Ведьмы 21го века (СИ) - Михайленко Елена - Страница 73

В общем — угодила я по самый небалуй! Нашла приключения на свои вторые… эх… все сто.

— Ну… я…

— Под ноги надо смотреть! — Опять сзади.

— Ты у меня на спине крылья ищешь, или так моя задница понравилась? — не выдержала я.

А смех у него ничего так… пробирает до самых косточек… и отнюдь не страхом. Да и голос красивый, с приятной хрипотцой.

— Понравилась. Давненько сюда никто не заглядывал по собственной воле. Кажется последней была эта милашка Алиса. И с чего она приняла меня за кролика.

— Угу… а голос как у волка.

— Приятная лесть.

Вот… ангельский пух! Неужели умудрилась на инкуба нарваться? Голос подходящий. Ну нет уж… хватит с меня и двух мужиков, которых хочется придушить. Одного что так меня и не нашел, второго что так грубо прокатил. Вот сменю ориентацию — уйду к Юльке под крылышко, плачьте потом по моему юному девичьему телу.

— Как от сюда выбраться, — деловито сложила я руки под грудью… предварительно выпятив ее зачем-то. Тьфу, блядская натура. Ну да ладно — отступить сейчас, значит принять свое поражение. А еще одного за этот вечер я не потерплю.

— А ты всегда так светишься?

— Это попытка увести тему?

— Нет, чистое любопытство. Давно здесь не было света.

— Я огненная ведьма. Горю когда хочу… или если перенервничаю. Теперь ответь — как мне выбраться?

— А ты сейчас хочешь? — голос оказался чуть ближе, чем был, да и более… мурчащий что ли. Так что не оставляет сомнений в истинном значении слова "хочешь".

— Я летела архангелы знают сколько. Потом завела странную беседу с пустотой, так как ни пера не вижу. А потом мне еще и не отвечают на прямой вопрос. Да, хочу — выбраться отсюда!

Снова смешок в ответ.

— Зачем тебе туда. Тебя там кто-то ждет, сияющая?

— К чему эта угроза в голосе? — ну что же — я тоже умею задавать провокационные вопросы.

— Я подумываю оставить такого светлячка себе. Зачем мне грустный светлячок, который будет рваться к кому-то.

— Меня ждут подруги и семья.

— Значит мужчины нет. — Ой сколько удовольствия в голосе. Смотри не захлебнись слюнями… и другой жидкостью мужского организма.

Вот правда сказать этому нахалу в лицо я подобного уже не смогла. К глазам так не вовремя подступили слезы и из глаз покатились огненные капли. Ну вот кто его просил напоминать — так мило беседовали… а теперь нарвался парень на истерику.

— Да кому вы нужны — козлы неумные? Вот стану лесбиянкой по вашей вине, потом же самим стыдно будет! Щас как пойду, как совращу… — я задумалась. У девчонок вроде все налаживается. Одна я как дура торчу в темноте и носом хлюпаю. Огненная ведьма, блин! — Совращу… В общем найду.

— А как на счет меня? — какой голосок то почти обиженный. Надо же — забиде маленького.

— А ты какого пола?

— Сама вроде уже успела пощупать какого.

— Тогда нет! Я с вашим братом больше не связываюсь. Гады вы рогатые.

— Тебя кто-то обидел, ведьма?

И снова волна по телу, только теперь от страха.

— Жизнь. Не везет мне на приличных мужиков… а на неприличных еще больше не везет. — Я вздохнула. Упрямая пуговица, не поддавшаяся Бентамелеону наконец сдалась и отлетела. — Ну вот, сегодня даже одежда против меня.

— А ты разденься — во тьме тебя все равно никто не увидит.

— Я как — похожа на совсем наивную дуру?

— Ты похожа на грешного ангела.

Я даже слова сказать не успела как с меня скинули фуражку, рассыпав волны огненных волос по уже обнаженным плечам. А когда пиджак то стянуть успел?

— Вот это мастерство! Вот это жулье! Вещи отдай, голос из темноты.

— Зачем они тебе, малышка. Ты и так прекрасна.

— Меня комплиментами не проймешь. Говори где выход.

— Выход только через меня. Точнее если я войду в тебя, то получишь возможность выйти отсюда… если пожелаешь.

