Путешествие в прошлую жизнь [СИ] - Лебедева Елена Юрьевна - Страница 48

Ее репутация в обществе оставляет желать лучшего, за 4 года у нее сменилось много любовников, которые с удовольствием содержали эту роскошь, но не женились на ней. Поэтому баронесса бросается на каждого нового человека в свете, и всегда побеждает. Правда, у эмигрантов русских часто нет ничего, кроме титула, а ты, совсем другое дело. Слухи о блестящем преподавателе академии, к тому же князе, к тому же отшельнике, не могут не распространяться. Поэтому нет ничего удивительного, что вчера она так вцепилась в тебя.

— Попросту говоря, баронесса, содержанка? Значит, не случайно меня вчера так впечатлил ее наряд.

— Поверь, не только тебя. Но по мне это слишком, так выставлять себя напоказ, хоть она и чертовски хороша… Знаешь, свет прощает ей вольное поведение, говорят красоте позволено все…

Никита в задумчивости молчал.

— Ну, ладно тебе, Никита, я просто хочу предупредить, хотя я в общем — то не сомневаюсь в тебе, но у нее железная хватка.

— Надо же, Пьер, я попался как мальчишка, дурак, я же увлекся ей. Нет, конечно несерьезно, но все же…

— Не кори себя, перестань, я сам испытал не себе чары, мадам Юлианы.

— Да но, как я вообще мог поддаться… Елизавета, если она когда-нибудь узнает…О, я снова делаю все не так и еще мечтаю, чтобы она вернулась…

— Никита, перестань, пара танцев на балу ничего не решает, это пустяк, в конце концов, я тоже любил твою жену и ты знаешь об этом, но это прошлое и теперь в моей жизни только Полина.

— И все же я как будто сошел с ума.

— Просто у тебя давно не было женщины, ты не видел Елизавету…

— Полгода, знаешь обстановка в России тоже мало способствовала любви.

— Вот видишь, все нормально, ты же живой человек. Главное ты предупрежден, а значит вооружен, не поддавайся на уловки Юлианы, она не оставит тебя так просто без боя.

— Пьер, ради Бога, какого боя я просто скажу ей, что женат и все.

— Никита, ты ошалел? Никто не знает в свете о твоей жене, и пусть так будет и впредь, подумай сколько слухов поднимется, они уже и так витают вокруг твоего имени. А Юлиана растрезвонит на весь свет, а слухами как известно земля полнится. Баронесса не остановится, уж поверь мне и сделает все возможное, чтобы стать твоей любовницей.

Никита тяжело вздохнул, — Черт, вляпался в историю, сидел бы дома, так нет понесла нелегкая, теперь расхлебывай. Ладно, спасибо Пьер, я очень благодарен тебе.

— Кстати, что ты делаешь в выходные?

— В субботу принимаю последний экзамен по выездке. В воскресенье хочу поехать в Фонтенбло. Говорят там шикарная конюшня. Верховая прогулка то, что мне просто необходимо. Свежий воздух, ветер, прекрасное животное и я, наедине со своими мыслями.

— Хочешь, поедем к Полине, там будет шумный пикник.

— Благодарю, Пьер, но мне мой план ближе.

— Тогда всего доброго, увидимся.

Выходные прошли как и предполагал Никита. Он вернулся домой поздно вечером. Верховая прогулка удалась, Никита о многом подумал и многое решил для себя. Совершенно неожиданно в дверь постучали. С неохотой отрываясь от тепла камина и бокала горячего вина, Никита пошел открывать, не представляя кто может прийти к нему в двенадцатом часу ночи. На пороге стояла баронесса. Сердце молодого человека сжалось от неприятного чувства.

Теперь после рассказа Пьера Юлия Львовна уже не казалась царственной богиней, и одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять, насколько она не нужна ему ни сейчас, никогда, даже если предположить самое страшное, что Елизавета не вернется никогда. Как вообще можно сравнивать его ангела и эту женщину?! Баронесса фон Гелленс напротив приняла удивление и оторопь Никиты за немой восторг, утвердилась в свое неотразимости и смело шагнула в темный холл.

— Добрый вечер, князь, я узнала, что Вы скучаете в одиночестве, знаете, я тоже сегодня одна, почему бы не поскучать вместе? — Она изящно повела плечами, сбрасывая шаль, не дождавшись приглашения, прошла в гостиную.

— Здравствуйте, Юлия Львовна, я даже не спрашиваю, как Вы узнали мой адрес, но…

— Князь, не скромничайте, все знают, где Вы живете, ну ну что за вид, или Вы не рады?

