История третья. Воин (СИ) - Хворост Дмитрий Александрович - Страница 33

— Меня связало не с таким уж и слабым демоном.

— Только не говори, что твоим побратимом стал один из Лордов!

— Нет, хвала Всеединым. Моим «побратимом», как ты его назвала, стал Древний Бог.

— Это ещё что за холера!?

— Как вам это объяснить. До Шестерых было много тех, кого можно с лёгкостью назвать «богами». Часть из них ещё осталась тут. Но большинство оказались вышвырнуто из нашего мира. Вот с таким вот существом меня связала судьба. Во время ритуала он чуть не захватил моё тело. Жертв удалось избежать лишь благодаря мастеру Клауду, вовремя сообразившему, что к чему, и запечатавшему связь. Однако моё тело сильно пострадало при этом. Доказательство тому — мои седые волосы.

Я замолчал, переводя дух. Нелегко вытаскивать на свет свою тьму.

— Этот Древний Бог известен, как Феникс. Птица чёрного пламени, возрождающаяся из собственного праха. Его сила очень схожа с той, которую используют Тимис и Азиерис, поэтому заклинание ритуала по ошибке связало меня с ним, находящимся где-то между Бездной и нашим миром. Однако когда адепты увидели меня в его форме, то решили, что это ворон. Отсюда и пошло моё прозвище. А по поводу телекинезиса — сам не имею ни малейшего представления. Думаю, это связано с кинжалом Малисиерры. Возможно, какая-то частичка Люсиль перекочевала в меня за счёт магии дриады. А Феникс тогда смог её использовать, чтобы сохранить мою жизнь. У него в этом свой интерес.

— М-да… Не мне одной не везёт, — улыбнулась Тия, похлопав меня по плечу. — Спасибо, что рассказал. А теперь, давай спать.

* * *

Мне уже почти удалось заснуть, когда кто-то тихонько пихнул меня в бок. Этим «кем-то» оказалась неугомонная суккуба. Ей вновь приспичило устроить любовные игрища. Хотя в этот раз я был совершенно не против. Стоило хоть немного отвлечься и расслабиться после произошедшего, а то мы все напоминали натянутые до предела струны, которые могут порваться от любого дуновения ветра.

Не знаю, что послужило тому причиной, но этой ночью у нас всё получилось как-то необычайно нежно и романтично. Не было той остервенелой страсти, с которой Тия обычно набрасывалась на меня и не отпускала, пока не утолит свою жажду до конца. Сегодня между нами властвовало полное взаимопонимание.

А когда мы в обнимку улеглись у догоравшего костра, она положила голову на мою грудь и тихонько засопела. Но сон не шёл ко мне. Я кое-что недосказал.

— Тия.

— Да?

— Мне надо признаться кое в чём.

— ?

— Теперь, когда мы связаны пактом, я не умру молодым.

— И что?

— А это значит, что Феникс до меня когда-нибудь доберётся. Мне грозит то же, что и тебе.

— Тебе страшно?

— Нет. Я найду способ решить эту проблему.

— Обещаешь?

— Да, любимая.

— Ну, вот и ладушки! А теперь давай спать, любимый…

* * *

В последнее время хреновые пробуждения стали у меня нечто вроде жизненного кредо. Я с большим трудом разомкнул тяжёлые веки и попытался подняться на локте. В голове тут же завелась стая ёжей, которые с остервенением принялись носиться по ней и колоть своими иглами изнутри. Мир перед глазами завертелся в цветном калейдоскопе и меня чуть не вырвало. Во рту будто кошки ночевали, лёгкие и горло горели огнём, а всё суставы ломило, как после трёх смен в каменоломне. Жутко хотелось пить. Но для того, чтобы напиться, нужно пошевелиться, а это не в моих силах, пока я не сделаю хотя бы один глоток воды. Замкнутый круг.

Однако кое-какие интересные факты мне удалось подметить даже в текущем плачевном состоянии. На дворе стояло раннее утро, о чём свидетельствовали яркие лучи солнца, медленно выползающего из-за водной глади. Откуда-то издалека снизу доносился размеренный гул прибоя, а над головой у меня находилась далёкая крона неизвестного мне дерева.

Облизав растрескавшиеся, пересохшие губы, я пересилил себя и одним резким движением сел.

Итак, судьба занесла меня на небольшой, продуваемый всеми ветрами каменный козырёк, усыпанный покрытыми мхом валунами размером с человека, побегами какого-то ползучего растения, мясистой травой с пахучими сизыми цветками. Здесь было не в пример теплее, чем на корабле. Можно сказать, что царила настоящая жарища, влажная и удушающая. Только благодаря этому факту дующий с моря промозглый ветер не наградил меня воспалением лёгких. Дорогу вглубь леса перегораживали вылезшие из камня исполинские корни деревьев-великанов, вздымающихся к небесам. Никогда раньше в жизни мне не приходилось видеть столь странные и огромные растения. Даже то, что выросло из кинжала дриады, казалось крохотной тростинкой в сравнении с этими громадинами. С далёких ветвей вниз свисали какие-то зелёные лозы, похожие на корабельные канаты и начисто лишённые листьев. Судя по открывающемуся отсюда виду, я должен находиться на высоте пары миль, над морем.

Отлично, с окружением разобрались, теперь нужно вспомнить, а как меня вообще угораздило здесь оказаться…

Ощупав раскалывающуюся на части голову мне удалось выяснить причину столь ужасного самочувствия — пальцы наткнулись на огромную шишку. Нечто непомерно твёрдое вновь испробовало на прочность мою ни в чём не повинную черепушку. Та, к счастью, выдержала, и я не отправился в Бездну. Но вот когда и обо что мне «повезло» так приложиться оставалось загадкой. Последние события, витавшие в затуманенном обезвоживанием и болью сознании — как мы отчаливаем из порта. А затем — пробел — все попытки заполнить который повергались в прах воспалённым мозгом, просто-напросто отказывающимся работать как надо.

Ладно, вспоминать, как меня угораздило оказаться в столь странном местечке, буду когда хоть чуть-чуть приду в себя. А сейчас необходимо решить самую насущную проблему. То есть напиться вдоволь.

Перестав размышлять об абстрактных вещах и озаботившись непосредственно тем, что находилось вокруг меня, я с удивлением заметил, что нахожусь здесь не один. Примерно в дюжине шагов, прячась в изгибе выдранного из скалы корня, сидел тёмный плечистый силуэт, увлечённо разглядывающий что-то перед собой на земле. Только сейчас до меня дошло, что я целиком голый. Моя одежда была разложена рядом, хотя видок у неё был изрядно потрёпанный. Тут же лежал мой клинок с ножнами. А вот амулетов нигде не наблюдалось.

— Эй, кто здесь? — слабо позвал я, прекрасно осознавая, что если бы этот некто хотел меня убить или сожрать, то давно бы это сделал.

Неизвестный вздрогнул, оторвался от созерцания непонятно чего и, поднявшись на ноги, направился ко мне.

Стоило ему сделать пару шагов и его осветили яркие лучи утреннего солнца.

Нет, ну я даже не знаю, что здесь можно сказать. Моя жизнь уже давно выходила за рамки обыденного и опасно граничила с бредом или сказкой, кому как угодно. Теперь же она решила преподнести новый удар моему мировоззрению, а вместе с ним рассудку и здравому смыслу.