Тлеющие угольки - Гейнор Энджи - Страница 10

— Извини, если я вел себя несколько по-медвежьи.

— Наверное, у тебя имелись основания. Но я решила не принимать это близко к сердцу.

— Так вот, значит, о чем говорил Фрейн, — сквозь зубы процедил Клифф. — Ты что, жаловалась ему на плохое обращение?

Линн повернулась и с недоумением воззрилась на него.

— Разумеется, нет! Это не в моем стиле, Клифф. Если бы у меня был повод жаловаться, я бы не стала судачить с сослуживцами, а обратилась бы к тебе лично.

— Если бы у тебя был повод?..

— До сих пор ты мне такого повода не давал.

— Так о чем же тогда он?

Линн предпочла бы не говорить об этом, однако Клифф, затормозив перед светофором, вопросительно смотрел на нее в ожидании ответа, и она почувствовала, что не имеет права утаивать от него правду.

Он внимательно слушал ее рассказ, и только гудок стоявшей за ними машины заставил его вновь посмотреть на дорогу. Зажегся зеленый.

— Дон дал тебе хороший совет, — сказал он. — Нам часто приходится иметь дело со службой по делам о финансовой несостоятельности. И тебе еще не раз предстоит встречаться с людьми, попавшими в кризисные ситуации. Если ты будешь давать волю эмоциям, то просто не сможешь работать.

— Понимаю, — сказала Линн. — Мне кажется, сегодня я все делала правильно. Меня лишь беспокоит, что мелким семейным предприятиям приходится балансировать на грани. Достаточно по соседству появиться крупному супермаркету, и они разоряются. Я не виню покупателей в том, что они предпочитают более широкий выбор и низкие цены, но эта пара всю жизнь трудилась, а в итоге они остались ни с чем.

— Ты еще не раз столкнешься с подобными делами, Линн. Так что крепись.

К удивлению Клиффа, Линн не захотела продолжать разговор и почти всю дорогу молчала. Ему не хватало звука ее голоса, и он лихорадочно соображал, чем бы ее заинтересовать, однако в голову ему лез лишь какой-то банальный вздор. Он утратил искусство непринужденной беседы и не знал, как теперь принято вести себя с женщинами. Как вообще строятся отношения мужчины и женщины. То есть отношения в обществе.

Что касается остального, то — по крайней мере, в случае с Линн Касл — он запрещал себе даже думать о плотском желании, которое постоянно нарастало в нем и уже начинало причинять ему почти физические страдания.

ГЛАВА 4

Мелкие суденышки поспешно отворачивали в сторону, уступая место гиганту-парому, который неуклюже лавировал в узком фарватере, стиснутом с двух сторон зелеными холмами двух островков — Галиано слева и Мэна справа, — отражавшимися в залитой потоками солнечного света воде. Каштановые с медным отливом волосы Линн развевались на ветру, блузка из мягкого шелка плотно облегала ее стан, подчеркивая совершенство форм. Клифф смущенно отвел от нее взгляд.

— Что ты будешь делать, если однажды рядом появится крупная международная аудиторская корпорация, которая будет сбивать цены, отбирать клиентуру, принуждая тебя сокращать персонал? — спросила Линн.

Клифф удивился тому, что она вновь вернулась к начатому еще по дороге в порт разговору.

— Мне бы это не понравилось, однако пришлось бы смириться. — Он пожал плечами. — С другой стороны, может, я был бы даже рад этому. — Он положил ладони ей на плечи, ощутив кончиками пальцев ее нежную плоть, и мягко повернул к ограждению. — Это остров Галиано. Видишь красную крышу, там, на утесе?

Линн повернула голову, и волосы рассыпались у нее по лицу.

— Где земляничные деревья? — спросила она.

— Точно. Это мой дом. Мое убежище. Если наша фирма разорится, я, скорее всего, переберусь туда. Я ведь неплохой плотник, так что могу сам делать ремонт. Могу вести бухгалтерию каких-нибудь мелких компаний, чтобы заработать на жизнь. В свободное время буду ловить рыбу. По крайней мере, с голоду не помру.

В ушах у него зазвенел мелодичный смех Линн, аромат ее духов приятно щекотал ноздри. Он понимал, что уже непозволительно долго держит ладони на ее плечах, но ничего не мог с собой поделать — руки были точно приклеенные.

