Посланница преисподней - Митюгина Ольга - Страница 58

— Ой! — Мортис сморщила носик. — Всё-всё, не надо в волка превращаться! Останешься ты Белым Тигром, и тариллином тоже… Кто однажды получил божественную природу, не сможет её потерять.

— Но ведь моё тело — тело обычного вампира… — Вир пожал плечами. — И пусть. Не сочти мои слова дерзостью, Изначальная. Я далёк от мысли молить тебя о божественной природе. Мне просто жаль, что не смогу тебя навещать.

— А меня и не нужно об этом молить, — Мортис улыбнулась. — Я, вселившись в Ларинну, ненадолго наделила её способностями, каких у неё не было и быть не могло. Её кровь исцелила тебя… и заодно изменила твою оболочку, дав способность принять новую, божественную, суть.

Вирлисс помолчал, покусывая губу.

— Значит… я смогу?…

— Ты по-прежнему сможешь превращаться в белого тигра, Вир, если пожелаешь, — кивнула богиня. — Не как оборотни, иначе. Изменится не твоя плоть, изменится твоя ипостась. И даже… — девушка запнулась. — Не знаю, стоит ли тебе это говорить…

Вирлисс нетерпеливо вздохнул, почти фыркнул.

— Хорошо! — приняла решение Мортис. — Я скажу. Твой дух, если захочешь, сможет покидать оболочку и, как прежде, пересекать грани реальности. И даже сохранит способность к материализации. Тем же, кто увидит в это время твоё тело, может показаться, что ты находишься в глубоком сне… Конечно, оно будет полностью беззащитно… если не считать рефлексов вампирского организма. Как сам понимаешь, отсутствуя, ты не сможешь их контролировать.

Вир молчал.

— Слишком хорошо, чтобы радоваться? — понимающе усмехнулась Силинель. — Ну, ведь не так уж и плохо, верно? Однако помни: чем чаще ты станешь использовать возможности тариллина, тем быстрее они начнут развиваться. Они начнут возрастать, понимаешь?

Юноша глубоко вздохнул.

— Я ещё чему-то научусь?

— Вполне возможно… Способности тариллина не раз преподнесут тебе сюрприз. Но самое важное — ты однажды научишься развоплощению в материальной оболочке. Твои дух и тело сольются воедино. И в день, когда это произойдёт, ты окончательно утратишь вампирскую природу.

— Мне… что… не нужна будет кровь? — не смея верить, прошептал Вир.

— Да. По большому счёту тебе вообще не нужна будет никакая еда. Так же, как вода и сон. Плохо другое. Ты не сможешь долго находиться в мире людей, понимаешь? Божественная сила разрушает его. Поэтому боги и их посланники очень редко являются туда…

— Но ведь демоны… их сила очень близка божественной, но… — в растерянности пробормотал тариллин.

— Близка, да. И всё же демоны слабее нас. Легче в астральном плане. Чуть-чуть, но этого хватает, чтобы их выдерживала та реальность, где обитают люди.

Вирлисс облизнул губы.

— Эет на подобном же распутье… — мягко добавила Мортис. — В конце концов, у вас обоих есть выбор: остаться теми, кто вы есть, или стать…

— Понятно, — вздохнул Вир, поднимаясь. — По большому счёту, это даже не выбор. Это вопрос времени…

— Оптимист, — усмехнулась богиня. — Ну, относительно тебя… да, это вопрос времени, тариллин. Зато хотела бы я посмотреть на лицо Фрейра, когда вы с ним снова встретитесь!

Они смеялись вместе — безудержно.

— Идём! — девушка легко вскочила на ноги, и её фигуру вновь окутало шёлковое чёрное платье. — Эет уже ждёт нас.

Они взялись за руки и перенеслись в реальность снов.

На старый заброшенный пирс, под которым простиралось не море, но серый туман.

Эет и в самом деле стоял на древних пыльных плитах, напряжённо вглядываясь в даль, где сливались голубое до рези в глазах небо — и серая хмарь.

Ветер трепал его волосы цвета светлого золота, ослепительно сияющие на чёрном фоне одежды.

Лич бросился к другу, словно не видел его целую вечность.

— Вир!

Они обнялись.

— Не волнуйся, вернёмся вместе, — с широкой улыбкой успокоил вампир.

Эет посмотрел на Мортис.

Вир не взялся бы определить выражение взгляда, каким обменялись эти двое. Над пирсом царило глубокое безмолвие, только завывал ветер, взметая со старых каменных плит облачка пыли.

