Земля Ханаанская. Родина иудаизма и христианства - Азимов Айзек - Страница 46

Возможно, Антиоха и опозорило поражение в битве при Рафии и провал египетской кампании, но он быстро оправился. С 209-го по 204 г. до н. э. он во главе своей армии отправился в восточные провинции, восстанавливая вассальную зависимость земель вплоть до самой Индии.

Если Антиох и знал, что, пока он занимался великими и дальними походами, Ганнибал пытался удержать свою армию на итальянском «каблуке», а Сципион завершал завоевание Испании, то вполне мог и пренебречь такими мелочами. Он поставил себе цель называться Антиохом Великим.

Но потом и для него возник благоприятный момент на западе. В 203 г. до н. э. скончался Птолемей IV, трон унаследовал его семилетний сын Птолемей V. Казалось, что во времена правления ребенка Египет окажется в состоянии хаоса. Антиох тут же заключил союз с македонским царем Филиппом V с целью напасть на Египет и поделить между собой добычу.

Пока две эти державы строили планы, как одновременно напасть на Египет, произошла битва при Заме и Рим стал победителем. И теперь он злобно поглядывал через пролив, отделяющий итальянский «сапог» от Македонии. Филипп, помнивший о македонских воинах, сражавшихся на стороне проигравших в битве при Заме, отказался от египетского плана и приготовился воевать с Римом, направившим в 200 г. до н. э. свою армию в Македонию. Если бы Антиох правильно оценил сложившуюся ситуацию, он сразу же пришел бы на помощь Македонии в борьбе против общей для них угрозы. Однако к этому времени он был занят Египтом.

Действительно, в 200 г. до н. э., том самом, когда началась война между Римом и Македонией, Антиох III одержал крупную победу в сражении при Пании, в 25 милях севернее Галилейского моря. Это был реванш, аннулировавший результаты поражения в битве при Рафии, которая произошла семнадцать лет назад. Вся Иудея и прилегающие к ней районы были потеряны Птолемеями навсегда и оказались под властью Селевкидов. Так как евреи догадывались, что Антиох выйдет победителем, и поддержали его, с ними обошлись милостиво, и они не пострадали от смены власти, по крайней мере тогда.

Но после этого Антиох не попытался захватить весь Египет. К 197 г. до н. э. римляне одолели македонского царя Филиппа V и заставили Македонию принять унизительные условия мира. Антиох, не понимая, что, лишив Македонию помощи, помог тем самым усилению Рима, усмотрел в этом событии шанс расчистить побольше территории для себя. Он начал захватывать области Малой Азии, ведя такие боевые действия, которые прежде означали бы войну с Македонией. Но теперь мелкие государства Малой Азии обратились за помощью к новой могущественной державе — Риму. Рим направил Антиоху предупреждение и потребовал прекратить боевые действия и впредь воздерживаться от них, однако победоносный ныне монарх, считавший себя «Великим», не обратил на это внимания. Наоборот, в 196 г. до н. э. он послал войска в Европу, чтобы получить еще кое-какую выгоду от ослабления Македонии.

Тогда в 195 г. до н. э. пришел Ганнибал. Вызванный из Карфагена римлянами, он высадился в Тире и впервые в жизни увидел родину своих предков. Но намерение идти на восток не располагало к сантиментам. Его враждебность к Риму не исчезла, и он искал Антиоха III, единственного в мире человека, у которого была армия, способная (возможно) сопротивляться римскому колоссу.

Ганнибал встретился с Антиохом в Эфесе, на западном побережье Малой Азии, и предложил ему по-прежнему заниматься военной кампанией в Греции, а он, Ганнибал, тогда смог бы вернуться со своими войсками в Италию. Антиох оказался не столь дальновидным, чтобы согласиться на предложение Ганнибала, или посчитал, видимо, что сам справится с самонадеянными жителями Запада. Тем временем карфагенские власти, узнав о планах Ганнибала и испугавшись, как бы их самих за это не покарали, проявили малодушие и сообщили обо всем в Рим.

Римляне тут же направили миссию в Малую Азию, чтобы попытаться выяснить намерения Антиоха и Ганнибала и предостеречь их. Антиоха, очевидно, не предупредили. Он послал еще больше войск в Грецию и направил в Тир Ганнибалу приказ собирать флот для войны в Эгейском море.

