Возлюбленная воина - Маккарти Моника - Страница 32

— Это пугает тебя?

Кристина покачала головой.

— Нет. Я тоже этого хочу. Мне нравится, когда ты ко мне прикасаешься.

Тор застыл. Она могла бы поклясться, что его взгляд стал более напряженным, и смутилась. Возможно, она что-то сказала не так? Но потом муж снова стал ласкать ее, и она позабыла обо всем.

Тору приходилось все время напоминать себе, что страстная женщина в его постели, по сути, девственница. Но когда она стонала и выгибалась под его опытными руками, молчаливо моля о большем, о ее неопытности было очень просто забыть.

Его игривый разговор, призванный отвлечь ее от вопросов, сработал — Тор находился за пределами замка, потому что несколько будущих учеников уже прибыли и надо было, дождавшись темноты, отвести их в старую крепость. Но последнее слово все равно осталось за Кристиной, сказавшей: «Я тоже этого хочу. Мне нравится, когда ты ко мне прикасаешься». Только святой мог не отреагировать на это, да и то вряд ли.

«Девственница», опять напомнил он себе, пытаясь унять бешеное биение сердца и погасить полыхавший в крови огонь.

Признаться честно, он захотел уложить ее в постель в первый же раз, когда увидел. Но после того как он грубо обошелся с ней той злополучной ночью, Тор дал себе клятву, что в этот раз сделает все, чтобы доставить ей удовольствие. Абсолютно все.

Тор знал, как заставить женщину молить о ласках и через некоторое время растаять от наслаждения. Он знал, что ей нужно, и хотел ей это дать, а взамен она даст то же самое ему. И ничего больше. Основной инстинкт удовлетворен.

В постели Кристина Фрейзер ничем не отличалась от любой другой женщины. Правда, хотел он ее сильнее.

Тор был страстным мужчиной, его жена — страстной женщиной. Страсть в супружеской постели вещь прекрасная. Его первая жена огнем не пылала. Ну и что? У них все было нормально.

И все же он не мог не смотреть на рот Кристины. Даже в полной темноте ее пухлые чувственные губы соблазняли и манили. Все его существо восставало против таких чувств. В конце концов, он живет на свете уже четвертый десяток, и до сих пор никогда так много не думал о поцелуях. Точнее, он о них вообще никогда не думал.

Ох, если бы не эти губы! Теперь ему не терпелось попробовать все ее тело на вкус. Не желая мириться с преградами, пусть даже из тончайшего волокна, он избавил Кристину от сорочки. От нее исходил восхитительный запах. Теплый, цветочный. Тор глубоко вдохнул его, наслаждаясь.

Кристина вскрикнула, почувствовав прикосновение горячих губ к своей обнаженной коже, и его пенис, и без того твердый, стал еще тверже.

А когда ее пальчики неуверенно коснулись его спины, Тор замер. Кристина начала осторожно гладить его плечи и руки, а у Тора появилось ощущение, что он вот- вот выпрыгнет из своей проклятой шкуры. Ей нравилось трогать его. Осознав это, он ощутил такой прилив желания, что даже в глазах потемнело!

Неимоверным усилием воли заставив свою кровь слегка остыть, Тор принялся с удвоенной энергией ласкать пышные груди, наслаждаясь их восхитительной мягкостью. Пенис стал твердым как камень и болезненно пульсировал. Чтобы немного снять напряжение, Тор потерся им о бедро жены. Не помогло.

Никогда в жизни он не чувствовал такого сильного возбуждения. Невинный отклик Кристины оказался более возбуждающим, чем движения опытных женщин, с которыми он обычно спал.

Он снова лизнул твердый сосок и ощутил медово-сладкий вкус амброзий. Его отросшая за несколько часов щетина царапала нежную кожу. Наконец ее бедра непроизвольно раздвинулись, и она начала инстинктивно двигаться к нему.

Он застонал. Дьявол, она невероятна! Так естественна и свободна в своей страсти. Вот только ему становилось все труднее сдерживаться. Его тело горело словно в огне, кровь стучала в висках, глаза застилал красный туман.

Не выдержав, он раздвинул ее бедра шире. В ответ ее пальцы впились ему в плечи. Кристина явно опасалась продолжения. И явно хотела его. В этот момент для него стало важно лишь одно — доставить удовольствие ей.

