Мой нежный рыцарь - Старк Натали - Страница 3

— Приблизительно, — улыбнулся Жан. — Чандра, так зовут повара, учитывает неспособность европейцев есть красный перец в чистом виде, поэтому он уменьшает его количество. Получается неплохо.

Еда действительно оказалась выше всяких похвал. Кусочки курицы, обсыпанные карри, таяли во рту, овощные шарики, хрустящие снаружи, внутри были мягкими и сочными, рис был рассыпчатым и ароматным. Но больше всего Кристине понравились индийские сладости. Они были совершенно не похожи на традиционные европейские, основой их, как объяснил Чандра, было натуральное молоко. Кристина не могла себе представить, как из обычного молока могли получится такие вкусные кусочки, пропитанные соком экзотических фруктов, начиненные орехами и мякотью манго и кокоса, сладкие, но не приторные, — другими словами, от них невозможно было оторваться!

— Я вижу, тебе понравились сладости, — произнес Жан. Он выглядел очень довольным, просто сияющим от похвал Кристины, хотя похвалы эти были адресованы больше Чандре и индийской кухне, чем ему лично.

— Жаль, что такого нет у нас в Лондоне, — вздохнула Кристина. — Не могу же я сейчас наесться сладкого на год вперед.

— Наверняка есть, — успокоил ее Жан. — Во всех больших городах есть индийские магазинчики, а в Лондоне и подавно. Там живет несколько сотен тысяч индусов, я думаю.

— Что-то мне они не попадались. Я имею в виду, магазинчики.

— Просто ты не искала. Вот приедешь, найди какой-нибудь справочник. Или просто поищи в Интернете.

— Точно! — воскликнула Кристина. — Как мне это самой не пришло в голову.

— А когда ты уезжаешь? — спросил Жан.

Он смотрел на Кристину с такой грустью, что сердце ее на мгновение сжалось.

— Через три дня, — ответила она и отвела взгляд.

— Жаль, — вздохнул Жан. — Тебе здесь понравилось?

— Очень. Это были замечательные каникулы.

— Почему «были»? — спросил Жан преувеличенно бодрым голосом. — Они еще не закончились. Три дня — это целая вечность. А сейчас мы пойдем танцевать латиноамериканские танцы и пить настоящий ямайский ром! — провозгласил он громким голосом.

— Ром?! — поразилась Кристина. — Это же жуткая вещь. В нем, наверное, двести градусов спирта.

— Триста, — подмигнул ей Жан. — Но мы его будем пить с кока-колой, как здесь принято, так что не бойся.

— А можно просто кока-колу? — робко спросила Кристина.

— Конечно нет! Где еще ты попробуешь настоящий контрабандный ром, привезенный в трюмах старых кораблей с самой Ямайки?

Когда они оказались на шумной вечеринке, организованной прямо на пляже, Кристина настоятельно попросила бармена добавить в стакан с кока-колой всего лишь капельку рома. Бармен пожал плечами и выполнил просьбу. Жан, так же как и все остальные, пил традиционный «Ямайский» коктейль, в который входили три части льда, две части рома и четыре — кока-колы.

Коктейль, по всей видимости, обладал ярко выраженным веселящим свойством, заметила Кристина. Публика веселилась до упаду, танцуя под ритмичную латиноамериканскую музыку. Жан и Кристина встретили множество знакомых, в том числе Мириам с Ченом и Эндрю с высокой блондинкой, которая танцевала, увешанная цветочными гирляндами.

Кристина с удовольствием погрузилась в заводные ритмы, танцуя то с Жаном, то с другими знакомыми и незнакомыми мужчинами. Жан то и дело приносил новые коктейли, но она не хотела мучиться с утра от головной боли, как с ней обычно бывало, если она выпивала больше одного бокала, и поэтому он, разгоряченный танцами, поглощал приятную прохладную жидкость один.

Вскоре Кристина заметила, что глаза у ее партнера приобрели отсутствующее выражение, а движения все чаще не попадают в ритм.

— По-моему, тебе пора прекращать пить коктейли! — прокричала она в самое ухо Жану.

— Ты думаешь, я пьян? — спросил он ухмыляясь. — Ничего подобного! Я собираюсь танцевать до самого утра, и мне нужно подкрепиться, — пробормотал он и снова отправился к барной стойке.

