточно приказать ей вспомнить всё.

Такие вот пироги… что ж, вернёмся обратно к настоящему.

Сания услужливо подвинулась, освобождая место, а Атрама пододвинула тарелку с горячим куриным супом. Похоже, хозяин гостиницы не стал церемониться и без особых возражений пустил девушек на кухню, где они из остатков ужина на скорую руку сварганили завтрак.

— Я уже расплатилась за всё, — деловито бросила Тия куда-то в сторону, хотя предназначалась фраза явно для меня. Остальные девчонки были либо поглощены едой, либо смотрели в огромное окно с настоящим стеклом, вместо привычной слюды. — Так что заканчивайте и уходим. У нас много дел.

Суп оказался вкусным, но слишком горячим, поэтому есть его быстрее, чем обычно, даже при большом желании у меня бы не получилось. Пока суд да дело, я, с самым невинным видом из возможных, разглядывал общий зал постоялого двора. Вчера мы пришли сюда очень поздно, перекусили, чем попало, и, посовещавшись, ушли спать, так что у меня не было возможности хоть что-то тут увидеть. Самым приметным предметом в помещении оказалась огромная голова лося с исполинскими рогами, висевшая над потухшим камином. Стены были отделаны морёным дубом и орешником, создающими ощущение, что ты находишься в избе, а не в доме из кирпича и глины. Здешний хозяин явно не испытывал недостатка в деньгах.

— А долго нам до города? — дрыгая под столом ножками, поинтересовалась заспанная сирена. Вид у неё был взъерошенный, как у замёрзшего воробушка.

— Часа три, — откликнулась Тия, сверля меня взглядом.

Я, назло врагу, продолжал работать ложкой, даже когда та уже начала явственно задевать дно.

— Эрик, брось дурачиться, пошли!

— Хорошо-хорошо, моя госпожа!

Спустя пять минут мы уже шли по пустынной дороге.

Слева раскинулось наполовину убранное картофельное поле, справа небольшой перелесок, за которым виделась блестящая речная вода. Величественная река Альт, давшая название городу, а тот, в свою очередь, королевству. Она была очень широкой, не менее тысячи локтей, полноводной и спокойной, а брала своё начало аж от самих Хрустальных Пиков. Из-за этого даже крупные корабли могли плавать по ней, как по морю.

То и дело в тракт вливались дороги поменьше, ведущие в окрестные деревушки, снабжавшие столицу страны всем необходимым. Один раз мимо проскакал рослый мужчина на пегой лошади. Несмотря на скорость, я успел приметить на его шее знак Ковена магов — серебряную трубку с насечками. Но он точно не был моим коллегой. Скорее всего чарописец. Во время сезона уборки урожая для них работы невпроворот — нужно обновлять и проверять заклинания на всех хранилищах, всяких весах и других устройствах, без которых крестьяне не могут обходиться. Гораздо проще раз в год платить кругленькую сумму за волшебные штучки, позволяющие с лёгкостью собрать, подсчитать и сохранить урожай, чем маяться без них и молиться Всеединым, чтобы погреба не выморозило зимой или не затопило весной.

Когда я только закончил обучение и попал под начало мэтра Клауда, мне было обидно, что люди не ценят работу тёмных магов, ради которой они многим жертвуют и постоянно ходят по острию бритвы. Ведь труд чарописцев, алхимиков, телекинетиков, провидцев, монстрологов и даже эмпатов хорошо заметен и пользуется спросом. С нами же всё по-другому. Сделал свою работу: тебя всё равно чуть ли не пинками выпроводят за околицу, всунув самые тусклые серебряники, которые только смогут найти, и помахают на прощание ручкой, мол, будь благодарен, что не сожгли на костре. А если не сделал, то тебя либо сожрёт нечисть, либо вездесущая Церковь возьмёт в оборот. Самое же обидное, что встречают, как спасителя и героя, но стоит перестать быть нужным и улыбки с почестями сразу кончаются. В общем, неблагодарное это дело — народ от тёмных братьев защищать.

Но потом я повзрослел и начал по-иному смотреть на мир. Искать в нём не белое и чёрное, а некие их оттенки. Это трудно описать. Сейчас меня, например, утешает один вид счастливой семьи идущей по улице и тешить себя мыслью, что именно благодаря мне и моим коллегам этот мальчишка может так задорно хохотать, а девчушка в сотый раз переодевать своих кукол. Я считаю это достойной наградой и наглядной демонстрацией наших успехов…

Поток моих мыслей резко был прерван. Сания всё-таки наступила на подол своего платья и судорожно вцепилась в меня, чтобы сохранить равновесие.

За то время, пока я был без сознания в Рионе, Тали озаботилась внешним видом моих спутниц и расщедрилась настолько (хотя у этой особы денег куры не клюют), что снабдила их вполне себе объёмистым гардеробом. И сейчас, посещая столицу королевства, они с какого-то перепугу решили надеть свои лучшие наряды, вместо походной одежды.