«Был жестокий бой» - Зарипов Альберт Маратович - Страница 101

— Ну, вам что непонятно? — спросил Денисенко, набравшись храбрости после визуального контакта со своими боссами. — Военный комендант приказывает вам освободить штрафстоянку!

Я подумал-подумал и всё-таки решил уйти с этой чёртовой площадки. Раз именно в этом и заключается всё дело… Я взвалил на левое плечо оба ружья и направился в сторону главной дороги. Перейдя воображаемую границу штрафстоянки, обозначенную по углам четырьмя сиротливыми флажками… Словом, я остановился всего в десятке метров от основной магистрали…

— А теперь вам следует пройти на КПП! — заявил явно обнаглевший комендач.

Усатый капитан ни во что сейчас не вмешивался и только лишь следовал за мной как тень. Но требования Денисенко я решил проигнорировать целиком и полностью.

— Нет! — отрезал я. — Никуда я отсюда не уйду! Ваша штрафстоянка свободна. Так что… Идите…

«… вы бегом бегать» — хотел было добавить я, но всё-таки промолчал.

— Товарищ лейтенант! — стал возмущаться капитан Д. — Как вы разговариваете со старшим по званию? Да я сейчас доложу о вас своему руководству!

— Идите! — отвечал я. — Куда хотите! И докладывайте кому угодно! Я буду стоять здесь!

Наступила долгая и явно томительная для них пауза. А я на всякий случай стал готовиться к возможной встрече с рьяными представителями бдительной военной прокуратуры. Которых, не дай-то Бог, удалось вызвать сюда этим ретивым комендачам…

«Та-ак-с… Оба ружья при мне по приказу комбата Тарасова! Номера ружей у них имеются. С этим проблем быть не должно! Теперь я сам! Так-так… Что у меня есть такого, до которого они могут докопаться? Промедол! Это же наркотик! Но я получил его под роспись у начмеда нашей бригады и на время боевой командировки в Грозный! Так что… Шли бы вы бегом бегать!.. А ещё что у меня есть? АПС в кобуре, гранаты в кармашках, Винторез и магазины к нему… Ах, да!.. У меня же патрон в патроннике!»

Я не спеша отсоединил от винтовки полупустой магазин, затем опустил предохранитель и осторожно потянул затвор. Когда патрон выскочил наружу и упал на землю, я его поднял, обтёр на всякий случай и вогнал в магазин. После этого всё вернулось на свои места. Магазин был присоединён к Винторезу, а предохранитель поднят в безопасное положение…

Усатый капитан наблюдал за моими действиями молча и без каких-либо проявлений эмоций на лице. Зато оцепеневший на время Денисенко пришёл в себя и вновь обрёл дар речи.

— А в-вы ч-что? — спрашивал он, чуть ли не заикаясь. — В-всё это время ходили с заряженным оружием?

Тут я невольно подумал, что ему наверное впервые довелось увидеть настоящие патроны… А ещё я пожалел о том, что не проделал эти «устрашающие» манипуляции там… То есть когда наши Уралы ещё стояли перед опущенным шлагбаумом… Когда этот капитан ходил перед нами настоящим боевым петухом… Тогда, глядишь, всё могло бы повернуться совсем иначе… Но, увы!.. Такой потенциально хороший момент был нами упущен.

«И ведь всё из-за нашей нерешительности! — подумал я. — Э-эх! Сидел бы я сейчас в палатке и пил горячий чай! А не стоял бы тут!»

— Это же правда, да? — вновь заговорил верный помощник своего начальства. — Оно же было заряженным?!

Я опять подумал о том, что… Случись во время его шмона хотя бы один бесшумный выстрел! Ну, разумеется, в сторону… То не стоял бы я сейчас здесь на холодрыге. А пил бы горячий чай в своей родной палатке!

— А что тут такого? — поинтересовался я равнодушным тоном. — Мы же откуда приехали? Кажись, из Грозного?!

Капитан Денисенко больше не произнёс ни слова и быстренько умчался на КПП. А мы остались стоять…

— Обделался! — ухмыльнулся усатый капитан. — Увидал один боевой патрон и всё!.. Наложил в штаны со страху! Вот так с ними и надо! Они же смелые только на бумаге! А что это за патрон такой толстый? Ни разу не видел! Это ж не семь шестьдесят два, да?!

