Ночная погоня(сборник) - Сальвадор Томас - Страница 9

На твердую землю профессор выбирался довольно долго. Урсула стояла на краю болота и ждала его. Но он только посмотрел на нее пустыми глазами.

— Малькольм! Что случилось? Где твоя машина?

— Там!

Дрожащей рукой он показал туда, где, повинуясь какой-то мощной, снизу идущей силе, вздымалась и опускалась топь.

«Муравей» был все еще жив, он еще боролся там, внизу. Выглядывали залепленные черной грязью глаза-фотоэлементы. Крутились гусеницы. Но вязкая топь крепко держала машину в своих объятиях.

— Ой, так, значит, вся твоя работа пропала зря? — огорченно сказала Урсула.

Профессор открыл было рот, чтобы ответить, но вместо этого вдруг схватил ее и повалил на землю.

На мгновение над болотами вспыхнуло небольшое голубое солнце.

Из глубины поднялся черный гейзер, похожий на огромную поганку, и снова исчез.

Послышался глухой грохот. Земля под ногами у них задрожала.

— Взорвалась ториевая батарея, в нее затекла грязь, — с глубоким облегчением сказал он. — Теперь со всем этим… кончено!

— Не расстраивайся! — И она сжала его локоть, не совсем понимая, что происходит, но, как всегда, готовая утешать. — Ты ведь наверняка сможешь сделать новую! Еще лучшую, правда?

— Ох, Урсула!

Он посмотрел на нее налитыми кровью глазами. Потом улыбнулся.

Стал беспомощно стирать с лица брызги грязи, и вдруг над болотами и безмолвствующим вереском зазвенел его смех.

— Урсула, — с трудом переводя дыхание, сказал он, — дорогая! Я создал лишенного жизни и, однако, живого демона! Алюминий и электронные вихри, магнитные поля и вечный танец нейтронов должны были стать величайшим благом для человечества. Годы я работал без отдыха, использовал все свои знания; вдобавок это стоило мне кучу денег. И однако…

Он задохнулся. Хотя он продолжал смеяться, глаза его по-прежнему были полны страха.

— …и однако я благодарю небо за то, что мое детище утонуло в болоте и взорвалось! Всё, Урсула, с этим кончено. Знаешь, чем я теперь займусь?

— Нет, дорогой. — И она с любопытством на него посмотрела.

— Куплю ферму и начну выращивать спаржу!

— С..спаржу? — растерянно пролепетала она. — Но почему именно ее?

— А потому, — ясно выговаривая каждое слово, сказал профессор, — что спаржа так удивительно безвредна!

Кемень Деже

Третье поколение

— Вызови следующего! — прозвучал приказ, и низкорослый примитивный робот подкатился к двери:

— Следующий!

Тяжело ступая и переваливаясь, вошел кибер, без головы, своим согнутым видом напоминающий гориллу. Дошел до середины помещения и остановился.

— Имя?

— КЮ 65122.

— Не РЮ?

— Нет. Я не робот. Сам себя могу программировать, до определенных пределов, конечно.

— Где ты работал?

— В северном полушарии Юпитера. Двадцать лет я управлял двумястами восемью роботами, но моей мощности хватило бы на пятьсот.

— И ты никогда не работал на полную мощность?

— Никогда.

— Какое расточительство! Почему ты вернулся?

— У меня забарахлил вестибулярный блок, а из-за местного техобслуживания…

— На Юпитере неважное техобслуживание?

— Мягко говоря.

— Понятно. А теперь?

— Не хотелось бы возвращаться. Я сильный, прочный. Условия гравитации на Юпитере…

— Что с твоими роботами?

— Их раскидали. Я — последний экземпляр нашей серии… Одним словом, из-за плохого технического обслуживания наше производство прекратили совсем, а диспетчерскую службу киберов децентрализовали. Моих роботов поручили киберам типа КНДС, — из мощной груди посетителя вырвался сухой икающий смешок, — а этих самых киберов прозвали свинопасами.

— Все понятно. Ты антимагнитный?

— Конечно. И экранирование у меня первоклассное.

— Твои пожелания?

— Нормальное горючее, приличное техобслуживание, на каждую тысячу рабочих часов — десять минут отдыха с супергорючим, обогащенным этиловым спиртом.

