12 великих трагедий - Шекспир Уильям - Страница 97

Чтобы ко мне уйти!

О Сольвейг, милая!..

Сольвейг

К тебе. Так будь же

Теперь мне всем на свете ты – и другом

И утешителем.

(Со слезами в голосе.)

Всего больнее

С сестренкой было расстаться… Нет,

Пожалуй, тяжелей еще с отцом…

Всего же тяжелей – с моей родимой…

Нет, нет, прости мне, Боже… Я не знаю,

С кем тяжелее было мне расстаться!

Пер Гюнт

Но приговор суда ты знаешь, Сольвейг?

Наследства я лишен, двора, земли.

Сольвейг

Иль думаешь, рассталась я со всеми

И всем, что дорого мне было, ради

Наследства твоего, земли, усадьбы?

Пер Гюнт

Мой уговор со стариком ты знаешь?

Бежать от всех я должен, жить в лесу,

Не то схватить меня имеет право,

Как только выследит меня.

Сольвейг

Дорогу

Я разузнала и к тебе помчалась

На лыжах; спрашивал же кто из встречных,

Куда, – я говорили, что домой.

Пер Гюнт

Так прочь засовы и замки! Не надо

Мне запираться от недобрых мыслей!

Порог мой ты переступить решишься,

И – милость свыше кров мой осенит!

О Сольвейг! Дай тобой полюбоваться!..

Не надо слишком близко. Лишь смотреть…

Какая же ты светлая! Позволишь —

Я буду на руках тебя носить!

Ты так нежна, легка! Я не устал бы

Хоть век нести тебя, позволь лишь только!

И я тебя не загрязнил бы. Дальше,

Как можно дальше от себя держал бы!

Нет, кто подумал бы, что я могу

Понравиться тебе?… А знала б ты,

Как сам я стосковался по тебе!

Вот видишь, как я тут трудился, строил…

Но для тебя все это бедно слишком;

Сломаю все и выстрою получше.

Сольвейг

Богато или бедно – я довольна;

Здесь по душе мне, – дышится свободно.

Ведь там, внизу, вздохнуть я не могла,

Давило камнем грудь. И эта тяжесть

Меня оттуда тоже прочь гнала.

А здесь – где бор шумит… где тишь такая

И словно пенье в воздухе дрожит —

Мне так легко, так хорошо; я – дома.

Пер Гюнт

И крепко ты уверена, что будешь

Всегда так чувствовать? Всю жизнь свою?

Сольвейг

По той дороге, по которой я

Сюда пришла, возврата нет.

Пер Гюнт

О Сольвейг!

Так ты моя! Войди же! Дай взглянуть

Мне на тебя в моем жилище, Сольвейг!

Войди! Я разведу сейчас огонь;

Увидишь, станет там светло, уютно;

И мягко будешь ты сидеть и спать!

(Отворяет дверь.)

Сольвейг входит. Пер Гюнт минуту стоит молча, громко смеется от радости и подпрыгивает.

Пер Гюнт Моя царевна! Я ее нашел!

Завоевал! Так для нее теперь

Дворец, ее достойный, строить буду!

(Схватив топор, направляется в лес.)

Навстречу ему из чащи выходит пожилая женщина в зеленых лохмотьях, за нею ковыляет, держась за ее юбку, уродец с пивным жбаном в руках.

Женщина

Здорово, Пер Беглец!

Пер Гюнт

Чего тебе?

И кто ты?

Женщина

Старые знакомцы мы,

Соседи; тут живу неподалеку.

Пер Гюнт

Вот это новость для меня.

Женщина

Ведь вместе

С твоей избушкой и моя росла.

Пер Гюнт (желая уйти)

Мне недосуг, однако…

Женщина

Знаю, знаю;

Всегда так было; прыток ты уж больно,

Но за тобой я поплетусь и рано

Иль поздно догоню тебя.

Пер Гюнт

Да, верно,

Ты обозналась, матушка! Ошиблась!

Женщина

Ошиблась-то я раньше, мой дружок,

Когда так щедр ты был на обещанья.

Пер Гюнт

Я обещал тебе?… Какого черта?

Женщина

Иль позабыл ты вечер тот, когда

У моего отца ты угощался?

Забыл?

Пер Гюнт

Да было бы что забывать!

О чем толкуешь ты – не понимаю.

Когда с тобой в последний раз видались?

Женщина

Последний раз и первым был.

(Уродцу.)

Спроси-ка,

Не хочет ли отец испить пивца?

Пер Гюнт

Отец? Да ты пьяна? Его зовешь ты?

