Ночь с пылким негодяем - Хоукинз Александра - Страница 11

— Я всегда прислушиваюсь к вашим советам, monsieur le comte[11]. Думаю, короткая пикировка улучшает настроение. — Улыбка ее не потускнела, даже когда граф по-хозяйски потянул ее в сторону от поклонников, отчего ей захотелось заскрежетать зубами. — Джентльмены, au revoir![12] Все, что может предоставить для вашего удовольствия «Золотая жемчужина», к вашим услугам. Наслаждайтесь.

Лорд Кернс с каменным лицом произнес, обращаясь к стоявшим рядом:

— Сдается мне, Малкастер насладится чем-то особенным.

Мадам Венна не стала задерживаться и объяснять графу, что она вовсе не для этого приняла предложение Малкастера. Вообще-то она собиралась при первой же возможности отделаться от графа. Пока это выгодно для нее, он может говорить что угодно, распускать любые слухи.

— Не обращайте внимания на Кернса. Ревность часто развязывает язык, — шепнул ей на ухо граф.

— Пусть поговорят. Мы с вами знаем, что я согласилась просто пройтись с вами, — спокойно ответила мадам Венна.

Лорд Малкастер погладил ее затянутые в перчатку пальцы, лежавшие у него на руке.

— Да. И все же я не теряю надежды убедить вас провести со мной время в более интимной обстановке.

Она чуть не прыснула от подобной самонадеянности.

— Что ж, попробуйте, monsieur le comte!

Когда они с Малкастером проходили мимо Анны, мадам Венна пригладила волосы тремя пальцами правой руки. Это был знак подруге, что потребуется ее помощь. Незаметно для гостей мадам Венна и ее работники часто общались с помощью условных жестов или фраз, чтобы предотвращать возможные нарушения порядка в заведении. Кроме того, этот тайный язык помогал защитить ее девочек и работников. Она не приветствовала насилия без крайней необходимости, однако правила соблюдали не все. Некоторые мужчины без зазрения совести опускались до жестокости по отношению к тем, кто был слабее их. К сожалению, борделям даже высшего разряда, таким как «Золотая жемчужина», приходилось мириться с присутствием негодяев, которым нет дела ни до кого, кроме себя. Поскольку полиция скорее упечет за решетку ее девочек, чем займется разбирательством поступка несдержанного джентльмена, мадам Венна должна была следить за порядком в оба.

Когда они вышли из зала, лорд Малкастер замедлил шаг. Большая лестница, к которой они направлялись, вела наверх, к уютным альковам с балконами, выходящими в зал. Один из этих альковов занимал Сэйнт с другом. Несмотря на то что балконы были открыты и от графа можно было не ждать неожиданностей, мадам Венна подумала, что Сэйнту слышать их разговор, пожалуй, не стоит. Можно, конечно, было повести графа не на балкон, а в один из приватных номеров, но сейчас она была не в настроении принимать нежности любвеобильного джентльмена.

— Вы будете указывать путь, мадам В?

«Пожалуй, один из альковов с той стороны, которая не видна с места расположения Сэйнта, подойдет», — решила она и, изящным жестом указав на лестницу, промолвила:

— Oui. В конце концов, это же мой дом!

Что за игру мадам Венна затеяла с Малкастером?

Невидимый ими, Сэйнт потягивал бренди, наблюдая за их вежливым разговором. От нее он ожидал большего кокетства, особенно если она собиралась пригласить мужчину в постель. Внешность Малкастера пленяла почти всех женщин, а богатство привлекало внимание многих матерей с дочерьми на выданье.

Сэйнт поморщился и потер внезапно занывшую левую бровь. Почему он стоит здесь, вожделея женщину, которая с прямотой всаженного в горло ножа дала ему понять, что он ей не интересен? Прошло уже больше получаса с того момента, как они с Хантером расстались. Его светлость отправился вниз на поиски смазливой блондинки по имени Темперанс. Хантер полагал, что шаловливая девчонка не оправдывает своего высоконравственного имени[13], и многие джентльмены были благодарны ей за эту особенность ее нрава. Сэйнт, впрочем, подозревал, что это нелепое имя проститутки было всего-навсего доказательством наличия чувства юмора у мадам Венны.

