Избранный. Печать тайны. Книга 1 (СИ) - Атамашкин Валерий Владимирович - Страница 21

Старл молча слушал. Он допил бульон и отдал пустую чашечку учителю. Старик жестом приказал ему встать.

— Выйдем отсюда.

Они вышли из лагеря, и старик плотно закрыл за собой дверь.

— Начнем тренировку.

— Еще раз, повтори это еще раз, — старик, замахнувшись со всей силы, врезал бамбуковой тростью по ноге Старла. Юноша, стиснув от боли зубы, распростерся в шпагате на земле. Евлампий, перехватив трость, хлесткими ударами начал бить Старла под разными углами, по рукам, в голову, по туловищу.

— Блок, блок, блок. Уклоны!

Старл поднырнул под трость, и тогда старик, откинув ее в сторону, с разворота нанес удар в солнечное сплетение. Юноша с трудом успел блокировать удар и перевернулся на спину.

— Вставай, — Евлампий поднял трость. — Уклоны, — он, не дожидаясь, пока юноша встанет, со всего маху ударил по нему, пока тот лежал на земле. Но трость угодила в землю, — Старл успел увернуться. Тогда Евлампий, присев, выбросил подсечку. Нога рассекла воздух.

— Активней, активней!

Старик развернулся и несколькими точными ударами пробил защиту Старла, завершив начатое броском. Юноша лежал на зеленой траве, тяжело дыша. Старик вильнул бородой.

— Отдохни, сейчас продолжим, — он развернулся к пещере и неспешной походкой зашагал к своему домику.

Старл массируя виски, приходил в себя. Кажущаяся легкость пошла крахом. Миг, когда ему стало казаться, что он приблизился к Евлампию в мастерстве, вновь рухнул как карточный домик. Старик действительно был великим мастером. Но глубоко в душе играла обида. На себя самого в первую очередь. Учиться, учиться и еще раз учиться. Старл каждый день вбивал себе эту мысль в голову. Нельзя было подвести себя, родителей, идею… Евлампия. Теперь уже и Евлампия. Человека, который делал из него все то, что он есть сейчас. Временами резкого, жесткого, но видящего цель и идущего к ней напрямую. Старл поднялся на ноги и попрыгал на месте, чтобы придти в себя. Он заметно изменился за последний год. Лицо покрыла щетина. Он возмужал и окреп. Ежедневные тренировки от заката до рассвета не проходили даром. Появилась уверенность и осознание. Порой они часами разговаривали со стариком. Евлампий рассказывал ему о мудростях боя, объяснял тонкости приемов. Но ни разу старик не заводил разговор о себе и своем прошлом. Это так и оставалось пеленой, некой загадкой для молодого Старла. В прошлом месяце юноше исполнилось восемнадцать. И он ни разу с того момента как появился здесь не видел своего меча. Старик отвечая на этот вопрос — где меч? — всегда говорил что еще не пришло время для того чтобы воспользоваться таким оружием. Старл чувствовал, как набирается сил.

Он сделал медленный глубокий вдох. Евлампий учил, что правильное дыхание — залог выносливости и сил. О прошлом порой не хотелось думать. Но во снах, что так редко снились Старлу, всплывали образы любимой деревни, родных, Удалых гномов. Он видел во сне отца и мать… Старл поправил сползшие повязки на руках и затянул туже узлы.

"Это все прошлое" — подумал он.

Учитель говорил, что прошлого не должно быть. Есть только настоящее и будущее. А прошло нужно помнить лишь для того чтобы сделать выводы и не повторить ошибок. Все, что есть настоящее — миг спустя становится прошлым, а что есть будущее, вот уже настоящее. Есть либо будущее, либо прошлое либо настоящее.

"Может быть" — Старл вздохнул.

Он поклялся забыть о том, что было и жить настоящим. Сделать все, чтобы ничего не мешало сосредоточиться на будущем. И при удобном случае воплотить свой план.

"Месть это блюдо, которое подается холодным" — пронеслось в голове.

Мысли Старла прервал появившийся из-за угла пещеры старик.

— Подойди сюда, юноша.

Старл послушно подошел к учителю и склонил голову.