К несчастью, самоуверенный Антиох недооценил римлян. Его экспедиционные силы в Греции были слишком малочисленны и плохо управляемы. В 191 г. до н. э. римская армия разгромила их у Фермопил, а Ганнибал не смог войти в Эгейское море, ему помешали корабли с греческого острова Родос, жители которого боялись Антиоха больше, чем римлян.

Раздосадованный Антиох ушел из Греции в Малую Азию, но римляне шли по пятам. В 190 г. до н. э. в Малой Азии он вновь потерпел поражение от римлян в битве при Магнезии, хотя армия Селевкидов была больше и имела слонов и верблюдов. Рассказывают, перед битвой Антиох спросил Ганнибала, достаточно ли этих сил для битвы с римлянами, и Ганнибал, проведя смотр готовности и расстановки войск, сухо сказал: «Даже самый алчный римлянин не потребовал бы большего».

Сражение при Магнезии стало концом для Антиоха; он принял условия римлян и покинул Малую Азию. Одним из условий было требование римлян выдать им Ганнибала, но у предвидевшего это Антиоха хватило порядочности предупредить Ганнибала, чтобы тот вовремя скрылся.

Ганнибал сел на корабль и отправился на Крит, а затем в Вифинию, царство на северо-западе Малой Азии. Вифиния искала помощи Ганнибала, потому что вела войну с соседним царством Пергамом, союзником римлян. С помощью Ганнибала Вифиния начала одерживать победы, и Пергам позвал на помощь Рим.

Римляне пришли. Вифиния не отважилась подражать Антиоху, и Ганнибал понял, что на этот раз его выдадут. Это было в 183 г. до н. э., спустя тридцать пять лет после его перехода через Альпы. Ему было шестьдесят четыре года, и все, что ему, измотанному и уставшему, оставалось в жизни, — это тюремное заключение, насмешки и брань римской черни и наверняка казнь.

Он избавил римлян и себя от этих неприятностей. Со словами «Давайте положим конец великому беспокойству римлян, которые считают, что слишком долго и слишком утомительно ждать смерти ненавистного старика» он принял яд. Так ушел из жизни один из величайших в мире людей и, вполне возможно, величайший полководец всех времен.

Глава 11. МАККАВЕИ

В то время, когда умер Ганнибал, народ древней Ханаанской земли, казалось, находился на последней стадии полного забвения и должен был стать не более чем маленьким штрихом в истории человечества. На западе еще существовал Карфаген, но теперь это был просто город с сельскими пригородами, подвластный Риму. На востоке оставался Тир, все еще полный жизни и ведущий торговлю, но покорно подчинявшийся любому монарху, правившему на соседней земле.

И был народ, живший в глубинных районах, за Тиром, который казался еще более ничтожным. И конечно же среди самых ничтожных из всех была, возможно, крошечная Иудея. Как же складывалась жизнь Иудеи в 183 г. до н. э., в год смерти Ганнибала?

Первосвященники древней ветви Задоков, уходящей корнями в эпоху храма, построенного Соломоном, по-прежнему правили в Иерусалиме. В 219 г. до н. э., когда подходило к концу правление Птолемеев, скончался Ония (Хония) II и первосвященником стал Симон II. Последующим поколениям он известен как Симон Праведник, и о нем красноречиво рассказывает пятнадцатая глава апокрифической библейской книги Екклесиаст. В 196 г. до н. э., примерно в то время, когда Иудея попала под власть Селевкидов, первосвященником стал сын Симона Ония III. Его тоже описывают как человека благочестивого и набожного.

Территория самой Иудеи свелась к небольшой внутренней области, граничащей с северо-западным берегом Мертвого моря, где Иерусалим был единственным достойным внимания городом, а площадь ее в общей сложности составляла всего лишь около 750 квадратных миль. На севере, где когда-то был Израиль, находилась Самария, и евреи постоянно враждовали с самаритянами, потому что каждый из этих народов считал своих соседей вредными еретиками. К югу от Иудеи жили потомки эдомитян, переселившихся на север, на земли, которые когда-то были Южной Иудеей, а теперь стали Идумеей. Между евреями и идумеями тоже была смертельная вражда.