Обитель - Макгвайр Шеннон - Страница 96

Нужно было спустить Квентина вниз, а Эллиота перенести в более подходящее место. Но мы, пусть совсем недолго, стояли рядом и смотрели в темное пространство зала, и биение наших сердец смешивалось с шелестом крыльев ночных призраков.

Глава 33

А потом, когда утихло хлопанье крыльев, Эйприл повернулась ко мне и вытащила свою ладошку из моей.

— Как мы его отнесем вниз? — застенчиво спросила она, показав на Квентина. — И Эллиота тоже следует восстановить.

— Верно, — откликнулась я, испытующе ее оглядывая. Эйприл маленькая, но крепкая. — Ты можешь при телепортации переносить живых людей?

— Только если могу их поднять.

— Давай попытаемся. — Я приподняла Квентина в стоячее положение и привалила к ней. Эйприл ухитрилась, с большим трудом, удержать его, перекинув его здоровую руку себе через шею и обхватив обеими руками за торс. Туман электростатических помех окутал обоих, и они исчезли.

Я подбежала к краю мостков и поглядела вниз, стараясь не смотреть туда, куда упала Гордан. Эллиот казался темным пятном на полу, и видеть его таким было отчасти не легче, чем Гордан. Сбоку, рядом с дверью, появилась Эйприл с криво висящим на ней Квентином — выглядели они почти забавно. Увидев, что я гляжу на них, Эйприл помахала мне. Сморгнув слезы, которых я до сих пор даже не замечала, я помахала в ответ.

Вниз по лестнице я сползала добрых десять минут: придерживаться за перила левой рукой можно было только слегка, к тому же, оказывается, спуск в состоянии изнеможения труднее, чем подъем в состоянии паники. Но наконец под ногами оказался твердый пол, я кивнула Эйприл, оставляя Квентина на ее попечение, и опустилась на корточки рядом с Эллиотом.

Рубашка у него была насквозь пропитана кровью, пульс еле прощупывался, но все-таки Эллиот дышал. Если сможем быстро отвезти его к целителю, то он выживет. Я подсунула руки под его туловище и, напрягая все силы, кое-как подняла. Потом еще раз кивнула Эйприл, и мы потащили каждая свою ношу наружу, к солнечному свету.

Все кончилось быстро. Немного пройдя со мной по лужайке, Эйприл, пока ее силы совсем не иссякли, телепортировала себя и Квентина в комнату отдыха. Мне же пришлось тащить Эллиота пешком, а за мной единой волной следовали кошки. В ближайшем будущем они разбредутся кто куда, но в тот момент они все еще принадлежали Эй-Эль-Эйч. Не знаю, кто именно, Эйприл или кошки, сообщил Тибальту, что все закончилось, но он встретил меня в коридоре и перехватил из моих рук Эллиота, не произнеся при этом ни слова. И хорошо, а то я подозревала, что не смогла бы говорить, не разревевшись.

Людям Риордан не удалось задержать Сильвестра надолго, и он прибыл в Эй-Эль-Эйч примерно через час после смерти Гордан. Мы все сидели, сбившись в кучку, посреди моря кошек. Коннор очнулся и чувствовал себя достаточно сносно, чтобы отпускать язвительные замечания в адрес Тибальта. Раны Эллиота мы, как могли, обработали, ну а Квентин… ему, по крайней мере, не стало хуже. Пока продержится, а там им займется Джин. Мы покидали Эй-Эль-Эйч.

К лучшему ли, нет ли, но странная мечта Дженэри умерла вместе с Гордан. Что хуже всего, я так и не знаю, могло у них получиться или нет. Если бы у Джен было время, возможно, она сумела бы довести начатое до конца… но ее жизнь оборвалась, и мы уже никогда не узнаем этого.

Я ни разу не видела Джен рядом с Сильвестром, но Эйприл оказалась похожа на него настолько, что семейное сходство отрицать было невозможно. Он обнял ее. Сказал, что скорбит по ее матери и в ближайшее время предпримет меры, чтобы разъехавшиеся подданные вернулись в Укрощенную Молнию. Затем его люди перенесли раненых, включая меня, в фургон, и мы под предводительством Сильвестра тронулись в обратный путь. Никакого вторжения. Даже Риордан не сможет истолковать визит во владения погибшей племянницы как военные действия. Пока мы ехали в фургоне, я уснула, положив голову на плечо Коннора, и мне ничего не снилось.