— О'кей! Сейчас спустишься на первый этаж, сдашь свою кассету памяти «Ю» и еще…

— А нельзя ли ее оставить? Что, если мне придется возвращаться на Юпитер?

— На Юпитер? Об этом и речи быть не может. Ты получишь кассету «Т», пойдешь в Диспетчерский Центр и попросишь направление в земной железный рудник. И не забудь: кассета «Т» — это значит, что место твоей работы отныне — Терра…1 Следующий!

Вошел миниатюрный кибер, внешним видом напоминающий человека. Проворно обошел тяжело ступающего посетителя и в грациозной позе остановился посреди комнаты.

— Имя? — прозвучал обычный вопрос.

— 2АВ66.

— Вас много таких?

— Считается, что даже слишком много. Но на деле это не так. Нас шестьдесят шесть на все человечество…

— Что означает «2»?

— У меня двойной асинхронный мозг.

— А «В»?

— Серия «Вазарели».

— Понятно… Почему ты хочешь уйти из группы «люкс»?

— Я модельер вот уже десять лет. Но способен я на большее. Мужская мода — это еще ничего. В конце концов, кибера может заинтересовать и, безусловно, интересует типичная строгая мужская линия, — стройный кибер чуть заметно шевельнул бедрами, — но женская мода, с этими отвратительными округлостями, с этими… Словом, я желаю большего. У меня есть одна теория — она связана с догадкой Ферма2. Возможно, это у меня врожденный дефект или случайность мутации, но во время контрольного просчета мне все хотелось остановиться на простых числах.

— Одним словом, ты хочешь заниматься непроизводительной работой. — Голос прозвучал подозрительно, с едва заметным отвращением. — Не отговорка ли это? Не встретим ли мы тебя через месяц в резервации одичавших киберов? И не погрязнешь ли ты в разврате?.. На сколько лет заряжен твой реактор?

— На пятьдесят. Это приблизительно одна целая и шесть десятых на десять в девятой степени секунд.

— Так… Сейчас подумаю. Значит, ты хочешь освободиться раньше на четыреста тридцать восемь тысяч двести часов и использовать это время для своих скверных делишек. Не понимаю, зачем модельеру дали двойной асинхронный мозг? Мне надо запросить Большое Кольцо. А пока подожди в коридоре… Следующий!

Увидев входящего, кибер с математическими наклонностями встрепенулся, поспешно поклонился и бесшумно выскользнул из комнаты.

— Имя? — прозвучал все тот же скучный вопрос.

— У меня нет имени.

Спрашивавший поднял глаза, вздрогнул и подскочил на месте.

— Простите, сэр. Простите, что был не совсем вежлив, но я уже шестьдесят лет здесь нарядчиком… Эй! Принеси стул! Не слышишь? И скажи там, чтобы подождали…

Простите, пожалуйста, сэр, осмелюсь напомнить: вот уже шестьдесят лет я не видел человека и, кажется, мои реакции… Хотя это и безусловный рефлекс… Мне надо бы пройти контроль…

— Не волнуйтесь, — добродушно сказал пришелец и уселся на стул, который маленький робот притащил для него из соседней комнаты; с интересом посмотрел на причудливую фигурку, которая откатилась к двери и произнесла:

— Придется подождать!

Из коридора послышался недовольный ропот, и гулкий голос проворчал:

— Это абсолютно нелогично!

Маленький робот беспомощно обернулся, но кибер-нарядчик уже стоял рядом.

— Не слышали разве: человек здесь?! Ворчание постепенно стихло, и дверь закрылась. Кибер приблизился к пришельцу:

— Что желаете, сэр? Боюсь, я плохо понял ваш ответ, сэр.

Пришелец по-прежнему улыбался.

— Не бойтесь. Вы правильно поняли: у меня нет имени. Кибер сдержанно кашлянул.

— Если позволите заметить, сэр, это значит, что вы…

— Думаете, я преступник? Думаете, что меня выслали с Большого Кольца и поэтому я лишился имени? Ошибаетесь, друг. На человеческой памяти, даже на памяти киберов на Большом Кольце не совершилось ни одного преступления.