Я начал объяснять ему, что калибр у Винтореза целых девять миллиметров и патроны к нему могут быть как обычные, так и бронебойные…

— С чёрной головкой… — говорил я. — И ободком.

Делать сейчас всё равно было нечего и можно…

— Что вы там стоите и людей пугаете? — послышалось от КПП.

Мы обернулись и увидали на крыльце темноволосого майора, который надрывал своё горло именно для нас. Вернее, только лишь для меня…

— Это старший помощник коменданта! — торопливо пробормотал усатый капитан. Он тут самый главный на КПП!

А товарищ майор продолжал орать как оглашённый:

— Что вам непонятно? Вам же приказали уйти отсюда! Здесь сейчас сам Командующий должен проехать! А вы тут стоите? Ну-ка, зайдите все на КПП! Я вам лично приказываю!

Голос у товарища майора оказался очень громким и крайне напористым. А его доводы и аргументы являли собой почти что верх убедительности… Поэтому почти все окружающие нас люди повернули свои головы именно на нас. То есть на меня!.. Ведь это только я сейчас упорствовал и упрямился… Вполне сознательно не выполняя приказания старшего по званию! Ведь две мои лейтенантские звёздочки не идут ни в какое сравнение со звездой товарища майора.

— Зайдите на КПП и стойте там! — ораторствовал с крыльца старший помощник военного коменданта Моздокского аэродрома. — Никому ваши ружья не нужны! Заходите быстрей! Сейчас Командующий Группировкой поедет! Слышите меня? Вам же будет хуже!.. Если он увидит вас с ружьями!

Я стал колебаться. Ведь для любого кадрового офицера статус Командующего говорит об очень многом… И с этим невозможно не считаться.

— Пойдём что ли? — вновь предложил мне усатый капитан. — Может оно действительно так? Командующий всё-таки!

Я уже привычным движением вскинул оба ружья на левое плечо и молча зашагал к небольшому зданию Контрольно-Пропускного Пункта. Внутри оказалось немного теплее. В коридоре я увидал нескольких праздношатающихся военных, которые стояли и чего-то ждали… Но явно не меня. И я стал искать глазами свободное место для своей персоны…

— Сюда! Сюда идите! — позвали меня.

Я увидал майора, стоявшего у двери. Это именно меня приглашали в самую дальнюю комнату. Я несколько поколебался и всё-таки прошёл в широко распахнутую дверь. В большой комнате с несколькими столами я обнаружил сразу трёх майоров. Именно о них мне рассказывал усатый капитан, когда мы общались на штрафстоянке… А вот сейчас его со мной не наблюдалось. Верный войсковой субординации этот усатый собеседник остался в коридоре и в комнату с тремя майорами заходить не стал…

— Вот так! — произнёс довольным тоном самый высокий майор. — Поставьте ружья в угол!

Этот старший помощник оказался не только жгучим брюнетом… Теперь мне удалось разглядеть его с близкого расстояния. И его чернявое носатое «личико»… Увы, но оно не понравилось мне почти сразу. Но отступать было уже поздно и я молча прошёл в дальний правый угол. Деревянные приклады ружей негромко стукнулись о бетонный пол и двустволки заняли своё место в пустом углу. А я стал разворачиваться к ним спиной…

— Вот и хорошо! Пусть ружья побудут здесь! — произнёс черняво-носатый майор более холодным тоном. — А сами выйдите в коридор! Там и подождите!

Я стремительно окинул взглядом всех присутствующих и сразу всё понял. Это была хитроумная засада, организованная ушлыми комендатурщиками. И главной целью для них сейчас являлись эти два ружья…

— Есть! — сказал я.

И, неспешно развернувшись, я вновь взялся за трофейные стволы…

— Зачем вы ружья берёте? — возмутился старший помощник и он же хозяин КПП. — Я же вам русским языком приказал! Ружья поставить в угол, а самому выйти в коридор! Там и подождите!

Пока он болтал, я не терял драгоценного времени. Ружья оказались на моём левом плече и я не собирался с ними расставаться ни при каких обстоятельствах! Даже под страхом встречи с кем угодно!

— Нет! — сказал я жёстко. — Эти ружья являются боевым результатом моей разведгруппы! И должны быть при мне!

— Какой такой результат? — подал нарочито возмущённый голос другой майор. — Положите ружья и выйдите! Я вам приказываю!