Тибальт с нами не поехал, заявив, что остается, чтобы позаботиться о кошках, бывших подданных Барбары… но при этом избегал встречаться со мной глазами. То странное выражение, с которым он смотрел на меня с тех пор, как я оживила Алекса, никуда не делось, лишь притаилось. Я не знала, что чувствовать по этому поводу. Если я вообще что-то чувствовала, то большей частью усталость.

В Тенистых Холмах нас ждали целители. Ко мне подошла Джин, старейшая и известнейшая из них, и я наконец-то смогла спокойно вздохнуть. Другие забрали Коннора, Эллиота и Терри, но Джин занялась сразу мной и Квентином, причем мной в первую очередь, несмотря на мои протесты. Обстоятельства, при которых мы получили свои раны, и условия, в которых они содержались, были плохи примерно одинаково, но в моей руке заражение успело распространиться дальше, чем у Квентина. Гордан, похоже, действительно оказывала нам всю возможную медицинскую помощь — в этом был свой извращенный смысл, ведь она хотела, чтобы наши тела в момент убийства были как можно целее. Она сделала все, что могла. Просто этого не было достаточно.

Когда Квентин открыл глаза, я заревела и не могла остановиться. Часть меня до самого этого момента была уверена, что мы его потеряли, что заражение крови оказалось слишком сильным и он умрет, не дав мне шанс попросить у него прощения.

— Ни фига себе, — сообщил он, прищурившись, чтобы меня разглядеть. — Тоби, выглядишь просто кошмар.

Я улыбнулась сквозь слезы.

— А сам-то, детка. А сам-то.

Физические раны — не самое страшное. У Квентина на руке останется шрам, несколько месяцев придется поносить скобу — даже магическое целительство не способно полностью восстановить рассеченные мышцы, и если насильно не заставить Квентина поберечь руку, то он может ее нечаянно повредить — но на этом было все. Мои шрамы оказались хуже. Магия крови оставляет метки. Однако даже это пустяк, с которым я могу жить. Сердечные раны лечить придется дольше. Всем нам.

Я задержалась у целителей подольше, чтобы узнать, что с остальными. То, что Коннор перекинулся в тюленя, возможно, спасло ему жизнь. Гордан всадила в него две пули, но в тюленьей форме циркуляция крови у него медленнее, а когда Тибальту удалось заставить его вернуться в человеческий облик, то он сразу зашил Коннору раны. Эллиот потерял много крови, прежде чем Эйприл успела оказать ему помощь, но его тоже удалось спасти. Целители сказали, что через несколько дней ему уже можно будет вставать. Неплохо для того, кто всего пару часов назад был на пороге смерти.

А вот с Терри оказалось по-другому. Когда солнце село, изменения не произошло. Джин на этот момент уже была в курсе ситуации и приказала целителям, прежде чем выносить окончательный приговор, подождать до утра. Когда солнце встанет, их ждет сюрприз, гарантирую. Уж если я кого из мертвых возвращаю — это надолго.

А потом меня вызвал Сильвестр, и пришлось уходить. Я вошла в тронный зал, опустилась на одно колено и принялась рассказывать обо всем. Сильвестр с Луной в молчании слушали о последних днях Дженэри, о приведших к ним событиях, о разбитых мечтах и предательстве, о невозможных надеждах на спасение мира. Много времени это не заняло. О подобном не приходится рассказывать долго. Когда я закончила, Сильвестр сказал, что я могу идти, и я вышла, не проронив больше ни слова. Я не попрощалась с Квентином. Ему будет лучше без меня. Я доехала автобусом до станции, села на ближайший поезд до Сан-Франциско, покормила кошек, выманила Спайка из-под кухонной мойки, позвонила Стейси, туманно сообщила ей, что со мной все в порядке, и легла спать. Потом будет время подумать обо всем — это «потом» есть всегда.