Капкан любви - Мид Джулиет (Мед Джульетта) - Страница 46

— Я вижу, что ошибался, — опечаленно сказал он. — Я надеялся, что между нами есть какая-то особая искорка. Я чувствовал что-то такое во время нашей последней встречи в Париже, но теперь вижу, что ошибался, и это меня огорчает. Ясно, что никто для вас не выделяется из толпы, кроме вашего жениха. Какой же он, наверное, редкий и удивительный человек! И очень удачливый. — Кристиан не сводил глаз с ее лица, и Тедди почувствовала прилив крови к щекам.

— Да. Конечно. Может быть. Я просто не знаю. Как бы то ни было, Кристиан, расскажите о себе побольше. Вам нравится Лондон? Вам приятно было бы жить здесь? — беспечно заговорила она, молясь, чтобы он поддержал ее попытку сменить тему. Кристиан сделал это, но с явной неохотой, и Тедди начала понимать, каким он может быть настойчивым.

— Да, мне нравится Лондон, но я — француз и никогда всерьез не намеревался оставить Париж. До недавних пор. Как я уже говорил, Теодора, я обожаю две вещи — красивых женщин и хорошую еду, а это не легко найти в Лондоне. И порой, даже если и повезет найти, то приходится очень долго ждать, чтобы получить их, — Кристиан щелкнул пальцами официанту, который все еще не принес им первое блюдо. — Что касается красивых женщин, здесь я могу быть терпеливым, если нужно. Что же касается еды, то увы... — он коротко выговорил официанту по-французски, и бедняга, после отчаянных дерганий и поклонов, унесся прочь.

Тедди понимала, что для ее же собственного удобства лучше оставить в стороне тему красоты и женщин, но не могла удержаться от насмешки над Кристианом.

— Я не ожидала от вас такой приверженности к стереотипам, Кристиан. Разве в Лондоне не столько же красивых женщин, как и в Париже?

— Я искренне убежден, что нет. По моему опыту, который далек от ограниченного, большинство красивых женщин в Лондоне — не англичанки. Я не утверждаю, что англичанки некрасивы, но они не уделяют своей внешности столько времени, сколько это принято у француженок. Они, видимо, не понимают, что искусство привлекательности — это умение, требующее усердной работы и большой практики. Если англичанка действительно красива, это, я сказал бы, почти случайность.

— Ну, это и впрямь ставит меня на место! Вы всегда так невежливы, Кристиан? Я и не предполагала по нашим предыдущим встречам, что вы можете быть таким шокирующим.

— Шокирующим? Извините меня, Теодора. Я вовсе не намеревался быть грубым. Я просто говорю правду. Если я вижу обворожительную женщину, такую, как вы, то говорю, что ваша красота случайна, потому что она бессознательна. Она не сделана, она случайна, как Большой Каньон или Ниагарский водопад. Это работа природы, или Бога, если хотите. Умышленная, сознательная красота также очень впечатляет, но такая красота, как ваша, куда более необычна. Она лежит в сердце и, должен признаться, немного пугает меня. Вот почему я говорю, что ваш жених — человек удивительный... и очень удачливый. Быть способным заполучить и удерживать такую красоту... — Кристиан вздохнул. — Это действительно большая удача.

После выговора Кристиана официанты обслуживали их с пунктуальным усердием. Тедди наслаждалась едой. Единственным неудобством было то, что она не знала, как держаться с Кристианом. Если она насмешничала, он обескураживал ее искренностью, если она пыталась быть серьезной, он был учтив и обходителен. Тедди знала, что не была красивой — она была милой, привлекательной, при старании могла быть обворожительной, но не была склонна выставляться и обычно не любила мужчин, считавших это главным. Но Кристиан был не похож на других. Она не зашла так далеко, чтобы поверить, что она — выдающаяся красавица, но поверила, что выглядит такой в глазах Кристиана. И наконец, сказала она себе, это нужно зачесть в его пользу. Майк ни разу не говорил ей прямо, что считает ее красивой. Если она надумала бы вступить в связь с другим мужчиной, ей хотелось бы, чтобы тот как можно больше отличался от Майка. Сколько бы Тедди ни говорила себе, что нет мерок, по которым можно оценить, красива женщина или нет, слова Кристиана вернули ей уверенность, и эта уверенность согрела ее. Она прокашлялась и заговорила с полным спокойствием:

— Кристиан, чтобы прояснить обстоятельства, я должна сказать вам, что больше не помолвлена. Мы с Майком недавно разорвали помолвку.

Кристиан недоверчиво уставился на нее.

— Это было к лучшему. В наших отношениях все было ошибочным, и я гораздо счастливее теперь, когда стала свободной и независимой, — Тедди улыбнулась ему, чувствуя себя несколько развязной, но стоило ли об этом думать? Пока она полностью контролировала ситуацию.

— Что я могу сказать? Я изумлен. И рад. Я говорил, что он редок и удачлив, но теперь думаю, что он — редкий дурак, и возможно, удача улыбнется мне, — Кристиан снова взял ее руку и поднес к губам. — Моя бедная Теодора, это было очень тяжело для вас?

Тедди на мгновение лишилась речи. Она проглотила ком в горле и прижала пальцы к виску. Ей страшно не хотелось вновь плакать из-за Майка, но притворяться беспечной и веселой было свыше ее сил.

— Да, мне было тяжело, но теперь все кончено, и я не жалею об этом. Это был мой выбор. У вас были длительные связи, Кристиан?

— Да, только однажды, — Кристиан взглянул вдаль, сквозь ресторан, видимо, вспоминая ушедшую любовь. — Только однажды, — повторил он, и Тедди не стала ни о чем выспрашивать. Они оба были ранены — возможно, это случалось с каждым, и каждый оправлялся от этого.

— А сейчас, Теодора, — Кристиан повернулся к ней, сверкнув ослепительной улыбкой, — я хочу видеть вас снова счастливой и смеющейся. Вечер еще ранний, а вы заставляете меня чувствовать себя молодым. Что я могу сделать для вас? Может быть, мы потанцуем? Можно в клубе, или вы предпочитаете в парке? В конце концов, у меня есть что праздновать.

Его глаза смеялись, лицо было мальчишеским, полным энергии и энтузиазма. Тедди была благодарна ему за такую артистичную замену грусти.

— Кристиан, я просто не могу! Я слишком устала, да и вы должны быть в наилучшей форме для завтрашнего собеседования. Будет безответственным с моей стороны, если я задержу вас этим вечером.

— С вашей стороны будет безответственным отослать меня в отель, когда я только начал знакомиться с вами поближе. Я буду вынужден всю ночь просидеть в баре, заливая печаль и пытаясь найти кого-нибудь, кто составит мне компанию.

— Я не могу представить, что с этим у вас могут возникнуть трудности... — хихикнула Тедди. — Но нет, о танцах мы даже и говорить не будем. Когда вы подпишете контракт, вот тогда мы и пойдем куда-нибудь танцевать. Но не этим вечером. Это был чудесный ужин, он очень мне понравился.

— Так не будем его заканчивать! Вы должны играть по правилам, милая Теодора. Мы встретились в Париже, и вы там отставили меня ради английского друга. Вы обещали, что позволите пригласить вас на прогулку, когда я переговорю относительно моего перехода в «Барнеков», а теперь говорите, что позволите это, только когда я подпишу контракт, — Кристиан встряхнул головой, разыгрывая замешательство. — Возможно, я плохо знаю английский. Возможно, я вас не понял. Вы должны быть внимательнее с иностранцами. Вы должны говорить с ними очень медленно и понятно. Так вы позволите мне пригласить вас на танцы?