Истории приюта блаженного Хорса - Лукьянец Надежда Николаевна - Страница 31

— Ренни, ты стоишь здесь уже почти полчаса. Там же сейчас ночь. Что ты можешь видеть интересного — он же спит! — Коржик недоуменно покачал головой.

— Похоже, что у меня остался только он один, мой брат! А у меня была такая большая семья! — голос Ренни дрогнул.

— Расскажи, — попросил Коржик.

— Моя семья перебралась в столицу из маленького городка Вузеля. Отец, мать, нас: трое детей. Крис, я и Саистра — наша младшая. Бабушка, две тетушки! Потом в городе начали искать магов…

— Знаю! Я тоже попал в облаву.

— Я и Саистра оказались магами. Мы это узнали, когда отец нечаянно нашел магический кристалл. Он меня спрятал строительным мусором и вывез из города, велел ждать его, но больше не пришел. Раз их не показывает зеркало…

Ренни горько заплакала. Коржик поежился, до мельчайших подробностей вспоминая выпавшие на его долю испытания.

— А, ты знаешь, — он решил отвлечь от слез девочку, — что чисты меня травили сэрдиком?

— Как травили? Ты же жив!

— Жив! Я потом долго об этом думал. Мне, кажется, что спасли меня ягоды из княжеского сада. Я в этот день наелся их до отвала. Черные, сочные, пачкают руки и вкус у них не обычный, но мне они тогда понравились.

— Коржик, а ведь об этом надо бы рассказать Камилле-сан!

— Да, наверное. Ты права. Но сегодня уже поздно, завтра. Хватит, Ренни! Пойдем спать.

Коржик, проводя девочку до двери в ее Девичье Крыло, долго смотрел ей в след. Он помнил разговор чистов о мужчине из Вузеля. Похоже, убили именно отца Ренни. Коржик не знал: говорить ли ей об этом?

У Камилла-сан голова шла кругом. Карантин продлится еще сорок дней — это неплохая отсрочка. Но что дальше? Будут ли последствия с уничтожением сьорства Твердило-воя? Что делать с магами-неучами, которые только и норовят попасть в различные неприятные истории? Как помочь детям, у которых после находки магического зеркала появилась надежда найти родственников? В кабинете Камилла-сан на диване вчера рыдали от счастья четыре обездоленных судьбой ребенка. Жизнь приюта напоминала жизнь на склоне вулкана: лава прорывалась, то в одном месте, то в другом.

Утром еще до завтрака она выслушала страшные истории жизни двух ее воспитанников: Ренни и Коржика. История с ягодами требовала серьезного обдумывания. Камилла-сан решила для начала засадить Коржика за книги о растениях, за гербарии. Может быть он сможет найти этот кустарник по описанию. И тогда… Это надо обдумать!

Ренни рвется в столицу на поиски брата. Это опасно не только для нее, но и для всего приюта. Если ее схватят… Но ведь помочь девочке надо. А как? Камилла-сан глубоко задумалась. Ее собственная судьба связана с судьбами тех, кто погиб во время Краха, или еще раньше во время двух магических войн: сестра, брат, любимый — все они погибли. Кто раньше, кто позже.

Почему вообще стала возможной война? Камилла-сан мысленно перебрала теперь уже давно минувшие события. Верховный Совет магов в одночасье погиб от магического взрыва, на месте замка, в котором произошли эти события, осталась груда дымящихся развалин. Одна группа магов обвинила других, недовольных действиями Верховного совета, в диверсии. Начались поиски виновных. Стычки. Отдельные магические поединки. Маги разделились на два лагеря: тех, кто ищет виновных и обвиняет во всех бедах ранее недовольных, и тех, кто считает, что виноваты сами маги Верховного Совета, что никто не может преследовать и наказывать за недоказанную вину других.

Битвы разворачивались по всей стране. В них втягивали и совершенно не склонных к насилию магов. «Либо ты с нами, либо против нас!» — вот девиз того времени. Редко кому удавалось отсидеться в удаленных замках, среди людей в городах и деревнях. Ей, магу Неуловимых Настроений, всю свою жизнь связавшей с лучшими чувствами людей и магов, всегда невыносимо ощущать, как ненависть, злоба, мстительность калечат людские души. Она уже тогда задалась целью спасти от гибели, как можно больше детей. Похоже, это спасло ее самое.

