Обитель - Макгвайр Шеннон - Страница 21

— Что?!

— У тебя бывало так, что ты в одном конце здания, а тебе нужно поговорить с кем-то, кто в другом конце?

— Да.

Именно для этого в Тенистых Холмах имеется армия круглосуточно дежурящих пажей.

— Этим Эйприл и занимается. Находит тебя, принимает сообщение, передает его и возвращается к своим делам. Она не возражает против таких обязанностей, и Джен нам не запрещает, вот мы и пользуемся ею, чтобы знать, что нужный человек находится на нужном месте.

— Вы используете дриаду, которая живет у вас в компьютере, как интерком.

— В целом, так.

— Вы психи.

— Да, но мы милые, — Алекс подмигнул. Я сильно покраснела. Теперь уже явно веселясь, он подошел и сел рядом со мной на кровать.

— Ну что, я ответил.

— Да уж.

— Почему у тебя нет бойфренда?

— Ну вот, неприличные вопросы пошли. — Я сделала огромный глоток кофе, не обращая внимания, что он обжигает мне горло. — Все запутанно. Просто не было времени.

— Значит, ты свободна?

Я покосилась на него.

— Это уже два вопроса.

— Возможно, — Алекс ухмыльнулся. — Ты против?

— Три вопроса.

Я чувствовала исходящее от его кожи тепло. Он не сбросил человеческую маскировку, и под свежим, чистым запахом шампуня пах своей магией — клевером и кофе.

— Нет, я ни с кем не встречаюсь, и да, пожалуй, я свободна. После того, как закончу работу.

— Хорошо. — Он наклонился ближе, вынул из моей руки стакан, поставил на пол и поцеловал меня.

Более близкое знакомство и возможность уединиться имеют для меня лично большое значение. Поэтому, в отличие от того первого раза, я, не раздумывая, прижалась к груди Алекса и ответила на поцелуй. Плачевное состояние моих волос и одежды было забыто — куда интереснее было, насколько крепко мы можем впечататься друг в друга, не оказавшись один у другого на коленях. Его руки выразительно говорили с первого момента нашего знакомства, но сейчас, запутавшись у меня в волосах, обнимая за шею… они пели.

Алекс первым прервал поцелуй и отодвинулся. Я тяжело дышала, и глаза у меня наверняка были круглые от изумления.

— После того, как закончишь работу?

Не доверяя собственному голосу, я кивнула.

— Хорошо. — Он легонько провел губами по моему лбу, встал и взял со стола свой забытый сэндвич. — Я увижу тебя в офисе?

Этот вопрос был проще, так что я сглотнула и ответила:

— Да.

— Здорово. — Он улыбнулся, открыл дверь и исчез.

Я долго и ошеломленно глядела ему вслед, а потом, застонав, откинулась на кровать. Запах кофе и клевера все еще держался в воздухе, и у меня было не то чтобы совсем уж неприятное ощущение, что все только что усложнилось еще сильнее.

Глава 8

Алекс ушел в начале первого, но растормошить Квентина мне удалось только к половине третьего. Вещь из разряда тех, которые узнаёшь о человеке, когда долго находишься с ним рядом: Квентин ненавидит ранние подъемы даже больше, чем я. Обычно это не я, а меня вытаскивают из кровати. После неожиданного свидания за завтраком я была в слишком хорошем настроении, чтобы раздражаться, так что просто собралась сама, заказала в номер еще кофе и не стала подгонять Квентина.

На улице уже давно был теплый день, но я все равно надела куртку Тибальта, футболку и джинсы — сочетание, которое сам Тибальт, скорее всего, счел бы возмутительно небрежным. От кожи до сих пор слабо пахло мятой. Этот запах почему-то успокаивал, хотя мне не хотелось размышлять на эту тему.

Положительной стороной нашего позднего выезда было то, что пробки на дорогах уже рассосались. Я не особо стремлюсь выяснять, каково застрять в час пик в машине с полусонным подростком. Мы легко и без помех прибыли в Эй-Эль-Эйч чуть позже трех.

Когда мы подъехали, ворота заскрипели и начали подниматься.

— Вот так-то лучше.

Квентин зевнул. Обычно похожие на пух одуванчика, сейчас волосы у него еще были влажными и липли к голове.

— Ты наводишь страх даже на ворота, — сообщил он.

— Может, они нас помнят со вчерашнего дня и не желают, чтобы им читали еще одно заклинание. У неодушевленных предметов иногда бывает удивительно долгая память.

День был просто замечательный. Я чуть не принялась напевать себе под нос, ведя машину вниз по склону. Въехав на стоянку, я заняла ближайшее свободное место, и тут на дорожке перед нами появилась девочка. Не было ни момента перехода, ни предупреждения: в одну секунду дорожка была пуста, в другую там уже стояла она и, сунув руки в карманы, смотрела на нас с академическим интересом кота, наблюдающего за птичкой сквозь дверь с проволочной сеткой.

— Это… не так, как раньше.

— Тоби? Ты это видишь?

— В смысле, маленькую светловолосую девочку на пешеходной дорожке?

— Ага.

— Тогда да, вижу. — Я отстегнула ремень безопасности и вылезла из машины. — Идем поздороваемся.

Мы пошли через стоянку, Квентин держался позади.

Девочка была не такая маленькая, как мне показалось сначала: скорее ближе к тринадцати, чем к десяти. Но все равно младше Квентина. В ее чертах была странная незавершенность, создающая иллюзию, что она гораздо младше, — какая-то нехватка опыта, знаний о мире, которыми девочка двенадцати-тринадцати лет уже обладает. На ней были джинсы, кроссовки и серая футболка, а из украшений можно было заметить только заколки в виде зайчиков на светлых волосах до плеч.

Она была вся какая-то золотистая, от легкого загара на коже до больших желтых глаз, оттененных зеленой оправой очков. Радужка глаз с жутковатой точностью повторяла цвет волос. У девочки было телосложение Торквилей; вне зависимости от того, как она выглядела раньше, теперь она совершенно точно была похожа на мать.

— Привет, — сказала я, остановившись в нескольких футах. Квентин тоже остановился, но ничего не сказал.

— Привет, — ответила она. Ее голос был лишен эмоций — как будто разговариваешь с аудиозаписью. Она могла бы принадлежать к донья ши — поза, в которой она стояла, форма ушей предполагали такую возможность — но я не чувствовала в ней донья ши. Я в ней вообще никого не чувствовала.

— Я…

— Вы Октобер Дэй, рыцарь Тенистых Холмов. А это Квентин, в настоящее время воспитанник в Тенистых Холмах, местность происхождения не установлена. — Произнесено все это было без вопросительной интонации.