— Питаться одной рыбой может и надоесть, — заметила она.

— Есть еще устрицы, моллюски, крабы, креветки, гребешки.

Смех ее становился все громче. Она откинула голову, почти коснувшись его плеча. Их взгляды встретились.

— И еще ты можешь выращивать овощи, — принялась фантазировать Линн. — Заведешь овец, кур, свиней, будешь образцовым фермером.

— Боюсь, на моем участке не очень-то развернешься, — сказал Клифф. — Большая часть занята домом и бассейном.

— О, у тебя есть бассейн? — воскликнула Линн с наигранным удивлением в голосе. — В таком случае ты можешь разводить уток.

— Спасибо. Меня как-то не радует перспектива плавать в бассейне вместе с утками. У них есть кое-какие — как бы это выразиться — вредные привычки.

— Да, ты не первопроходец. И все же, когда тебе наскучит ловить рыбу, придется им стать. Будешь питаться корешками и ягодами. Искать в лесу съедобные растения. Я слышала, что из одуванчиков можно приготовить отличный салат. Будешь собирать дикий лук, пастернак...

— Что ж, если ты так говоришь, то придется, — со смехом сказал он.

— Есть еще водоросли, — добавила она, когда паром обогнул узкий мыс, весь заваленный выброшенными на берег бурыми водорослями.

— Если «Симпкинс, Форман энд Ассошиейтс» лопнет, ты, скорее всего, тоже окажешься без работы. Может, тогда приедешь ко мне и научишь искать все эти съедобные вещи, — сказал Клифф.

Линн рассмеялась и выскользнула из-под его ладоней.

— Ну уж нет! Я слишком люблю удобства цивилизации, чтобы становиться на путь первопроходца.

— Тем не менее ты не имеешь ничего против того, чтобы спать на надувном матраце, и не спешишь перевозить мебель, дабы создать себе удобства цивилизации. — Он отступил на два шага и опустился на металлический ящик, в котором хранились спасательные жилеты. — Скажи, а почему ты не попросила брата помочь тебе материально?

Линн повернулась к нему лицом и встала, облокотившись о поручни, отчего грудь ее приподнялась и приняла особенно рельефные очертания. Клифф судорожно сглотнул.

— Клифф, я большая девочка и не нуждаюсь в помощи брата. У него своих забот хватает. К тому же я ведь, кажется, уже говорила тебе, что меня вполне устраивает сложившееся положение вещей. Словом, мебель может и подождать. У меня есть крыша над головой, любимая работа, я каждый день приобретаю все новых друзей.

— Но где ты их находишь?

— Они живут по соседству. На уик-энд мы жарили шашлыки. Я познакомилась почти со всеми. Я разговариваю с продавцами в магазинах и в аптеке, по вечерам ко мне в гости приходят два маленьких мальчика. — Она улыбнулась. — Правда, не знаю, что им больше нравится: я или моя клубничная грядка. А что касается работы, то Кэролин, к слову сказать, просто милашка.

— Кэролин?

— Секретарша в приемной. Клифф, неужели ты не знаешь ее имени?

— Я называю ее миссис Уилкис.

Брови у Линн поползли вверх.

— Кажется, у вас принято обращаться друг к другу по имени. — На это ее замечание Клифф лишь пожал плечами. Линн меж тем продолжала: — Ну да не важно. Так вот, однажды она зашла посмотреть, как я устроилась на новом месте, и подарила мне несколько чайных полотенец, которые сшила сама. Я была так растрогана, что чуть не разревелась. Мы несколько раз пили кофе. Она чем-то напоминает мне маму.

— И, разумеется, ты успела перезнакомиться со всеми остальными сотрудниками, — сказал Клифф. — Прошло всего две недели, а ты уже расположила к себе всех и каждого. Как тебе это удается? Похоже, нам придется предоставить тебе кабинет Гранта, чтобы ты могла принимать своих гостей. — В голосе его сквозил сарказм. Он знал это, но ничего не мог с собой поделать.

— Клифф, я интересна для них просто как новый человек. Это пройдет. Никто не пытается клеиться ко мне, не пытаюсь и я. Ты можешь не беспокоиться, что дело пострадает из-за служебного романа.