— Я ждал этого сна, Госпожа моя, — наконец тихо произнёс Эет. — Как только ты позвала к себе Вира.

Богиня покачала головой.

— Я не твоя Госпожа, — мягко улыбнулась она. — Я всё та же Силинель…

Лич вглядывался в её черты — и узнавал. Как же раньше он не видел этого? Те же мягкость и чёткость в овале лица, та же пышность волос… Просто красками заполнили чёрно-белый витраж.

— Я рад, что ты наконец явилась мне… — юноша чуть запнулся. — Явилась мне во плоти. Такой, какая ты сейчас.

Вирлисс тактично отошёл в сторону и отвернулся.

Время тянулось нескончаемо долго… Наконец, рассудив, что влюблённые уже успели сказать самое важное, Вир обернулся.

Они всё так же стояли, глядя друг на друга — правда, Эет осторожно приобнял девушку. И, наконец, медленно, словно спрашивая позволения, склонился к её губам.

Богиня запрокинула голову — и Вир, вздохнув, отвернулся снова.

Но на сей раз долго ждать не пришлось. Сзади окликнули.

Вирлисс снова обернулся и осветил лицо широкой улыбкой.

Хотя на самом деле улыбаться не хотелось. Щемило сердце. Если бы он мог видеться с Фрери… хотя бы так, во сне…

Мортис чуть ли не виновато посмотрела на него — и на сей раз Вир улыбнулся искренне. Ободряюще. Как бы там ни было — он радовался за друзей.

— Пойдёмте, — позвала богиня. И все трое, взявшись за руки, направились вдоль пирса. Мортис — нет, Силинель! — шла в середине.

— Эт, ты просил меня делиться с тобой планами, — заговорила Изначальная. — И ты прав. Я позвала вас именно за этим. Сначала я объясню, какая ситуация сложилась… что вы сотворили, впустив демонов в мир Земли. И почему я не воспротивилась… хотя хлопот вы создали нам всем довольно много.

— Я совершил какую-то ошибку? — Эет остановился.

— Ошибку? Нет… Ты совершил поступок. Смелый и важный, но последствий которого ты предвидеть не мог.

— Значит, мне хватило смелости, а мудрость подкачала? — Эет улыбнулся.

Сили рассмеялась.

— Ничего, мудрость — дело наживное, а вот смелостью обладают не все… Идём, Эт, мы с Виром покажем тебе наши места. Идём…

Они миновали руины портовых зданий, поросшие молодыми деревцами, и, перевалив через старый оползень, очутились на цветущей поляне, где со скалы падала струйка ручейка.

— Давайте устроимся здесь, — остановилась богиня.

На траве возникло зелёное мягкое покрывало, и Силинель, в третий раз за сегодняшний день поменяв наряд, предстала в белом платье, открывающем плечи.

И по их безупречным линиям свободно рассыпались волосы.

Эет смотрел на Силинель горящими глазами, и, кажется, даже не дышал.

Богиня села, подогнув под себя ноги, а Эет, недолго думая, улёгся на покрывало — и пристроил голову прямо на колени Силинель.

— Хорошо… — улыбнулся он безмятежному синему небу.

Вирлисс хмыкнул.

Сили подняла взгляд на своего тариллина и немного виновато улыбнулась в ответ на его удивлённый взгляд — уголками губ.

— Вир, всё в порядке… Разве Эт не объяснил тебе, что означало моё согласие слить наши силы в Алтаре?

Вирлисс озадаченно нахмурился.

— Мы с ним фактически обручились, — чуть покраснев, призналась Изначальная. — Так что Эт — мой муж.

— Приплыли… — ошеломлённо пробормотал вампир — а Эт и Сили, переглянувшись, расхохотались.

И Вир, помедлив, присоединил свой смех к смеху друзей.

— Эх, мальчишки… — прикрыла глаза Силинель и, опёршись на руки, слегка откинулась назад. — Если бы вы знали, как давно мне не было так… тепло.

Вирлисс улёгся на живот, подперев голову руками.

— А пойдёмте бить морду Гвариану? — безмятежно предложил он. — Раз уж Одину нельзя. А?

— А какая прекрасная мысль! — подхватил Эет, не отрываясь от созерцания лика своей возлюбленной. — Может, и в самом деле набить? Сили, что скажешь?

— Ой, всё бы вам с кем-то воевать! — со смехом отмахнулась девушка. — С чего это вы такие злые?