Посланница преисподней - Митюгина Ольга - Страница 87

— Кстати, проблема, — Вирлисс бросил на друга озабоченный взгляд. — Ты-то ведь перед Храмом тренируешься каждое утро.

— Полагаю, Арит не откажется уступить мне честь изображать вас по утрам, государь, — с улыбкой поклонился Дарршис. — Только по утрам, и только на время ваших обычных тренировок. На мои мечи также можно будет накладывать заклятие иллюзии, чтобы они походили на ваши, подаренные лордом Сегериком.

— Да, обидно было бы оставить такое восхитительное оружие единственно из-за требований маскировки, — усмехнулся Вирлисс. — Что скажешь, Эт?

— Да я только «за», — с улыбкой отступил юный лич, поднимая руки. — Главное, чтобы Арит согласился. А кто станет изображать тебя, Вир? Таривил?

— Сомневаюсь, — покачал головой Вирлисс. — Да и стоит ли его посвящать во всё это?… — через секунду добавил он, в задумчивости потерев подбородок.

— Вы ему не доверяете, лорд Вирлисс? — живо вскинулся Дарршис.

— Нет! Что вы, Дарршис, — Вирлисс даже рукой махнул, отметая подобное допущение.

— Ведь этот юноша был послан на Атариду как шпион… — напомнил солдат.

Советник усмехнулся.

— Да, двенадцать тысяч лет назад. Эльфами. — Вир тяжело вздохнул. — На нём Заклятье Подчинения, Дарршис. Эет его Господин, понимаете? А это пострашнее вашей присяги. Нет, мои соображения иного порядка. Во-первых, Тар слишком порывист. А во-вторых… — Вирлисс пристально посмотрел на Эета. — Он тоскует, Эт. Бьюсь об заклад, парень увяжется с нами в Невенар. Ты, конечно, можешь приказать ему остаться, вот только нужно ли? Я бы не отказался от ещё одного уроженца Невенара в нашей команде.

— Да они с Ариэллой передерутся, — усмехнулся Эет. — На первом же привале придётся разнимать.

— Я серьёзно.

— А если серьёзно… Я не думаю, что Таривил окажется нам полезен. Прошло слишком много времени с тех пор, как он оставил родину. Но если попросится — возьму. Правда, не из соображений целесообразности, а просто потому, что по-человечески ему сочувствую. Вот и всё.

Вирлисс кивнул:

— На отсутствие Таривила даже не обратят внимания. Эльф неделями пропадает в лесах.

— Но ты так и не сказал, кому придётся изображать тебя, — напомнил Эет.

— Полагаю, Харшис великолепно справится, — пожал плечами вампир.

— Но ведь Харшис не некромант.

— Мы с Харшисом примерно на одном уровне владеем игнис-магией, что уже немало.

— Ну, что ж… — уступил Эет. — Значит, решено.

— Только пусть Арит проследит, чтобы Фрей хотя бы раз в неделю отдавали преступника, — в голосе Вира проскользнула боль.

— И со жрецов не спускайте глаз, Дарршис, — добавил Эет.

Демон поклонился.

— Вы можете быть абсолютно спокойны, повелитель. И вы, лорд Вирлисс.

Вир отвесил Дарршису изысканный полупоклон, а Эет благодарно кивнул.

— Мы рассчитываем на вас, Дарршис, — ответил государь.

Главнокомандующий, а теперь и начальник государственной безопасности Атариды преклонил колено, потом поднялся и вышел — отдавать приказы.

— Теперь осталось только поговорить с Аритом и Харшисом, — вздохнул Эет. — Голова у меня кругом, Вир. Не о том надо сейчас думать…

— А о чём? — вскинул брови тариллин.

— Например, что мы скажем Вельзерену, — серьёзно ответил юный лич. — Сам понимаешь, разговор предстоит не из лёгких.

Вампир закусил губу.

— С чего ты взял? Мы скажем, что хотим ему помочь…

Эет хмыкнул.

— Знаешь, Вир… Учитывая всё, что ему довелось пережить, сколько его надежд потерпело крах… Думаю, Вельзерен уже ничему и никому не верит. Хорошо, если он просто расхохочется нам в лицо после такого вот заявления. А может и вспылить. А судя по рассказам Сегерика, когда Вельзерен не в духе… — юноша поморщился. — В Невенаре Вельзерена называют воплощением зла, не забывай.

