«Был жестокий бой» - Зарипов Альберт Маратович - Страница 82

— Да они же всё равно отвалятся! — предрекал военный водитель.

— Я тебе дам!.. — обещал я ему всевозможные кары. — «Отвалятся»… Если хоть один мешок… То не обижайся! Прямо там будешь его на место ставить!.. Под обстрелом! Понял?.. Мы будем от духов отбиваться, а ты эти мешки с песком таскать…

Застращав военного водителя всеми ужасами военного бытия, я со спокойной душой отправился на второй этаж гостиницы. Вот там-то подготовка к отъезду проходила с предельной добросовестностью. в нашей комнате пыль, конечно же, столбом не стояла… Но-о… По полу всё-таки стелилась…

С нашим штатным вооружением, боевым снаряжением и прочим имуществом особых проблем не возникало. Ведь мы уже занимались аналогичной работёнкой, когда собирались в дальний путь на город Грозный. А теперь нас ожидало возвращение на почти что родную территорию Моздокского аэродрома. Аэропорт Северный сейчас уже не казался нам чем-то враждебным и чуждым… Но всё-таки… Пора было нам и честь познать… То есть вернуться с войны хоть и с маленькими, но всё-таки со своими персональными успехами. Стало быть, с захваченным в «тяжёлых» боях трофейным оружием и радиостанциями.

С вражеским АГСом и охотничьими ружьями мы справились очень быстро. Автоматический гранатомёт разобрали, а двустволки завернули в синее солдатское одеяло. Радиостанции было решено оставить в том самом мешке, в котором они и пребывали на момент своего обнаружения. А вот с охотничьими припасами и всякими принадлежностями вышла некоторая заминка…

— Блин! Что же с этим добром делать? — проворчал я и озадаченно поскрёб свой щетинистый подбородок. — Везти в Моздок не хочется… Выбросить — жалко…

На моей кровати, куда было высыпано всё содержимое мешка, находились пустые гильзы, газетные кулёчки с различной дробью, кусок войлока, две банки с порохом и какая-то другая мелочёвка… Но самого главного, то есть капсюлей… Увы, но их не наблюдалось.

— Может спалить в печке? — предложил мне боец Харитонов. — Или вместе с ружьями сдать?!

Но я уже предполагал всё то дальнейшее… Что неминуемо ожидало эти ружбайки, после того как они отлежатся на складе РАВ… Так что их новые хозяева могут довольствоваться именно двустволками… И поход в специализированный магазин за необходимыми для успешной охоты причиндалами… Это товарищей военачальничков ничуть не затруднит.

— Ну, ладно… — произнёс я и даже махнул рукой. — Порох оставим… На всякий случай! Вдруг он куда-нибудь пригодится. А всё остальное — в печку!

И спустя минуту целый ворох картонных да пластмассовых гильз занялись весёлым пламенем… Когда огонь в буржуйке разгорелся до своего максимума, я вновь распахнул дверцу…

— Давай-ка всё остальное! — приказал я Харитону.

Однако солдат прежде чем закинуть в топку остатки гильз и что-то ещё, обратился ко мне с просьбой.

— Товарищ лейтенант… А можно я себе пыжерубку возьму?

— Кого? — не понял я. — Бросай быстрей!

Боец закинул в печку очередную порцию охотничьих принадлежностей и только потом показал мне то, на что он «положил глаз». Это был невысокий стальной цилиндрик с заточенными краями с одного торца… Тогда как ко второму глухому торцу был приварен небольшой стержень…

— Это пыжерубка! — пояснил Харитонов. — Она острыми краями ставится на войлок, а потом сверху молотком… Вот… Так!

И действительно… После точного удара в войлоке осталась аккуратная дыра… Тогда как внутри пыжерубки появился войлочный кружок аналогичного же диаметра… То есть калибра…

— Ишь ты! — пробормотал я, повертев пальцами новенький пыж. — Никогда с таким производством ещё не сталкивался!..

Я знал, что в пустую охотничью гильзу сперва засыпается пороховой заряд, после чего туда вгоняется пыж… Точно такой же как и этот. А затем в гильзу закладывается дробь нужного диаметра, которая также затыкается пыжом… Но одно дело — знать теорию снаряжения охотничьих боеприпасов… И совсем другое — столкнуться с этим самым непосредственным образом…

— Да забирай себе!.. — сказал я Харитону. — Эту пыжерубку!

