12 великих трагедий - Шекспир Уильям - Страница 120

Сосед, тебя Господь благословил.

Иоанна

Нам не иметь властителей законных,

Воспитанных единым с нами небом?

Для нас король наш должен умереть,

Неумирающий; защитник плуга,

Хранитель стад, плодотворитель нив,

Невольникам дарующий свободу,

Скликающий пред трон свой наши грады,

Покров бессилия, гроза злодейства,

Без зависти возвышенный над миром,

И человек и ангел утешенья

На вражеской земле?.. Престол законных

Властителей и в пышности своей

Для слабого приют; при нем на страже

И власть и милость; стать пред ним боится

Виновный; пред него с надеждой правый

Идет в лицо судьи смотреть без страха…

Но царь-пришлец, чужой страны питомец,

Пред кем отцов священный прах не скрыт

У нас в земле, земли не взлюбит нашей.

Кто нашим юношам товарищ не был,

Кому язык наш в душу не бежит,

Тот будет ли для нас отец в короне?

Тибо

Да защитит всевышний короля

И Францию! Нам, мирным поселянам,

Меч незнаком; нам бранного коня

Не укротить; мы будем ждать смиренно,

Кого нам даст владыкою победа!

Сражения успех есть божий суд.

Король наш тот, кто был миропомазан

В священном Реймсе, кто приял державу

Над древними гробами Сен-Дени…

Друзья, пора к работе; помни каждый

Ближайший долг свой; пусть князья земные

Земную власть по жеребью берут!

А нам смотреть в тиши на разрушенье:

Покорной нам земли оно не тронет;

Пускай пожжет селенья наши пламень,

Пускай кони притопчут наши нивы —

С младой весной взойдет младая жатва,

А низкие легко восстанут кровли.

Все, кроме Иоанны, уходят.

Явление четвертое

Иоанна (долго стоит в задумчивости) Простите вы, холмы, поля родные;

Приютно-мирный, ясный дол, прости;

С Иоанной вам уж боле не видаться,

Навек она вам говорит: прости!

Друзья-луга, древа, мои питомцы,

Вам без меня и цвесть и доцветать;

Ты, сладостный долины голос, эхо,

Так часто здесь игравшее со мной,

Прохладный грот, поток мой быстротечный,

Иду от вас и не приду к вам вечно.

Места, где все бывало мне усладой,

Отныне вы со мной разлучены;

Мои стада, не буду вам оградой…

Без пастыря бродить вы суждены;

Досталось мне пасти иное стадо

На пажитях кровавыя войны.

Так вышнее назначило избранье;

Меня стремит не суетных желанье.

Кто некогда, гремя и пламенея,

В горящий куст к пророку нисходил,

Кто на царя воздвигнул Моисея,

Кто отрока Давида укрепил —

И с сильным в бой стал пастырь не бледнея, —

Кто пастырям всегда благоволил,

Тот здесь вещал ко мне из сени древа:

«Иди о мне свидетельствовать, дева!

Надеть должна ты даты боевые,

В железо трудь младую заковать;

Страшись надежд, не знай любви земныя,

Венчальных свеч тебе, не зажигать;

Не быть тебе душой семьи родныя;

Цветущего младенца не ласкать…

Но в битвах я главу твою прославлю;

Всех выше дев земных тебя поставлю.

Когда начнет бледнеть и смелый в брани,

И роковой пробьет отчизне час —

Возьмешь мою ты орифламму в длани

И мощь врагов сорвешь, как жница клас;

Поставишь их надменной власти грани,

Преобратишь во плач победный глас,

Дашь ратным честь, дашь блеск и силу трону,

И Карла в Реймс введешь принять корону».

Мне обещал небесный извещенье;

Исполнилось… и шлем сей послан им.

Как бранный Огнь – его прикосновенье,

С ним мужество, как божий херувим…

В кипящий бой несет души стремленье;

Как буря, пыл ее неукротим…

Се битвы клич! Полки с полками стали!

Взвились кони, и трубы зазвучали!

(Уходит.)

Действие первое

Явление первое

Ставка короля Карла в Шиноне.

Дюнуа. Дю Шатель.

