Обмануть судьбу (СИ) - Якивчик Александра Вячеславовна - Страница 9

- Работайте, - обронил он подчиненным и, попросив одного из помощников заменить его, неспешно направился к ждавшему его посетителю. Точнее, посетителям.

Одним из них был дракон, размеры которого намного превышали размеры других ящеров, находившихся в этом зале. Даже серебряные драконы, к которым принадлежал Ид, и которые были чуть ли не самыми крупными повелителями неба, уступали белому гиганту. По серебряной короне рогов, украшавших узкую голову зверя, плясали ярко-зеленые всполохи магии, а угольно-черные глаза, в которых узкие щелки зрачков была практически невидны, следили за боем двух ящеров, изумрудного и золотого, которые находились в паре десятках метрах от него.

Возле молочно-белого дракона, непоколебимой статуей замершего в центре зала, стояла невысокая женщина с густыми, заплетенными в длинную косу светлыми волосами. На холеном лице была уже знакомая Иду маска ледяного пренебрежения, появлявшаяся на лице женщины, стоило ей оказаться в обществе абсолютно не нужных ей драконов. Острый подбородок был гордо приподнят, а в янтарно-желтых глазах легко можно было прочесть, что эта особа была довольна тем, что именно она сейчас находиться рядом с драконом, от чьего решения зависит жизнь любого из находившихся в зале драконов. Затянутые в тонкие перчатки руки трепетно, словно высшую ценность, держали небольшой конверт с печатью в виде пронзающей ворона молнии - символа Главы совета Древнейших и, по совместительству, Повелителя всех драконов мира Ректешь. Точнее, с недавних пор, почти всех.

Ид с трудом подавил желание крепче сжать кулаки.

В его логово явился сам Повелитель собственной персоной и его ручная змея, которая очень любила всюду совать свой острый любопытный нос.

Приблизившись к Главе совета Древнейших, синеглазый с непроницаемым выражением лица преклонил перед ним колено, низко опустив голову:

- Вы звали меня, господин, - слова дракону давались с трудом. Но он бы не пережил первые годы после последней войны между псами и волками, если бы не научился сдерживать свои эмоции. Хоть это до сих пор получилось у вспыльчивого ящера с изрядным трудом...

Женщина, сопровождавшая Главу, недовольно поджала пухлые губы, одарив коленопреклоненного дракона презрительным взглядом. От неприкрытого недовольства черты лица драконицы ещё больше заострились, вызвав у Ида невольную усмешку. Слишком уже погожа становилась в такие моменты эта ящерица на бедного ворона с печати Повелителя, которому не повезло попасть под лапу властителю молний...

- Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделал, Ид, - скупо бросил белый дракон, теряя интерес к схватке молодых ящеров. Переведя тяжелый взгляд на так и не поднявшегося Ида, Повелитель негромко продолжил, - И я очень надеюсь, что ты меня не разочаруешь.

Расслабленный до этого серебреный невольно напрягся, но голову не поднял. Нельзя было, чтобы Глава увидел тот лед и скрытую под ним ненависть, которую так тщательно все эти годы подавлял в себе дракон...

- Что именно я должен сделать, Древнейший? - по спине синеглазого прошелся нехороший холод. В прошлый раз, когда этот змей отправлял четырех глупых метаморфов на помощь кошкам, он тоже просил, чтобы его не разочаровывали...

И что-то подсказывало дракону, что новое задание не приведет его в дикий восторг. К сожалению, в следующее мгновение его опасения подтвердились.

- Помнишь своих старых знакомых, Алексу д'эль Альтерни и Никанорена д'Амретора?

Сердце серебряного замерло, пропуская удар... А потом дикий, уже подзабытый огонь боли взметнулся в душе повелителя неба, заставляя его до скрежета стиснуть зубы.

Всего одна фраза. Одна фраза, перевернувшая с ног на голову, казалось бы, успокоившийся мир...

- К чему вы клоните? - медленно выдохнув, Ид принял единственное верное решение - сделал вид, будто не понимает, к чему клонит Повелитель. Хотя вспомнившее былую боль сердце уже знало, что в ближайшее время дракону придется снова столкнуться с тенями давнего прошлого и снова пережить то, что лучше было бы давно забыть...