— Тебе предстоит еще многому научиться. Мы только начали свой путь, — сказал старик. — Я закладываю в тебе основы, тот фундамент, прочный и надежный, на котором я выстрою бойца. Мы изучим школы, познакомимся со стилями, я научу тебя владеть оружием всех видов. Но всему свое время. Сейчас же ты сдашь первый экзамен. Я хочу посмотреть, готов ли ты.

— О чем идет речь? — поинтересовался Старл.

Евлампий кинул ему черную повязку на глаза.

— Одень.

— Мы будем отрабатывать чутье?

Евлампий улыбнулся и едва заметным движением выбросил резкий удар в лицо Старлу. Юноша уклонился. То же самое старик делал, когда на Старле была одета повязка. Он должен был почувствовать удар и противника. В реальном бою может произойти все что угодно и вполне возможно, что однажды придется принять бой в темноте или во мраке ночи.

— Големы, — пояснил он. — И, затем, полоса препятствий.

Старл уже дрался с големами на втором и даже третьем уровне сложности (всего их было восемь), но ни разу не проходил полосу препятствий…

— Я не уверен…

— Ты справишься, — отрезал Евлампий.

— Но я никогда не проходил полосу, тем более с закрытыми глазами.

Старик в ответ лишь молча указал в сторону зала. Ничего не оставалось кроме как завязать глаза и зайти внутрь.

— У тебя все получится.

Старл, ничего не ответив, зашел в зал и, закрыв за собой дверь, одел повязку. Взгляд невольно скользнул по рукам големов — на них не было специальных смягчающих перчаток. Ножи, топоры и булавы. Он вздрогнул.

"Господи…" — пронеслось в голове.

Повязка туго легла на глаза. Ничего не было видно. Взревел двигатель.

ЧИК-ЧИК-ЧИК-ЧИК.

Четыре щелчка. Четвертый уровень. На лбу Старла выступила испарина. Четвертый уровень мог обернуться чертовски большими неприятностями.

"Может быть, он перепутал? Я никогда не дрался с големами на таком уровне тем более с закрытыми глазами".

Старл подавил желание крикнуть Евлампию об этом. Он услышал звук. Нужно начинать бой, или големы могут запросто убить тебя…. Юноша вслушался. Что-то щелкнуло. Свист. Старл с трудом увернулся от просвистевшей рядом с ухом стрелы. В следующий миг шорох послышался сзади и он присев уклонился от мелькнувшего над головой топора. Обожгло правое плечо. Чей-то клинок задел кожу. Старл, вывернувшись, схватил за руку нападавшего голема и потянул его на себя. Свист удара рассек воздух под его ногами. Юноша вовремя подпрыгнул и, протащив голема за руку, укрылся им словно щитом, отбив удар булавой. Не медля, Старл вырвал у голема меч и, прислушавшись, оттолкнул его от себя. В нескольких шагах от него послышался хруст ломаемого дерева — все было рассчитано верно. Упав на землю, Старл провернулся на спине, сбив подсечкой одного из големов, с грохотом упавшего вниз. Выставленный перед собой меч ударил брызгами — другой голем атаковал сверху. Старл, не дожидаясь продолжения атаки, сделал кувырок в сторону и, нащупав топор рядом с поверженным големом, выпрямился и начал отступать назад. Топор и меч в его руках закружились восьмеркой. Отлетела в сторону переломанная пополам стрела. Стреляли спереди. В ответ Старл, развернувшись, чтобы увеличить силу удара, бросил топор и, вращая мечом, кинулся на добивание противника. Но, не успел он сделать и нескольких шагов, как ноги заплела цепь. Он рухнул на цепь и перекатился. Голем тянул цепь к себе. Похоже, топор не нанес механической твари никакого вреда. Старл схватился за цепь и рывком потянул ее на себя. Тяжелый голем не выстояв, упал и юноша, вскочив на ноги, сбросил цепь на землю.

Механизм, дающий питание големам, взревел. Старл почувствовал, как из раны на плече сочится кровь. Он потянулся к повязке, но остановил руку. Впереди его ждала полоса препятствий…

… — Ты сдал экзамен.

Старл сидел на траве, уткнувшись лицом в ладони, и пытался восстановить сбившееся дыхание. Евлампий оценивающе оглядел юношу.

— Хорошо тебя потрепали.

— Что не убивает, делает нас сильнее, — выдохнул Старл.

— Верно, — старик бросил ему капсулу с какой-то коричневой мазью. — Помажь, где болит. Помажь раны, заживет быстро.