Дюнуа

Нет! Доле не стерплю; пора покинуть

Нам короля, который сам бесславно

Себя покинул. Кровь бунтует в жилах,

И душу всю я выплакать готов,

Смотря на бедную отчизну… Боже!

Разбойники мечами города,

Старинные жилища чести, делят

И выдают их ржавые ключи

С покорностью врагу… а мы, мы здесь

В бездействии покоя расточаем

Священные спасения часы.

Лишь весть пришла, что Орлеан в осаде, —

Спешу свою Нормандию покинуть,

Лечу сюда в надежде, что король,

Готовый в бой, попки уж вывел в поле…

Но что ж? Он окружен толпой шутов;

В кругу своих беспечных трубадуров

Заботится разгадывать загадки

И лишь пиры дает своей Агнесе.

Как будто все спокойно!.. Коннетабль,

Терпенье потеряв, уже решился

Расстаться с ним… и я, и я расстанусь;

Пора судьбе на власть его предать.

Дю Шатель

Но вот и он.

Явление второе Те же и король Карл .

Король

Друзья, скажу вам новость:

Наш коннетабль прислал мне меч свой; он…

Он просится в отставку… в добрый час!

Брюзгливей, мне уж сделался несносен;

Все не по нем; лишь он один все знает.

Дюнуа

Ах! Твердый муж бесценен в наше время!

Расстаться с ним мне было б тяжело.

Король

Друг Дюнуа привык противоречить…

Но сам же ты всегда с ним был в раздоре.

Дюнуа

Я признаюсь: он горд, досаден, скучен;

Век ничего он кончить не умел…

Но в пору он узнал сие искусство:

Он прочь идет, когда остаться – стыд.

Король

Я вижу, ты в своем веселом нраве:

Смущать его не стану… Дю Шатель,

Король Рене прислал ко мне послов…

Они певцы, их имя знаменито;

Их угостить хочу великолепно,

И каждому по цепи золотой…

(К Дюнуа.)

К чему твой смех?

Дюнуа

Ты цепи золотые

Куешь словами.

Дю Шатель

Казна уж вся давно истощена,

И денег нет…

Король

Найди; певец высокий

Без почести отселе не пойдет;

Для нас при нем наш мертвый жезл цветет;

Он жизни ветвь бессмертно-молодую

Вплетает в наш безжизненный венец;

Властителю совластвует певец:

Переселясь в обитель неземную,

Из легких снов себе он зиждет трон;

Пусть об руку идет с монархом он:

Они живут на высотах созданья.

Дю Шатель

О государь, до сих пор я щадил

Твой слух; для нас была еще надежда!

Но все сказать велит необходимость:

Не о дарах нам думать, нет! о том,

Где завтра хлеб найти себе насущный.

Растрачено все золото твое,

И наши все сокровищницы пусты;

С роптаньем ждет условной платы войско,

Грозясь твои покинуть знамена;

Не в силах я твой королевский дом

И скудною рукою содержать.

Король

Но разве нам уж средства не осталось?

Отдай в залог, что можно заложить.

Дю Шатель

Все, государь, напрасно: на три года

Доходы все вперед заложены.

Дюнуа

А срок придет… ни денег, ни залогов!

Король

Еще у нас земель богатых много.

Дюнуа

Пока щадит их Бог и меч Тальбота;

Но Орлеан в осаде; сдайся он —

Тогда паси овец с своим Рене.

Король

Насчет Рене ты любишь ум острить;

Но этот твой безобластный король

Мне в дар прислал сокровище бесценно.

Дюнуа

Избави Бог! Не право ль на Неаполь?

Несчастный дар! Оно в цене упало

С тех пор, как он пасет своих овец.

Король

То ясная забава, шутка, праздник,

Который он душе своей готовит:

Средь ужасов существенности мрачной

Он сотворил невинный, чистый мир;

Он царское, великое замыслил:

Призвать назад то время старины,

Те дни любви, когда любовь вздымала

Грудь рыцарей великим и прекрасным,

Когда в суде присутствовали жены,

Суровое смягчая нежным чувством.

В сих временах живет незлобный старец;

И в той красе, какой они пленяют