Она изящно присела на кончик стула, как бы невзначай уронив кружевной платочек. Никите волей неволей пришлось наклониться за ним.

— О, благодарю, Вас, князь, — их взгляды встретились, ее зеленые глаза распахнулись сияя, и тут же скромно потупились. Грудь в откровенном декольте волнующе дрогнула, — Никита Александрович, — раздался страстный приглушенный голос, — не судите меня строго за этот нежданный визит. И не думайте, что скажет свет, я уже не девочка, я вдова и могу позволить себе… Просто я так одинока, так несчастна здесь, — точеные плечи дрогнули, казалось, что она сейчас разрыдается.

«Если бы не Пьер, я мог бы поверить ей», — неслись мысли в голове у Никиты.

— Вы позволите мне остаться? — баронесса подошла к Никите совсем близко, он вновь чувствовал ее дурманящий запах, и эта молочная светящаяся в свете камина кожа и трепещущие ресницы. «Сама невинность, черт, нет, ты не нужна мне, никогда, я люблю другую женщину, и я не поддамся тебе» — с такими мыслями молодой человек чуть отстранился от баронессы и глядя ей в глаза негромко, но твердо сказал:

— Вам лучше уйти, сударыня, я хочу провести сегодняшний вечер и ночь, как в прочем и все последующие в одиночестве.

— Юлиана, зовите меня, так, а я Вас Никитой, можно? Вы боитесь меня? — и опять она в угрожающей близости, — Не бойтесь, я сделаю все, чего Вы хотите, бедный несчастный мальчик, тебе так не хватает любви, нежности, заботы, — ее шепот был таким страстным, дыхание обжигало, баронесса потянулась к губам Никиты, не сомневаясь в себе, но ее остановили его сильные руки.

— Уходите, сударыня, я все знаю о Вас, и не хочу, чтобы Вы надеялись на меня, поищите себе другую партию.

— Что Вы можете знать, что Вам наговорили обо мне? Не верьте им, Никита, я не такая, я, — она еще продолжала бороться.

— Оставьте, Юлиана, не надо, я не хочу продолжать ни этот разговор, ни наше знакомство.

— Вот как, — и глаза ее блеснули злобой и обидой, — во всем Париже нет женщины более совершенной, чем я, кто же Вам нужен, князь, да и князь ли вообще или Вы присвоили себе этот титул?

— Я не хочу обсуждать это с Вами, Вы бесспорно красивы и будь мое сердце свободно…

— Так вот в чем дело, — она насмешливо усмехнулась, — значит, несчастная любовь?

— Перестаньте, уходите, сударыня, оставьте меня, — Никита злился, что сказал лишнее.

— Прощайте, князь, Вы очень унизили меня и Вам это не сойдет с рук просто так, я узнаю Вашу тайну, и будьте спокойны, постараюсь сделать Вашу жизнь еще более несчастной.

Когда хлопнула входная дверь, Никита без сил повалился в кресло.

— Ну почему мне так не везет, зачем она приходила? Господи, а если она узнает о тебе, мой Ангел.

И чтобы избежать возможных неприятностей Никита решился написать Елизавете письмо, хотя она просила не делать этого, но это был единственный выход. Он писал его всю ночь, отвлекаясь на воспоминания о ней, мечтая и страдая одновременно. Письмо получилось длинным, здесь говорилось о его новой работе, о жизни, и о случае с баронессой. В конце, Никита написал, что не стал бы беспокоить ее, если бы не Юлиана.

Он боялся спрашивать ее о возвращении, боялся быть навязчивым, письмо просто кончалось словами «я очень жду тебя…», но оно получилось таким проникновенным и нежным, и пропитанным любовью, что когда через 2 недели Елизавета получила его и читала в своей келье, она рыдала до вечера. Она поняла как безумно соскучилась, поняла, что любит этого человека не меньше, а пожалуй, только больше, Господи как же ей не хватает его.

Девушка выучила письмо наизусть, она радовалась, что он устроился, правда об академии княжна знала и раньше из писем тетушки, которые та тайно от Никиты посылала племяннице. Ее сердце кольнула ревность к той неизвестной женщине, но то, что Никита сам все объяснил ей, было так трогательно. Девушке немедленно захотелось вернуться, броситься ему в объятия, и начать все сначала. Она долго говорила с настоятельницей и та посоветовала ей успокоиться, еще раз прислушаться к себе, понять готова ли она.