Капкан любви - Мид Джулиет (Мед Джульетта) - Страница 116

Джек проигнорировал его, разговаривая только с Джоном Хиршем.

— Я считаю, — продолжил он, — что ваш торговец заключил эту сделку в семь сорок три вечера в среду, шестнадцатого, вскоре после объявления Ламонта, и сговорился с нашим торговцем, который прежде работал в вашей фирме, поставить время сделки три пятьдесят семь и соответствующую цену. Я считаю, что он получил такое указание от старшего управляющего вашей фирмы.

— Подонок! Он морочит вам головы! Я знаю, кто заключил эту сделку. Это Мичинелли. Мичинелли получает указания только от меня.

— Алекс, вы давали ему указание заключить фальшивую сделку? — Джек задал прямой вопрос, ожидая отрицания.

— Конечно, нет! — ложь Фицджеральда прозвучала на всю комнату, ее было слышно даже в коридоре снаружи.

— У меня в портфеле есть заявление Мичинелли, что все это — правда. — Джек взглянул на Джона Хирша. — У нас достаточно доказательств, чтобы подтвердить это.

— Если Мичинелли что-то и подтвердил, то потому, что этот негодяй подкупил его! Ты прогадал, Делавинь! Мы и слышать не хотим об этой подтасовке! — Алекс Фицджеральд высунулся из кресла, почти улегшись на стол и опершись грудью на сжатые кулаки, его рот искривился в презрительной гримасе.

— Я не уверен, что понимаю, чего вы добиваетесь, Делавинь, — мрачно проговорил Джон Хирш. — Если вы знаете, что двое торговцев совершили мошенничество, то почему не позвонили в полицию и не предложили взять их? Да и где они сейчас?

— По последним сведениям, Мичинелли сейчас находится на семнадцатом этаже этого здания, в отделе торговли. Глория Мак-Райтер временно отстранена от работы в «Хэйзе», в ожидании расследования, и остановилась в отеле «Марк» в Нью-Йорке. — Джек заглянул в свои бумаги. — Комната номер 112.

Джон Хирш пристально взглянул на Джека и медленно покачал головой.

— Кажется, я здесь что-то упускаю, — сказал он сомневающимся тоном.

— Если бы Мичинелли и Мак-Райтер скрылись после того, как сотворили мошенничество, куда бы ушли полученные деньги?

— Я полагаю, на счета, которые они открыли.

— А откуда эти деньги пришли бы? — палец Джека уперся в приложение восемь, где были приведены данные о прибылях собственной торговли за последние двенадцать месяцев. — Если Мичинелли забрал бы себе кое-что из этих фондов, где Мичинелли был бы сейчас? Сомневаюсь, что он все еще сидел бы у вас в торговом отделе.

Фицджеральд громко расхохотался.

Даже из-за толстых дверей комнаты заседаний Тедди могла расслышать, каким притворным был этот смех. Она прокляла то, что ее, словно собачонку, выбросили за дверь. По внезапному наитию она схватила телефон и набрала номер Майка.

— Майк, это Тедди.

— Где ты? — удивился Майк — ведь она звонила по внутреннему телефону.

— Внизу на третьем этаже.

— Какого дьявола ты там делаешь?

— Не обращай на это внимания. Я хотела предложить тебе прерваться на обед пораньше.

— Тедди, сейчас только одиннадцать часов!

— Все равно, Майк, уходи обедать. Прямо сейчас, — она повесила трубку.

— Мичинелли работает на меня, — заявил Фицджеральд. — Я его знаю. Я знаю, что он не мог сделать ничего подобного. Я знаю своих парней. Это отборные ребята, все до одного. Он работает на меня, вам говорю!

— Конечно, работает, Алекс. А вы, конечно, хорошо относитесь к своим подчиненным? — задумчиво поинтересовался Джек, доставая из портфеля другой лист бумаги. — Я полагаю, вам доставляет удовольствие, когда у них идет пена изо рта?

— Вызовите сюда Мичинелли! — Алекс вскочил на ноги. — Пусть этот ублюдок сам все расскажет! Если он это сделал, Джон, то клянусь, я выгоню его собственноручно!

Джек наблюдал браваду Фицджеральда с чувством, близким к восхищению.

— Сядьте, Фицджеральд, — приказал Хирш. — Кажется, Делавинь, вы еще не все сказали мне. Вы позволите мне взглянуть на эту бумагу?

Джек передал Джону Хиршу копию признания Майка. Алекс встал, сел, и снова привстал, пока взгляд Джона Хирша не посадил его на место.

— Послушайте, Джон, я знаю этого парня, — снова вмешался Фиц. — Я знаю его по работе. Он не играет честно. Вам нельзя доверять ему. Он всего лишь спасает собственную шею. Он придумает что угодно, чтобы провалить меня. Поверьте мне, Джон, я ничего не знал об этом. Если за этим кто и стоит, то кто-нибудь из подонков Делавиня...

— Заткнитесь, Фицджеральд. Заткнитесь или выйдите, — в голосе Хирша звучал ледяной холод. Он даже не взглянул на своего коллегу, пока читал и перечитывал признание Майка.

— У вас есть что-нибудь еще касательно этого дела, Делавинь? — выражение лица Хирша было непроницаемым. Белтон-Смит нервно вертел в руках свои наручные часы.

— Да, есть. Я кое-что выяснил о пакете опционов на акции «Хэйза», которые прошли через отдел торговли «Стейнберга». У меня также есть некоторые доказательства того, что «Стейнберг» принимал участие в трудоустройстве Глории Мак-Райтер в «Хэйз». Кроме того, у меня есть информация, показывающая, что некоторые ваши сотрудники занимались нечестной торговлей акциями «Хэйза». Однако у меня нет намерений преследовать это по закону.

Хирш оперся руками на стол.

— Джентльмены, я нахожу, что оказался в чрезвычайной ситуации. Утром я шел сюда, рассчитывая принять решение относительно условий покупки «Хэйза Голдсмита». Я представлял это, как спасательную миссию, касающуюся старой и уважаемой лондонской фирмы. Признаю, выгодную, но тем не менее, спасательную миссию. Теперь я вижу, что моя собственная фирма под угрозой. Я услышал — и увидел — факты, из-за которых этим утром принять решение почти невозможно. Однако, решение должно быть принято, и принято быстро. Я хотел бы поговорить с мистером Делавинем с глазу на глаз, но полагаю, что мы вновь соберемся здесь, — он взглянул на свои часы, — ровно через тридцать минут. Говоря, что мы вновь соберемся, я имел в виду всех нас, — он жестко взглянул на Алекса Фицджеральда, — а также Каррутерса. — Хирш тяжело вздохнул. — Ладно, мистер Делавинь, давайте займемся делом.

Тедди ожидала взрыва, но все же растерялась, увидев, что Алекс первым вышел из комнаты и бурей пронесся по коридору. Кажется, он пошел в отдел торговли. Вслед за ним из-за двери потянулся поток исполнительных лиц «Стейнберга», покачивающих головами и переговаривающихся между собой вполголоса. Ричард Белтон-Смит вышел последним, широкая улыбка расплывалась по его лицу.

— Тедди, дорогая, позвольте мне пригласить вас в бар и угостить вином на радостях. Мы должны вернуться сюда через полчаса, так что давайте поспешим.

— Ради Бога что там случилось?

— Скажу пока, что мы хорошо сидим.