Журнал «Если», 2005 № 06 - Вейнер Эндрю - Страница 78

Действительно, сразу по окончании художественного училища в Нью-Йорке Гаррисон получил призывную повестку — началась война. Ее он провел в авиации, дослужившись до сержантских лычек и на всю жизнь наевшись «армейской романтики». Неопровержимое свидетельство тому — один из самых антимилитаристских романов всей современной фантастики «Билл — герой Галактики». Правда, как вспоминает писатель, нет худа без добра — война научила его и кое-чему полезному. Например, искусству выживать. А также пить и сквернословить («без этого армейская жизнь не жизнь — везде в известной нам Вселенной»), стойкости и терпению, умению выполнять ежедневную рутинную работу, не ожидая награды.

Однако и демобилизация оказалась весьма болезненным процессом, смысл коего Гарри Гаррисон понял только годы спустя. Оказалось, что армия, дав многие полезные навыки, совсем не учила еще одному — жить мирной жизнью. Зато у будущего сатирика вскоре появилась следующая мишень — американский колледж.

Нужно было родиться Гаррисоном-Демпси, чтобы поступить не куда-нибудь, а в некий Хантер-колледж, который до того был… закрытым женским вузом! За девицами из Хантера студенческая молва закрепила две убойные характеристики: во-первых, необычайно умны, а во-вторых, страшны как смертный грех. «Я словно гляделся в зеркальное отображение армии, в которой, наоборот, поголовно одни мужики, и все — полнейшие кретины». Добавочным раздражающим фактором стало засилье на первом курсе, кроме умных, некрасивых девиц и неотесанных экс-фронтовиков, еще и ловкачей, в свое время «отмазавшихся» от призыва. Хотя к последним ветеран-вояка Гаррисон относился со смесью досады и зависти…

Не выдержав и семестра, Гаррисон забросил учебу и пустился во все тяжкие, выбрав жизнь «свободного художника». На сей раз в буквальном смысле слова он принялся рисовать все, что угодно, без разбору, лишь бы платили. Коммерческую рекламу, книжные иллюстрации, открытки и визитные карточки, но более всего — комиксы. А когда на рынке произошел очередной кризис, у художника Гаррисона уже была в запасе новая профессия, долго входить в которую не пришлось. Он стал редактировать ту самую «пульпу», чьим благодарным читателем был все эти годы!

На протяжении семи лет Гаррисон проработал редактором десятка научно-фантастических журналов. Ну, а где редактор — там со временем и писатель. С 1955 года он гордо писал во всех анкетах free-lancer. Свободный художник, а в данном случае — профессиональный писатель, иначе говоря, живущий только на литературные гонорары…

К тому времени Гарри Гаррисон успел жениться на Джоан Мерклер, которая родила ему сына и дочь. А кроме того, изрядно поколесить по свету. Пожил в Мексике, Англии, Италии, Швеции. После этого неожиданно прикипел душой к Дании, прожив с семьей в старинном каменном доме на берегу Северного моря не один год. И в конце концов облюбовал Ирландию, купив дом по соседству с Энн Маккэфри.

Писатель Гарри Гаррисон «родился» в 1951 году, когда друг и коллега Даймон Найт, в ту пору редактировавший один из научно-фантастических журналов, опубликовал рассказ-дебют молодого художника — «Проникший в скалы». Но прошло два года поисков, прежде чем начинающий автор наткнулся на свою жилу, исправно снабжавшую его «золотым песком» все последующие десятилетия.

Этим клондайком стала самая популярная серия Гаррисона — «Стальная Крыса» (вообще-то точнее Крыса-из-Нержавейки). Первый рассказ о межзвездном преступнике-виртуозе Джиме ди Гризе, со временем превратившемся в истового ревнителя закона и справедливости, в 1957-м опубликовал легендарный Джон Кэмпбелл. А спустя четыре года Гаррисон собрал все опубликованные рассказы и объединил их в томик под названием «Стальная Крыса». Писатель не подозревал, что ступил на эскалатор, который никогда не останавливается… С 1961 по 2003 годы вышло, если не врут библиографии, 14 томов «крысиной» саги.