В день Краха она работала в детской больнице, пытаясь облегчить страдания маленьких пациентов. На Призыв она не ответила, не появилась на месте сбора магов: она не могла оставить искалеченного умирающего ребенка. В момент Краха она пережила боль и ужас, чувство безнадежности и бесконечные тоску всех своих родных и знакомых. Эта беспредельная боль лишила ее навсегда магического Дара.

Жизнь Камиллы-сан отныне принадлежала детям ее дома. В своих мыслях она никогда не называла замок Ингорлон приютом, нет — это был ее Дом.

Глава 16. Клеунвер

— Ренни! Что ты задумала? Ты не можешь отправиться в Варк. Там же для нас опасно. Вспомни! И ты, и я еле унесли оттуда ноги! Нам надо держаться подальше от столицы, — увещевал девочку за завтраком Коржик. Они сегодня были в одной дежурной группе. Держа в руках плетеные из тонкой лозы подносы, они быстро продвигались в живой очереди. Обеденная зала с открытыми настежь окнами была полупуста. Желающих добровольно вставать в такую рань не было. Забирая надоевшую кашу, вареное яйцо и хлеб с маслом, Коржик не в первый раз пытался отговорить девочку от опасного предприятия.

— Но, Коржик, посмотри! Мой брат стал вором. Его бьют за кражи, его бьют за то, что он не сумел украсть. Посмотри, как над ним издеваются! — плача девочка показывала зеркало, тайком унесенное из комнаты Отражений.

Коржик промолчал, отхлебывая ягодный взвар. Свою жизнь в этом городе он помнил даже чересчур ярко. Все это время, что он жил в замке, ему снился один и тот же кошмарный сон: он вновь попадает в руки чистов, и вновь оказывается в колодце полном детских трупов. Теперь он ночами уже не кричит и не будит своих товарищей, но просыпается дрожащий, в слезах и холодном поту. Сердце после пробуждения долго не может успокоиться и часто-часто стучит в груди. Город его не просто пугал, его охватывал непреодолимых ужас при мысли, что он может оказаться на его улицах. Эти воспоминания напрочь отбили у мальчика аппетит.

— Я все равно доберусь до Варка, Я должна там быть. Крис без меня погибнет! — настаивала Ренни.

— Ничего не делай сгоряча! Давай все обдумаем, поговорим с ребятами! Вечером после ужина соберемся в башне Овсег. Я оповещу всех наших. — Коржик первым поднялся из-за стола. Завтрак был испорчен. Кусок не лез в горло.

— Хорошо, до вечера! — Ренни, ковыряя ложкой в тарелке с кашей, проводила его тоскливым взглядом.

В башню Овсег можно пройти из Девичьего Крыла, а можно прямо со двора, через небольшой наружный переход, что очень пригодилось при сборе такой разношерстой компании. Мальчиков в Девичье Крыло не допускали. И не потому, что кто-либо стоял на страже! Нет! Просто, какая-то магическая штучка продолжала работать. И любой мальчишка, проникший в девичье царство, через десять минут испытывая страшный зуд во всем теле, сам покидал сию обитель, давая себе обещание никогда больше здесь не появляться. Что интересно: члены дежурного отряда могли продлить свое безопасное пребывание в запретном месте только до конца выполнения действительно необходимых дел. Тянуть резину и притворятся занятым было бессмысленно: приходилось, почесываясь, уносить ноги.

Компания магов проводила закрытое совещание. Все расселись на деревянных скамейках, стоящих по периметру верхней комнаты башни. Все шесть окон были открыты, и ветер вольно разгуливал, теребя юных магов за одежду и волосы. Солнце, клонящееся к закату, ласкало и золотило их лица. Бублик, потершись между ребятами и уставший от выпавших на его долю дружеских ласк, улегся посередине, уютно свернувшись: найти его нос и хвост не представлялось возможным.

То, что задумала Ренни, совершить одной было бы немыслимо. Тайный отряд магов начал разрабатывать план. Во-первых: Коржик хорошо знал столицу, каждый его переулок, потайные места, воровские шайки. Во-вторых: как попасть в город и как выбраться оттуда? В-третьих: обезопасить себя они могли только с помощью плента, чтобы пройти любые проверки, но…