— Вот спасибо! — отозвался довольный-предовольный боец-охотник. — А то… Это такой дефицит!

— Забирай-забирай… — произнёс я и собрался было закинуть в топку последние остатки. — Дробь на улице выбросите… А войлок!.. Стоп-стоп-стоп! Он ещё пригодится!

Моя хозяйственная натура вовремя спохватилась… И в последние секунды всё-таки нашла достойное применение куску охотничьего войлока…

— Из него же можно стельки вырезать! — сказал я и ещё раз оглядел спасённое от огня добро. — Хотя бы одну парочку.

Но смекалистые разведчики решили прояснить всё до конца…

— И кому же они достанутся?

Я всё понял и слегка усмехнулся:

— Кому-кому… Кому подойдут по размеру, тому и достанутся!

— Ага… — послышалось с нар. — А подойти по размеру они смогут только товарищу командиру… Ясно-ясно!

— Наместников! — проворчал я, добродушно всё же улыбаясь. — Вспышка!

— Товарищ лейтенант! — донеслось со второго яруса. — А можно выполнить ваше приказание прямо там?.. Ну, где я нахожусь!

— Отставить! — разрешил я, проявляя всё своё великодушие. — А то ещё убьёшься!

— Или нары проломишь! — добавил Харитонов. — Так какие стельки вырезать? На какой размер? Сорок один, сорок два или сорок три?

Я ещё раз осмотрел войлок и прикинул на глазок все возможные варианты:

— Ну, сорок первый размер — это только у меня. Для моих валенок или ботинок они не подойдут по высоте. То есть по толщине! Нога не влезет!.. А вот для резиновых сапог… Такие стельки будут в самый раз!

На мой взгляд я сейчас рассуждал вполне прагматично. Ведь больше половины моих солдат предпочитало шастать по чеченской грязюке именно в резиновых сапогах. Причём, самого настоящего армейского образца. То есть вообще не снабжённых какими-либо стельками. Эти архаровцы, конечно же, выкручивались как могли… Ведь резиновая обувка хоть и не пропускала внешнюю влагу… Но изнутри была очень холодной и крайне сырой… В следствии чего солдаты «рожали», то есть добывали стельки где только могли… Стало быть, раздобыть тире выпросить тире выменять тире стибрить…

«Даже у меня!.. Якобы по незнанию их принадлежности!.. Но очень уж вовремя мне возвращённые… То есть подброшенные!»

Да-а… Тот незабываемый случай я помнил хорошо… Когда разведгруппа всё ещё находилась в строю… А мои стельки всё-таки появились!.. К моей великой радости! Поскольку я питал искреннюю слабость к тёплой обуви… В следствии своих былых похождений по зимнему Афганистану.

Так что… Обладатели резиновых сапожек вполне так разделяли мои симпатии к тёплым стелькам. Продолжая выкручиваться любым доступным способом. Но сейчас я предложил самый благородный вариант… То есть изготовить вполне такие добротные стельки из трофейного войлока чеченских охотников…

— Так кому же достанутся эти стельки? — полюбопытствовал сверху всё тот же боец Наместников. — А-а, товарищ лейтенант?

— Потяните спички! — отозвался я самым достойным решением. — Кому повезёт, тому и достанутся!

Этот вариант устраивал всех присутствующих. Но сперва следовало завершить все начатые дела… Во время чего умелый солдат Харитонов вырежет стельки. А потом дождаться возвращения другой половины нашей группы, которая ушла в распоряжение военного коменданта аэропорта Северный. То есть города Грозного.

И надо же было случиться тому!.. Что все благоприятные факторы военного положения сложились самым благоприятным образом! Мы закончили подготовку к отъезду, боец Харитонов умудрился сотворить из толстого войлока почти что чудо-стельки… И досмотровая группа возвратилась на базу не с пустыми руками.

— Да мы так подумали… — то ли оправдался, то ли бравировал солдат Винтер. — Что этим комендатурщикам слишком жирно будет! Вот и прихватили кое-что… А то всё им да им!

Судя по его довольным-предовольным глазкам… Досмотровая подгруппа и в те дни себя не обижала… Но, наверняка, чем-то продовольственным… А вот сегодня они решили прибыть с «боевого задания» с чем-то материальным. А именно: небольшим зелёным ковриком, штык-ножом без ножен и двумя пачками каких-то медикаментов.