Впрочем, цикл о Стальной Крысе стал знаком нашему читателю относительно недавно, все изданные до сих пор переводы выпущены за последние полтора-два десятка лет. До этого культовым произведением для отечественного поклонника Гарри Гаррисона была другая серия, популярная и на родине писателя, но у нас завоевавшая славу вообще экстраординарную. Речь идет о трилогии под названием «Мир смерти», а точнее, о первом романе, на русский язык переведенном как «Неукротимая планета». Зная сюжет, трудно отделаться от впечатления, что Гаррисон назвал планету, на которой развертывается действие, в честь «пирровой победы», которую и представляет собой любая «победа над природой».

Два романа-продолжения — «Мир смерти-2» (1964) и «Мир смерти-3» (1968), известные также под названиями «Инженер по этике» («Моралист») и «Конные варвары» — укрепили славу Гаррисона как мастера остросюжетной приключенческой фантастики. Причем такой, рядом с которой слово «проблемная» не покажется натяжкой. К приключенческим романам в духе традиционной hard science fiction относится и трагическая история обитателей гигантского «звездного ковчега», давно забывших о цели космического путешествия и живущих в своем воображаемом замкнутом мире — роман «Плененная вселенная» (1969), а также более поздняя трилогия «К звездам!» («Мир-дом», «Мир на колесах» и «Мир звезд»).

Однако Гарри Гаррисон быстро зарекомендовал себя и как талантливый рассказчик, его емкие и остроумные новеллы успешно составляли конкуренцию произведениям таких асов короткой формы, как Эрик Фрэнк Расселл, Фредерик Браун и Роберт Шекли. Достаточно вспомнить одну из самых популярных серий писателя, рассказы которой позже составили сборник «Война с роботами» (1962). Его «герои» также вошли в пантеон славы научной фантастики, как и разумные роботы Азимова, Саймака, Шекли.

Чем же «брал» читателя Гарри Гаррисон? Во-первых, отменным чувством юмора. А кроме того, визуальной достоверностью изображаемого (вот где пригодился опыт художника-иллюстратора!). Сколь бы условны и фантастичны ни были его миры, они эмоционально захватывают, их зримо видишь перед собой.

Но, как уже говорилось выше, Гаррисон умеет не только смешить, но и высмеивать — порой зло и беспощадно. Взять хотя бы уже упоминавшийся роман «Билл — герой Галактики» (1965), созданный как своего рода ответ убежденного пацифиста откровенно милитаристскому «Звездному десанту» Роберта Хайнлайна. В англоязычной критике с легкой руки шведа Сама Люндваля чаще всего называют «Уловкой-22» научной фантастики». Если вспомнить, какую роль для поколения американцев конца 1960-х годов сыграла книга Джозефа Хеллера — блестящий образец «черного юмора» на тему абсурда и тихого ужаса мира-казармы, — сравнение не покажется преувеличением. Для первых читателей романа Гаррисона, над которыми дамокловым мечом висела угроза отправки во Вьетнам, история злоключений незадачливого вечного ландскнехта в мире, где воюют все со всеми, всегда и везде, смотрелась весьма реальной перспективой.

Ну, а нашему читателю пришлось дожидаться времен перестройки и только тогда познакомиться с этой горькой, умной и местами совсем несмешной книгой. Раздражающие цензоров советского периода «красные флажки», обильно разбросанные по тексту романа (чего стоит один «военно-трудовой лагерь «Троцкий»!), только усугубляли главную идею, выстраданную автором, который сам вдоволь нахлебался из солдатского котелка: нет ничего более абсурдного на свете, нежели война. И, увы, ничего более привычного, даже обыденного для человеческой цивилизации.

Правда, к тому времени Гаррисон в одиночку, а чаще вместе с соавторами — Робертом Шекли, Дэвидом Бишоффом, Джеком Холдеманом, Дэвидом Харрисом — уже успел разрядить целую обойму романов-продолжений, к сожалению, слишком «скорострельную» и, на мой взгляд, откровенно беззубую.

Чтобы закончить с сериями, остается упомянуть еще одну трилогию — «Запад Эдема» (1984), «Зима в Эдеме» (1986) и «Возвращение в Эдем» (1988). Наверное, среди всех и всяческих альтернативных историй, которых фантасты написали видимо-невидимо, это одна из самых оригинальных.[9] Во всяком случае, если мне не изменяет память, никто из коллег Гаррисона не пытался отыскать точку рокового «ветвления» так далеко в прошлом. Действительно, а почему бы не построить еще одну историю человечества, исходя из предположения, что 65 миллионов лет назад, когда и человека-то не было, динозавры вовсе не погибли, а эволюционировали до появления разума и впоследствии делили Землю вместе с людьми?