- Я хочу, чтобы ты незаметно проник в Рассветный лес и передал своим друзьям вот это, - драконица, все это время неотрывно наблюдавшая за действиями Ида, шагнула навстречу ящеру и с бесстрастным выражением лица протянула уже замеченный им конверт с печатью.

Но если они думали, что Ид так легко сдастся, то они ошиблись. Что бы не задумал Владыка в отношении семьи Алексы д'эль Альтерни, синеглазому это не нравилось. Дружественными чувствами между кошкой и драконом-метаморфом даже и не пахло, но и объявлять друг другу войну ни Ид, ни Алекса не собирались. Ведь в случае, который развел их пути в разные стороны, никто из них не виноват...

Но больше всего серебряного смущало то, что проникнуть в лес нужно было незаметно. Зачем это понадобилось Владыке, если он просто мог отправить кошке магического вестника со своим посланием? Хотя... его ведь можно и перехватить... Тогда что ж такого в этом письме, что оно должно попасть только в руки Алексы и ничьи больше?

- После последнего Единения пробраться незамеченным в Рассветный лес невозможно. Д'эль Альтерни и род Д'аркв'ир позаботились, чтобы в их логово больше никто не смог проникнуть, - ввязываться в игры Древнейших серебренный не собирался. Об этом ясно свидетельствовал и то, что он перестал прятать свой взгляд от хозяина, прямо смотря тому в черные, похожие на вытягивающие силу омуты, глаза, и упрямо поднятый подбородок вместе с сжатыми в кулаки руками.

Открытая демонстрация непослушания вызвала у белого дракона неопределенную усмешку. И если бы не ощетинившиеся клыки, которые он при этом показал, можно было бы подумать, что этот бой остался за синеглазым. Но Глава ещё никогда не отказывался от того, что задумал.

В воздухе запахло свежестью приближающейся грозы...

В зале воцарилась мертвая тишина. Как только ситуация начала накаляться, все драконы прекратили учебные бои и неподвижно замерли в разных концах зала, неотрывно следя за разворачивающимся на их глазах конфликтом. Первым за последнюю сотню лет...

- Повелитель, я... - несмело произнесла вышколенная ящерица Владыки, когда почувствовала первые всполохи зарождающихся молний. Испуга в янтарно-желтых глазах драконицы не было. Ей не раз приходилось присутствовать при вспышках гнева Повелителя, и поэтому женщина к этому уже привыкла. Да и не причинит он ей вреда...

Ей нет. А вот другим драконам не пристало спорить с сильнейшим драконом. Но когда это останавливало серебреных, тем более тех, кто в одиночку боролся против нескольких черных одновременно. А выстоять перед напором двух Несущих Смерть, чье дыхание может убить любого крылатого, намного сложнее.

- Молчи, Ариша, - от резкого тона Властелина драконица зябко передернула плечами, но послушно отошла в сторону. Только взгляд, брошенный из полуопущенных ресниц в сторону Ида, будто говорил: 'Я попыталась. Хочешь жить - послушай его'.

Когда Ариша отошла, белый дракон опустил голову и пристально посмотрел в глаза Ида. Горячее дыхание дракона обжигало, но синеглазый и не подумал отступить или принять вторую ипостась, продолжая неподвижно стоять напротив Владыки.

Завораживающие омуты черных глаз находились меньше чем на расстоянии вытянутой руки от повелителя неба, находившегося в человеческой ипостаси, когда запах грозы резко исчез. Серебреный не успел опомниться, как Глава совета Древнейших выпрямил шею и насмешливо посмотрел на синеглазого сверху вниз.

- А ты постарайся сделать это, - вкрадчивый голос белого, казалось, прозвучал над самым ухом метаморфа. Но стоило тому попытаться возразить, как Глава с лживым сожалением обронил, - Ты, конечно, можешь отказаться, но... Подумай, сейчас в горах Драконьего хребта идет очередная война за территорию. Кто знает, кого завтра пошлют на бой с драконами Черной Скалы, которые вплотную подобрались к нашим землям...

На лице метаморфа заиграли желваки. Змей все-таки нашел самое уязвимое место непослушного слуги.