Ночь с пылким негодяем - Хоукинз Александра - Страница 48

— Быть может, я хотела вас обоих оградить от скандала.

— Репутация нашего рода была подпорчена скандалом задолго до вашего рождения. Вы считаете меня слабым настолько, что я не пережил бы парочки новых слухов обо мне?

— Их была бы не парочка. Что, если бы об этом узнали в обществе? Что, если бы ваши друзья стали избегать вас из-за того, что ваша возлюбленная раньше была известной на весь Лондон владелицей «Золотой жемчужины»? Что, если бы они перестали приглашать вас к себе домой, опасаясь, что вы дурно повлияете на их жен и детей?

Сэйнту ее вопросы не понравились, но она все не унималась. Ему было важно понять, на какую жертву она готова пойти ради него и даже ради лорда Гриншилда.

— Вы встречались с моими друзьями и их женами. Неужто вам показалось, что кого-то из них волнует мнение света?

Кэтрин нахмурилась.

— Нет.

Он соскользнул с кровати и застегнул брюки.

— Если вы хотите сбежать из города, как преступник, сделайте одолжение, возьмите всю вину на себя. Но я хочу, чтобы вы остались. Здесь. Со мной.

Сэйнт привык поступать по-своему и верил, что возможно все.

— Вы не сможете жить с любовницей.

— Согласен, — ответил он. — Да и, признаться, надоело мне возиться с любовницами. Какой интерес получать любовь женщины в обмен на дом, пару платьев да симпатичные побрякушки? Мне нужна женщина, которая не боялась бы находиться рядом со мной, чтобы никому из нас не пришлось противостоять всевозможным слухам в одиночку. Которая звала бы меня в свою постель каждый вечер и которой от меня не нужно было бы ничего, кроме моей любви и преданности.

И эта женщина стала бы самой счастливой женщиной во всей Англии. К несчастью, Кэтрин не считала себя подходящей женщиной для маркиза Сэйнтхилла.

Он подошел к ней и сжал ее руки обеими руками. Она опустила взгляд на их соединенные руки, да так и застыла в ожидании его следующих слов.

— Кэтрин Деверолл, могу я надеяться, что вы согласитесь… довериться мне?

Глаза ее распахнулись, насколько это было возможно.

— Что?

Если Сэйнт и насмехался, виду он не подавал.

— Довериться мне, — терпеливо повторил он. — Останьтесь в Лондоне. Обещайте, что не сбежите. Если мне придется гоняться за вами по всей стране, то, когда я вас все же догоню, мне доставит огромное удовольствие наказать вас так, что на вашем чудесном задке живого места не останется.

— Вы не посмеете!

— А вы дайте повод — и потом неделю не сможете сидеть, — пригрозил он.

Кэтрин беспомощно обвела взглядом пустую спальню.

— Надолго? Я не могу здесь жить. Дом продан, и новые хозяева поселятся здесь через несколько дней.

— Насчет жилья не волнуйтесь. Я сам этим займусь.

Он выглядел спокойным и уверенным.

— Вы не можете поселить меня у себя, Сэйнт.

— Я и не собираюсь этого делать, мисс Деверолл, — отозвался он.

— И у лорда Гриншилда тоже, — поспешила добавить она.

Он покачал головой, как будто она расстроила его.

— Вам нужно больше доверять мужчинам, которые вас любят.

Она открыла рот, собираясь что-то сказать, но мудро оставила свое мнение при себе. Этот разговор, того и гляди, мог перерасти в ссору.

— Больше ничего не хотите сказать?

Кэтрин закусила губу и покачала головой.

— Замечательно, — произнес он таким покровительственным тоном, что Кэтрин заскрежетала зубами. — Я знал, что, если вас чем-то заинтересовать, вы можете быть благоразумной.

Она чуть не задохнулась от изумления.

— Но вы ничего мне не пообещали!

— Вот именно. — Его красивое лицо просветлело, когда он увидел, что она пришла в замешательство. — Все будет хорошо, любовь моя. — Он нежно поцеловал ее в надутые губки. — Верьте мне.

Кэтрин не хватило духу сказать Сэйнту, что, хоть она и любит его, он требует от нее невозможного.

Глава 32

-Вечеринка с картами? — Кэтрин с отвращением сморщила носик. — Я не люблю игры.

Реган рассмеялась, поглаживая раздутый живот с растущим ребенком внутри.

— В самом деле, мадам В? — с ехидцей спросила она. — По-моему, вы их очень даже любите, правда, в том случае, когда сами устанавливаете правила.