Женщина

Не узнают ли свинку по щетинке?

Глаза-то есть во лбу? Не видишь, что ли?

Он хромоног, как ты душою хром.

Пер Гюнт

Меня ты хочешь обморочить, будто?

Женщина

А ты не хочешь ли уж отвильнуть?

Пер Гюнт

Щенок вот этот длинноногий?

Женщина

Что же,

Таков уж рост.

Пер Гюнт

И на меня ты смеешь,

Хрычовка, взваливать!?

Женщина

Пер Гюнт, ты груб!

(Плачет.)

Моя ль вина, что так успела с лета

Я подурнеть, с тех пор, как за собою

Меня увлек ты через лес и горы?

Когда по осени пришел мне срок,

То черт был повитухой у меня;

Куда уж похорошеть. Но если

Ты хочешь мне красу мою вернуть —

Ту девушку из дому прогони

И прочь из памяти, из сердца выкинь;

Дружок мой, сделай так, – я скину харю.

Пер Гюнт

Сама ты, ведьма, убирайся прочь!

Женщина

Ну как же, так и убралась.

Пер Гюнт

Не то я

Как тресну по башке!..

Женщина

Посмей, посмей!

Хо-хо, Пер Гюнт, мне нипочем побои.

Что день – к тебе наведываться буду,

К вам в горенку заглядывать, и если

Увижу рядышком вас на скамейке,

Начнешь ласкаться к ней – войду тихонько

И доли ласк потребую своей.

Да, да, со мной придется ей делиться.

Прощай, дружок! Теперь женись хоть завтра!

Пер Гюнт

О дьявольское наважденье!

Женщина

Да.

Чуть-чуть тебе сказать не позабыла:

Мальчишку уж воспитывай ты сам,

Бродяга быстроногий!.. Эй, чертенок,

Пойдешь к отцу?

Уродец (плюет на Пера Гюнта)

Тьфу, тьфу! Я топором

Тебя хвачу! Увидишь! Погоди!

Женщина (целуя уродца)

Ну, что за голова у мальчугана!

Ты будешь вылитый отец с годами.

Пер Гюнт (топая ногой)

Ах, чтобы черт унес вас так далеко…

Женщина

Как близко мы сейчас?

Пер Гюнт (сжимая кулаки)

И это все…

Женщина

За блуд лишь мысленный! Тебя мне даже жаль.

Пер Гюнт

Всех больше жаль другую. Сольвейг, Сольвейг!..

Ты золото, ты солнышко мое!..

Женщина

Всегда невинный должен отдуваться, —

Как черт сказал: его побила мать

За то, это допьяна отец напился.

(Плетется в чашу, уродец за нею, швырнув жбаном в Пера Гюнта.) Пер Гюнт (после долго молчания)

Сторонкой обойти дала совет

Кривая мне. И тут придется так же…

Ну, вот и рухнул с треском мой дворец!

Стена воздвиглась между ней и мною…

И разом стало гадко здесь и радость

Моя состарилась… Да, да, сторонкой.

К ней через эту грязь прямой дороги

Мне не найти. Гм… да, прямой дороги…

А все-таки, пожалуй, есть? Коль память

Не изменяет мне, то где-то что-то

Насчет раскаянья когда-то говорилось…

Но что? Что именно? Я не припомню,

И книги при себе здесь нет, и нити

В глухом лесу не сыщешь путеводной…

Раскаянье? Нужны, пожалуй, годы,

Пока я с ним пробьюсь вперед. Несладко

Такую жизнь вести. Сломать, разбить,

Что дорого так, чисто и прекрасно,

И снова склеить из кусков, обломков?

Со скрипкою удасться это может,

Но с колоколом – нет. Нельзя лужайку,

Что зеленеть должна, топтать ногами…

Да полно, выдумки все это, вздор!

Ведь вот исчезла же из глаз та мерзость…

Но не из памяти и не из сердца!

Прокрадываться будут в душу мне

Те мысли грешные. Сначала Ингрид,

Потом те три, скакавшие, как козы

На пастбище. Пожалуй, и они

Придут? И тоже с хохотом и бранью

Потребуют, чтоб я их приласкал

И на руки взял бережно, как Сольвейг!..

Ступай сторонкой, парень! Если б руки

Твои длиннее лап сосновых были,

Ты и тогда ее нести не мог бы

Достаточно далеко от себя,

Чтоб грязью собственною не запачкать…

Сторонкой обойди. Без барыша,

Так уж по крайней мере без убытка

Со всем покончить, да и позабыть…