Я помянула ангелов и упрямо уселась на пол. Если честно — мне ужасно хотелось на поверхность, надоело быть слепой. Я в этой тьме только себя и вижу. Так неинтересно. Но и уступать не хочется.

…Хотя внизу живота уже просто пожар.

От грустных мыслей меня отвлек… поцелуй.

Я даже не поняла, откуда он взялся, но мой рот накрыли прохладные сухие губы. Где-то совсем близко от моего лица, оказалось чужое — мужское и надо признать довольно привлекательное. С глазами не светлее окружающей тьмы.

Только тут мои мозги соизволили пошевелиться и скрежеча выдали мысль — а кто может находиться в колодце тьмы, закрытом от чужих посягательств. Ну кроме одной дурной ведьмы.

Я вскрикнула и попыталась отодвинуться. Только кто мне даст — чуть выше колен сжались сильные руки с длинными черными когтями. Всего пара мгновений и у меня между бедер оказывается темноволосый демон… а мои ноги уже обнимают его за талию.

— Не поняла… можно тоже самое только помедленнее. На будущее, скажем так, — заявила я, разглядывая это безобразие. В моем собственном свете было неплохо видно.

— У тебя не может быть будущего без меня, ведьма, — прошептали мне в губы. Я нахмурилась. — То что попало во тьму — она уже никогда не отдаст. К тому же в ночь Литы.

— А что в ночь Литы? — озадачилась я, запрокидывая голову, так, чтобы было удобнее целовать мою шейку. Когда я обхватила этого темного за плечи — уже сама не помню. Как начала отвечать на требовательные ласки — тем более. Всегда любила настойчивых мужиков.

— В ночь Литы тьма празднует свое наступление на свет. Она добрая, щедрая. И склонна делать подарки и отвечать на просьбы. — Символическую юбку безвозвратно разорвали… какая мелочь, когда я сама готова порвать любого, если меня не возьмут здесь и сейчас. Хочется ведь! — Я попросил у нее немного света для своего сердца… мне подкинули тебя, ведьма.

— Дора, — прошептала я, прикусывая остренькое демоническое ушко.

— Мой падший ангел… Аэринэл.

Я сумасшедшая — знаю… Вот только сейчас мне впервые все равно что там было на этом Балу. Мне плевать на огненного демона. Я опять влезла в омут с головой… ну и пусть. Разве я не ведьма!

Его прохладное тело прижималось к моему так тесно и так естественно, что разлука причинила боль. Я вцепилась в его плечи, царапая золотистую, слегка светящуюся кожу, не давая уложить себя на спину. К тому же мне так нравилось как руки демона ее ласкают, осторожно пробегая вдоль позвоночника коготками, нежно проводят пальцами под лопатками, или сжимают ладонями ягодицы. А еще мне просто невообразимо нравилось целоваться с ним. Не закрывая глаз, не отрывая взгляд.

Наконец я почувствовала как его колени, на которых я сидела, медленно раздвигаются, чуть опуская меня… выдохнув ему прямо в рот, я содрогнулась от удовольствия. Странные ощущения. С одной стороны я сгорала от желания, а с другой же все происходило так медленно и томно…

Темноглазый демон не отрывал от меня взгляда, и это заводило еще сильнее.

Слишком хорошо, что бы думать еще о чем-то!

В пристанище Владыки колодцев Тьмы, рассвет не очень то и понаблюдаешь. Да и меня это уже не волновало.

Когда я рассказа историю с проклятьем, Рин долго лежал, уткнувшись носом в мои горящие алым волосы. Потом хмыкнул:

— Это уже не имеет значенья — рассвет был час назад.

Я сделала героическое усилие по вспоминанию… но, заметив мои потуги, Рин слегка разозлился… и зверски зацеловал до полусмерти. При том всю меня — кажется не осталось не одного места на теле, где бы ни прошлись его губы.

— Твой огненный просто дурак, — фыркнул демон, снова пристраиваясь меж моих бедер. Кстати, он действительно оказался чем-то похожим на инкуба — темноволосый, черноглазый, с самыми соблазнительными губами, что я только видела. — Погнался за двумя саламандрами. И упустил единственную. Так что не переживай, мой светлячок, ты ничего не потеряла.

Наверное впервые со мной кто-то был столь нежен. Обычно это была открытая страсть, сильная — рвущаяся наружу… но страсть. И только сейчас, замирая под руками демона тьмы, я поняла что все это время теряла.