Десять дней прошло с тех пор, как Сэйнт привел Кэтрин в дом лорда и леди Пашли. Поцеловав ее на прощание, он напомнил ей, что призовет себе в помощь всех порочных лордов, если она попытается помешать его планам. Даже если она поменяет имя, это не спасет ее от его гнева, вздумай она пойти ему наперекор.

— Его высокомерие безгранично, — пожаловалась Кэтрин.

— Мой брат еще хуже, — заверила ее Реган и повела наверх переодеваться. — Он на пять лет упрятал меня в пансион за то, что я целовалась с Дэром.

— Это неслыханно! — возмутилась Кэтрин. — Пять лет за поцелуй!

Реган была рада тому, что кто-то встал на ее сторону, хотя давно уже не признавала над собой диктатуры своего брата.

— Полностью согласна с вами. Однако в защиту Фроста могу сказать, что он защищал меня. У него имелись сомнения в том, что Дэр станет мне хорошим мужем.

— Он явно ошибался.

Вслед за Кэтрин Реган вошла в спальню.

— Порочные лорды — красивые мерзавцы, но все немного бестолковые, — жизнерадостно заметила она. — Думаю, вам стоит надеть розовое атласное платье. Оно освежит лицо и подчеркнет достоинства вашей фигуры.

— Хорошо, — ответила Кэтрин, смирившись с необходимостью участвовать в карточной вечеринке в городском доме лорда и леди Рейнкорт.

Реган, София, Джулиана и Изабель по очереди старались как-то скрасить ее жизнь в разлуке с Сэйнтом и не давали ей грустить. Когда Кэтрин спрашивала Дэра и остальных порочных лордов, куда подевался Сэйнт, никто не мог дать ей вразумительного ответа.

Они явно что-то скрывали, она была уверена в этом. Помогало то, что их жены уверяли ее, что Сэйнт не тот человек, который стал бы обманывать женщину. Каждая советовала довериться признавшемуся в любви мужчине.

Довериться. Это слово ее раздражало, как и джентльмен, потребовавший доверять ему.

— Леди, мы дома! — Голос Дэра вернул ее в настоящее.

По совету Реган она надела розовое атласное платье с пышными рукавами и изящной креп-сатиновой оборкой по подолу. Голову она решила украсить белой шляпкой с низкой тульей, узкими полями и большим белым атласным бантом сбоку.

— Вы ослепительны, Кэтрин, — заметил Дэр, помогая ей выйти из кареты.

— А что приятного ты скажешь своей жене, милый? — не удержалась Реган. В сиреневом платье она была великолепна.

Дэр подхватил жену и впился губами в ее уста. «Такие поцелуи лучше приберечь для более интимной обстановки», — подумала Кэтрин. Не отпуская ее губ, он крутнулся и только после этого позволил ее изящным ножкам опуститься на землю.

— Недурно! — воскликнула Реган, чуть пошатнувшись.

Кэтрин с тоской наблюдала за игрой мужа и жены. Даже самый предвзятый человек не мог не заметить, что эти двое любят друг друга. Пока Сэйнт отсутствовал, его друзья и их жены открыли ей двери своих домов, и у нее появилась возможность увидеть, как живут семейные пары.

Поскольку порочных лордов с «Золотой жемчужиной» связывали деловые отношения, Кэтрин думала, что знает о них все. Ее девочки потчевали ее бесконечными рассказами о Сэйнте и его друзьях. Она не могла поверить, что эти джентльмены способны полностью посвятить себя семье, но, как оказалось, была неправа. Если порочному лорду случалось полюбить, то навсегда.

Они прошли по дорожке и поднялись по лестнице к входной двери, которую им открыл дворецкий. В доме, где должна была проходить вечеринка, было необычно тихо. Ясность внес дворецкий: он поведал, что гости сочли погоду слишком хорошей, чтобы оставаться в помещении.

Кэтрин направилась за Реган и Дэром, которые последовали за дворецким, и вышла на террасу последней.

С ее уст сорвался радостный возглас, когда она увидела Сэйнта, стоявшего возле лестницы, ведущей в сад. Ей захотелось броситься к нему, но она не сделала этого, потому что не была уверена, что простила ему долгое отсутствие. Вместо этого она стала рассматривать его издалека, жадно впитывая каждую деталь его внешности. Он был в темно-синем сюртуке, жилете в тонкую серебристую полоску и желто-коричневых брюках.