— Тогда…

— Мы знаем, что это не так, но на его душе столько шрамов, Вир… И он наверняка прикрыл их плотным панцирем цинизма и ожесточения. Так что договориться с Владыкой демонов будет непросто…

— И всё же, думаю, рекомендация Сегерика сыграет свою роль?

— Да. Благодаря Сегерику нас выслушают, — кивнул Эет.

— Что же ты предлагаешь?

Лич вздохнул.

— Я должен обсудить это с Силинель. Она знала Вельзерена. Да и, в конце концов, я хочу просто с ней попрощаться…

Вирлисс хлопнул друга по плечу.

— Иди. С магами я сам поговорю.

Эет благодарно сжал руку своего советника — и молодые люди расстались. Вампир направился к комнате Арита, а Эт — в свою спальню.

Чуть приспустив штору на окне, Эет скинул сапоги и, не раздеваясь, лёг на постель. Закрыть глаза, сосредоточиться — и материальный мир исчез.

Вместе с ощущением тела.

Могущество плеснулось, ничем не сдерживаемое — и только бесконечность вокруг, из которой всё выходит и в которую всё возвращается. Серый туман, полный невнятных образов, что перетекают друг в друга — и растворяются вновь…

— Сили?

— Да, Эт?

Она была здесь. Они были едины.

Эет стал чистейшей нежностью. Он словно касался кожи своей возлюбленной самыми кончиками пальцев.

Затаив дыхание. Чуть-чуть.

И ответное прикосновение — к самой душе. Любовь и радость.

— Я скучал.

— Я тоже.

И — её голова на его груди. Метёлки травы стукаются о колени под тёплым ветром… Запах мёда и сосен.

Эет обнял Силинель.

Она подняла голову и смотрела ему в лицо сияющими глазами, и зелёные искры лучились в их глубине. Нежные губы чуть вздрагивали.

И Эет, позабыв обо всём на свете, любовался дорогими чертами.

И ловил себя на мысли, что не знает, когда вновь сможет вот так же заключить в объятья возлюбленную…

Куда приведёт его дорога — там, в другом мире, далеко от источника божественной силы, в теле простого лича?…

Когда и как закончатся его поиски?

— Нам столько нужно обсудить… — прошептал он.

— Да… — почти беззвучно ответила она, словно читала каждую его мысль.

— Но…

— Но…

— ….сейчас мы пошлём к чёрту все дела…

— ….пусть дела подождут…

Эет накрыл своими губами губы Силинель, и почувствовал, как её руки нежно охватили его шею, увлекая вниз, в хмельную, прогретую солнцем траву.

….А потом они лежали рядом, и голова Эета покоилась на груди Сили, а девушка ласково перебирала его волосы.

Юноша смотрел в бездонное синее небо и тонул в блаженстве.

Разве можно, однажды испытав такое счастье, отказаться от него? Променять на что-то другое?

А ведь Гвариан променял….

Эта мысль — такая неожиданная и неуместная — неприятно царапнула что-то в глубине души.

Гвариан знал Силинель. Он был её мужем. Возможно, они когда-то лежали так же рядом, в траве, и Сили так же нежно перебирала его волосы…

В глазах Эета потемнело. Молодой человек до боли закусил губы — и эта боль привела в себя.

Что за ерунда? Какой смысл ревновать к прошлому? Теперь Силинель вместе с ним…

Эет глубоко вздохнул.

Но если бы Гвариан не повёл себя по-дурацки…

Она была бы с Гварианом!

Юноша резко сел.

— Что с тобой? — голос Силинель полнился тревогой.

Эета трясло. Он изо всех сил пытался успокоиться. В конце концов, если Гвариан повёл себя по-дурацки, это ещё не причина вести себя по-дурацки самому.

— Создатель, да на тебе лица нет!

Эет молчал, только лихорадочными глазами смотрел на Силинель.

— Я… — начал он — и осёкся. И вдруг, неожиданно для себя, процедил с ледяной ненавистью: — Я его убью, если встречу.

— Кого? — ошеломлённо моргнула девушка.

— Гвариана, — коротко бросил Эет.

Силинель внимательно посмотрела на него и покачала головой.

— О, — только и произнесла богиня.

Её интонация подействовала на Эета, как ушат холодной воды.

С пылающими щеками он уткнулся любимой в плечо, не зная, куда деть глаза.

— Прости, — прошептал юноша. — Прости… Я не знаю… Я вдруг так ярко представил… вас вместе…

Руки Силинель вновь нежно скользнули по его волосам, запутались в прядях.