Но не сейчас. Ему хотелось растянуть эту сладкую муку как можно дольше. Он всеми силами старался отсрочить финал, чувствуя, как изгибается под его ласками нежное женское тело. Он считал, что обязан познакомить ее не только с его прикосновениями, но и с ее собственными желаниями. Она должна была понять, чего хочет ее тело.

Для этого Тор использовал весь свой опыт.

Ее кожа была горячей. Тор не сомневался, что ее щеки пылают, а чувственные губы раскрыты, хотя и не мог видеть ее лицо.

Она была до предела возбуждена. Похоже, чувственный взрыв произойдет при первом же его прикосновении. Тору потребовались все силы, чтобы сейчас же не войти в нее.

— Скажи мне, чего ты хочешь, — сквозь зубы проговорил он, в то время как его палец ласкал мягкие влажные складки.

— Не знаю, — выдохнула она.

— Этого? — спросил он, скользнув пальцем во влажную щель.

— Да, — выдохнула Кристина, — пожалуйста.

Она не поняла, что он имел в виду, но это не имело никакого значения. Ее тело продолжало накапливать желание, которому не было выхода, и в конце концов потребность найти этот выход превысила все остальное. Кристина чувствовала, что стоит на пороге чего-то нового, что перевернет все ее представления о жизни.

Каждое движение его пальца усиливало напряжение. Кристина понимала: ей что-то необходимо, — но понятия не имела, как это получить. А Тор продолжал дразнить ее, и в какой-то момент она почувствовала, что сейчас взорвется.

Она и подумать не могла, что такие большие, сильные руки, без труда орудующие тяжеленным мечом, способны на такие легкие нежные прикосновения.

Но ей хотелось почувствовать его силу внутри себя.

И она это получила. Тор резко втянул ее сосок в свой теплый влажный рот и одновременно погрузил внутрь ее палец. И ее тело содрогнулось в сладких судорогах. Ее тело наполнили непередаваемые ощущения, которые достигли такой силы, что терпеть их уже не было никаких сил и мир разлетелся на тысячи мелких осколков.

Кристина закричала, накрываемая волнами наслаждения, которые накатывали одна за другой.

Ей казалось, что она умерла и вознеслась в рай. Она видела только свет и красоту, и еще полное звезд небо над головой. Прошло несколько мгновений — и ее тело ощутило свободу. Она никогда не думала, что можно испытать такое.

Все это было уже слишком. Тор был не в силах слышать ее крики и продолжать сдерживаться. Он никогда не испытывал ничего похожего. Его чувственное желание было выше обычной похоти.

Войти в нее. Больше он ни о чем не мог думать.

— Я должен быть внутри тебя.

Он приподнял ее бедра и раздвинул ноги — так, чтобы ей было удобнее принять его, и оперся на руки, чтобы не раздавить ее своим немалым весом.

Пот ручьями стекал по его лицу — слишком большим было усилие не спешить.

Медленно, очень медленно он начал входить в ее тугое лоно.

Кристина судорожно вздохнула. Ее тело инстинктивно напряглось.

— Расслабься, — выдохнул Тор, всем своим существом сопротивляясь первобытному желанию.

— Ты очень большой, — выговорила Кристина.

«А ты очень… восхитительно тугая».

— Тише, — простонал он. — Пусть твое тело привыкнет ко мне.

Его палец отыскал чувствительный бугорок среди нежных складок и стал ласкать его.

Желание ворваться в нее было почти нестерпимым. Но Тор героически терпел, продвигаясь очень медленно.

Наконец, очутившись внутри ее, он понял, что все это время не дышал — на то, чтобы сдерживаться, ушли все его силы.

— Что ты чувствуешь? — тихо спросил он и сам удивился, что еще может говорить.

Ей потребовалось время, чтобы ответить.

— Полной, — прошептала она. — Это восхитительно.

Это был тот ответ, которого Тор ждал. Он начал двигаться вперед-назад, вперед-назад, сначала медленно, потом все быстрее и быстрее.

Кристина едва дышала, издавая негромкие звуки, доводившие его до безумия.

Его мускулы горели от напряжения — он старался не наваливаться на нее. Наслаждение все нарастало. Ему еще не приходилось ощущать ничего подобного. Никогда. Его тело находилось в полной власти чувственного наслаждения.