Кристина неожиданно почувствовала себя уставшей и сонной, и ей очень захотелось оказаться дома, принять душ и забраться в уютную мягкую постель. Она поискала глазами Мириам и Чена, но не нашла и решила, что они, скорее всего, уже ушли. Она выбралась из танцующей толпы и, сбросив босоножки, побрела по песку в сторону дома Чена.

Темные волны не спеша накатывались на берег с глухим рокочущим звуком, темное небо сливалось с темным морем и казалось, что звезды сияют не только на небе, но и в прохладной морской воде. Кристина полной грудью вдыхала терпкий запах моря, смотрела на стройные силуэты пальм, на россыпь разноцветных огоньков и думала о своем скором отъезде. Ей было немного грустно. И немного одиноко, хотя в последнем она вряд ли призналась бы даже самой себе.

Кристина прошла уже половину пути, когда услышала у себя за спиной тяжелые шаги. Она оглянулась и увидела Жана, который спешил к ней, широко расставив руки.

— Кристина! — закричал он. — Почему ты уходишь?

Она дождалась, когда он подошел поближе, и ответила:

— Я устала.

— Ну что за чепуху ты говоришь! — воскликнул Жан. — Там так весело, и ты совсем не устала.

Он попытался обнять ее, но Кристина увернулась.

— Я иду домой, — произнесла она твердым голосом, — а ты возвращайся и продолжай веселиться.

— Э, нет. — Жан покачал головой, потом сделал неожиданный выпад вперед и схватил ее за руку.

Кристина попыталась освободиться, но его хватка была очень крепкой, и у нее ничего не получилось.

— Отпусти меня, — сердито сказала она.

— Ни за что, — ответил Жан, немного покачиваясь. — Ты хочешь от меня убежать. Но я ни за что тебя не отпущу. Потому что ты лучше всех.

Кристина чувствовала на своем лице его дыхание, пропитанное парами алкоголя, и видела его губы, которые пытались приблизиться к ее губам. Ее передернуло от отвращения, и она сделала яростную попытку вырваться из его цепких рук. В ответ на это Жан крепко прижал ее к себе так, что ей стало трудно дышать. Кристина была в отчаянии, она не могла пошевелиться и очень жалела о том, что у нее в кармане не оказалось какого-нибудь колющего или режущего предмета. Она бы тогда показала этому любителю ямайского рома, где раки зимуют...

— Немедленно отпусти меня, а то пожалеешь, — проговорила она сквозь зубы.

Но Жан, казалось, ее не слышал.

— Нам будет очень хорошо вместе, — бормотал он. — Ты мне сразу понравилась, с первого взгляда. Мне все время хотелось тебя поцеловать. И сейчас, наконец...

Кристина отвернулась, и он дотронулся влажными губами до ее щеки. Это стало последней каплей. Она ощутила внутри себя клокочущую ярость, которая придала ей сил. Она впилась зубами в его щеку и одновременно с этим резко согнула колено, направив его вверх. Жан заревел как раненый медведь и разжал руки. Кристина вырвалась и помчалась в сторону дома, не обращая внимания на доносившиеся вопли.

На следующее утро, когда Кристина собиралась на очередное занятие по серфингу, раздался телефонный звонок. Она взяла трубку и услышала голос Жана.

— Кристина, я звоню, чтобы извиниться, — сразу выпалил он.

Она помолчала несколько мгновений, вспоминая вчерашний инцидент, который навсегда отбил у нее охоту общаться с Жаном.

— Хорошо, — пробормотала она, — извинения приняты. Мне пора идти.

И опустила трубку на рычаг. Но не успела она отойти от телефона, как звонок раздался снова.

— Кристина, я хочу сказать, что вел себя как последний осел, и даже хуже, — быстро говорил Жан, видимо боясь, что она снова бросит трубку.

— Ну что ты, это было очень романтично, — язвительно проговорила она. — Просто незабываемая прогулка при полной луне.

— Ты не думай, что я всегда такой, — продолжал оправдываться Жан. — Я вообще никогда... Просто... — Он запутался в своих оправданиях. — Не нужно было пить столько коктейлей. После этого я и смотреть не смогу на этот ямайский ром.

— Правильно, — произнесла Кристина.

— Я понимаю, что ты больше видеть меня не захочешь. Это самая ужасная ошибка в моей жизни. Ты не представляешь, как я сожалею...