Хранитель Тайного Алтаря - Митюгина Ольга - Страница 60

Вир вернулся, вновь материализовался и перепрыгнул через трухлявые кости, тяжело опустившись на камни коридора.

Снова ничего.

Белый тигр приблизился, с гримасой брезгливости обнюхал древний остов, а потом дёрнул ухом и мотнул головой, разрешая Эету подойти.

Зомби, стараясь не поскользнуться на мокрых ступенях, приблизился и, встав рядом с Вирлиссом, присел на корточки над скелетом.

— В нём никакой магии, — прошептал он, проведя рукой. — Я не чувствую отклика.

Вирлисс кивнул.

— Пустой. — Эет вздохнул. — Интересно, как этого беднягу сюда занесло? И давно ли он тут?… И почему жрецы его не убрали?

Взгляд белого тигра полнился тем же любопытством, что и взгляд Эета. Капли смолы, шипя, падали с факела на мокрый пол, золотистый свет дрожал на бурых костях, и тьма глазниц казалась ещё более глубокой, хранившей древнюю тайну…

— Ну почему я не умею поднимать скелетов? — в отчаянии прикусил губы Эет. — Почему я не могу поднимать немёртвых? Сейчас мы бы получили ответы на все свои вопросы!

Помолчав, молодой маг добавил:

— Заметь, у него на черепе даже волос не осталось… А одежда сохранилась! Не считаешь, что одно с другим не вяжется?

Вир задумчиво наклонил набок голову.

Эет дотронулся до лохмотьев на рёбрах скелета. Странный материал, нежный и бархатистый… может, конечно, в самом деле бархат, только бархат давно истлел бы. А тут даже можно цвет угадать под слоем грязи. Алый. Похоже, парнишка-то был модником…

В глазах Эета зажглось вдохновение. Он вскочил, прошёл вдоль мертвеца, считая шаги и что-то прикидывая шёпотом себе под нос. Потом снова присел и пальцами замерил толщину костей.

— Знаешь, Вир… А наш приятель и не человек был… Он был немного выше и тоньше… Легче, я бы сказал. Да, я не сплю над учебниками! — улыбнулся он. — Параметры человеческого скелета в допустимых нормах я помню.

Вир приподнял брови.

— Ну и что, что третий курс некромансии? — смешливо фыркнул юноша. — По диагонали для общего развития я просмотрел все пять учебных томов! А полностью и серьёзно я их прорабатываю постепенно, один за другим. С практикумами. Ну, неважно… Так вот, поднятие и подчинение опасных видов нежити начинается с третьего курса. Скелеты — это первый практикум. И я тебе говорю: парень не был человеком.

Юноша положил одну ладонь на нижнюю челюсть мертвеца, а вторую на его темя.

— Смотри, и голова у него была… э-э-э… как бы сказать… удлинённая. Глиста с дыней на плечах! — Эет невольно, хоть и коротко, рассмеялся. — Нехорошо, конечно, так… Но что поделать, если он таким и был?

Юноша пошарил по карманам мёртвого, перевернул остов — и поднял с пола тонкую золотую цепочку с медальончиком. Видимо, когда-то владелец снял её с шеи и переложил во внутренний карман, потом подкладка истлела и не выдержала тяжести золота, медальон выпал из кармана и сквозь рёбра проскользнул на пол.

Эет раскрыл безделушку. Изнутри с золотисто-зелёного фона ему улыбнулась юная красавица с волосами, похожими на облако. Облако из солнечного света. Фасон платья не походил ни на один из известных Эету. Современницы молодого мага таких не носили. Не припоминал он подобных и на иллюстрациях: ни в учебнике истории, ни в приключенческих романах, которыми зачитывался в детстве.

Впрочем, кто сказал, что эта девица — человек?

— С каких времен он тут валяется? — невольно понизив голос, прошептал юноша. — Неужели… с Эпохи Становления? И почему же, если парень сумел сюда забраться, то не смог выбраться? И что искал?

Вирлисс задумчиво повёл ухом. Эет скупо улыбнулся и положил изящную находку в карман.

— Прости, приятель, — встав, сказал он мёртвому. — Думаю, тебе эта побрякушка уже ни к чему. Если ты не собираешься вставать и драться за неё, значит, особой важности для тебя она не представляет. Лежишь? Ну вот и лежи… Идём, Вир! Посмотрим, что там дальше, — улыбнулся он другу.