Вдруг Сэйнт сообразил, что оказался в глупом положении, и собрался покинуть свой наблюдательный пункт, но тут к паре подошла хорошенькая блондинка. Какие новости она принесла, он не мог знать, но для Малкастера они, похоже, были недобрыми. Мадам Венна подтвердила его догадку, когда с виноватым видом встала с дивана. Граф тут же тоже поднялся, но его напряженная поза указывала на то, что он был недоволен тем, что их прервали.

Мадам Венна решительным шагом удалилась, но блондинка, все испортившая, задержалась на минуту, чтобы успокоить рассерженного клиента. Однако Малкастер взмахом руки приказал ей удалиться. Та, слегка нахмурившись, отправилась в направлении, противоположном тому, куда удалилась ее хозяйка.

Малкастер этого не заметил. Он продолжал смотреть вслед мадам Венне, пока она не исчезла за углом. Неохотно смирившись с тем, что желаемого ему не получить, он направился в сторону лестницы, очевидно решив, что, в конце концов, одна распутная женщина ничем не лучше другой. Сэйнт не сомневался, что он подыщет кого-нибудь, кто согреет его постель этой ночью.

— Если вы решили устроить тайную слежку, лорд Сэйнтхилл, это у вас не очень хорошо получается.

Сэйнт вздрогнул, застигнутый врасплох появлением блондинки, но быстро пришел в себя.

— Слежку, Анна? Я думал, ты и сама не прочь пошпионить.

С Анной его связывала одна история. Хотя Сэйнт и не гордился этим, одно время он пользовался ее услугами, но лишь по той причине, что она была близка к мадам Венне. Месть — не самый лучший повод раздевать женщину, и вскоре ему стала противна эта жалкая игра, тем более что Анна прекрасно понимала, почему он выбрал ее.

— Откуда вам знать? — Она грустно улыбнулась. — Столько лет уже прошло с тех пор, как вы меня вызывали!

И правда, он вот уже несколько лет не спал ни с одной из девочек мадам Венны. Нет, у него, конечно, были другие женщины. Как и шаловливая Темперанс, он редко вел себя в соответствии со своим прозвищем. Когда обида и злость, вызванные отказом, поутихли, дорогие куртизанки и богатые вдовы на несколько месяцев отвлекли его от «Золотой жемчужины». Но он вернулся сюда. И возвращался вновь и вновь. И никто не спрашивал его, почему он проводит вечера здесь. В конце концов, ведь не все приходят в заведение мадам Венны за плотскими удовольствиями!

— Ты что-то хотела сказать или просто ищешь повод увильнуть от работы? — спросил он, не имея желания обсуждать, почему он перестал наведываться в ее постель.

Глаза Анны сузились, вокруг них проступили морщинки, отчего она стала казаться старше. До этой минуты он не осознавал, что, вероятно, младше ее. Скорее всего, ей было чуть меньше тридцати пяти. Мадам Венна тоже младше ее.

— Я пришла только для того, чтобы сказать, что вам не стоит переживать, — произнесла женщина не особенно приязненно. — Хотя с чего бы вам переживать?

Сказав это, Анна собралась уйти, но он схватил ее за руку.

— Из-за чего мне не стоит переживать?

— Из-за лорда Малкастера, — ответила она нетерпеливо. — Ей он неинтересен.

Он не стал делать вид, будто не понимает, какую женщину она имеет в виду.

— Почему ты мне об этом говоришь?

Анна устремила взгляд в потолок.

— Может быть, по той же причине, по которой вы настаивали, чтобы я в постели надевала полумаску. Или по которой вы прячетесь в темноте…

— Я не прятался, — возразил он. «С чего она взяла, что я прятался? Слава богу, Хантера нет рядом!»

— Возможно, я и ошибаюсь.

С такой же интонацией она назвала бы его лжецом.

— Ошибаешься. — Голос его сделался твердым. — Я надеюсь, ты не станешь нести всякий вздор и делиться своими домыслами со слугами. — «А особенно с мадам Венной», — добавил он про себя.

Женщина выдержала его пристальный взгляд.

— В «Золотой жемчужине» не принято вмешиваться в дела клиентов. Мадам В уволит всякого, чьи действия бросят тень на заведение, — сказала она.

Сэйнт не сомневался, что мадам В сделает все, чтобы сохранить безукоризненную репутацию «Золотой жемчужины».