Белый тигр с безмолвным укором глянул на молодого некроманта, не одобряя подобный юмор, но встал и пошёл вперёд.

— Вир… — немного виновато сказал Эет. — Я не циник. Просто мы, например, тоже далеко не живы, но, если бы у тебя или у меня была вещь… память о возлюбленной… и я, и ты глотку бы порвали, попробовал бы кто забрать! Разве нет? А этой груде костей действительно всё равно, валяется под рёбрами медальон или нет. Что же до души парня… может, она уж и встретилась с душой той девицы, что на портрете. Так что… ну, сорвалось, прости!

Вирлисс хмуро глянул через плечо и коротко рыкнул. Эет вздохнул.

— Это у тебя юмор солнечный. А у меня мрачный…

Вирлисс фыркнул, на ходу подмигнул — и двинулся дальше. Вскоре в свете факела друзья увидели конец хода. Тупик.

— Всё? Это — всё? — не веря себе, остановился Эет. Юноша чувствовал себя едва ли не обманутым.

Вирлисс вздохнул — и ушёл в стену. А потом высунул из каменной кладки довольнющую морду, приглашающе мотнул головой и снова пропал.

— Ещё потайная дверь? — осенило Эета, и молодой маг кинулся к стене. Едва его руки коснулись её, она откатилась в сторону.

Он очутился в небольшой квадратной комнате. В дальнем углу стоял стол, на нём древняя проржавевшая лампа, вся в лохмотьях пыли. У стены напротив сиротливо щерился рассохшимися покосившимися створками шкаф, на полу кое-где угадывались смутные белые штрихи: некогда, видимо, какой-то магический знак нарисовали на всё пространство комнатушки.

Больше ничего тут не было.

Эет чуть присвистнул.

— Интересно, что за волшебство тут творили? Сейчас уже и не понять… Ну ладно! А что тут ещё?

Юноша подошёл и осторожно потянул на себя дверцы шкафа. Древняя мебель жалобно застонала — и с грохотом обрушилась кучей прогнивших досок. Эет и Вир едва успели отскочить.

В воздух поднялось целое облако пыли.

Чертыхаясь и разбивая её ладонью, Эет нагнулся над обломками.

Бумажная труха — всё, что осталось от стопки пожелтевших листов, когда-то лежавших на полках шкафа.

— Вир, это маразм! — выругался юноша. — Ты так не считаешь? Магически сохранять постельное бельё — и позволить сгнить уникальным записям!

Вирлисс скептически приподнял брови.

— Думаешь, раз им позволили сгнить, записи не представляли интереса?

Эет нахмурился. В доводе друга был резон, и всё же… Что-то в глубине души неприятно кололо. Судя по запущенности этого подземелья, о нём давным-давно забыли. Почему? Какую тайну оно должно было унести в небытиё?

Эет призвал легчайший ветерок и позволил невесомому току воздуха поднять уцелевший клочок бумаги к глазам.

Женская рука, державшая розу.

Юноша готов был поклясться, что знает, как выглядит полное изображение. Он видел его. Видел.

На фреске в Общем храме.

Истинный лик богини, о котором упоминали дневниковые записи прежнего хозяина кельи, где сейчас поселился Эет.

— Вир… — еле шевеля губами, прошептал юноша. — Посмотри… Ты помнишь, я говорил о розе в руке Мортис?

Вирлисс быстро повернул голову и изумлённо взглянул на друга.

— Вот она… смотри… Это часть той картины, что тогда мне явилась…

Вир впился глазами в листок.

— Богиня… неужели мы наткнулись на архивы документов…из того мира?…

Эет осторожно долевитировал листок до стола.

— Пусть пока полежит… потом я вернусь сюда с Жезлом Власти и попробую если не восстановить, то хотя бы укрепить рисунок.

Вир кивнул и наклонился к остаткам шкафа.

— Больше там ничего нет… — начал было Эет. Вир прервал его коротким рыком.

— Что там?

Тигр кивнул, указывая на миниатюрные дверные петли на задней стенке шкафа.

Она открывалась. Причём, судя по конструкции петель, не внутрь шкафа, а наружу. В стену.

Значит…

— Должна быть ещё потайная дверь!

Эет одним прыжком перелетел через остатки мебели и принялся ощупывать стену. На сей раз, несмотря на все усилия хранителя Храма, она не открылась.

— Либо это обычная стена, и шкаф передвинули из другого места, либо там что-то воистину бесценное!