Четвёртый. Первые шаги - Дементьева Анастасия - Страница 25

Так стоило ли стараться ради призрачной надежды на спасение? Однозначно, не смотря ни на что. В любом случае, польза от этого демона будет, к тому же благодарность подобного существа лишней не будет.

Сажусь рядом и наклоняюсь над бессознательным демоном. Тело наливает тяжестью и перед глазами вспыхивает яркий рисунок десяти рун, что связаны друг с другом при помощи различных блоков, которые, в основном, и потребляют прорву энергии. Последняя быстро наполняет каждый завиток, и заклинание начинает действовать. Тело демона покрывает тончайшая, заметная только магическим зрением, сетка, по которой пробегают всполохи, сосредотачиваясь в повреждённых местах. Короткое сканирование и яд начинает выходить, покидать рану, стекая на землю, но это не конец. Мне поступает сигнал, что повреждённую плоть следует удалить, и я резким движением срезаю гниющую субстанцию, всеми силами удерживая поднявшуюся по горлу тошноту, после чего магические щупы соединяют кровавые края друг с другом и заклятие сращивает их, попутно обеззараживая. Затем сетка концентрируется на лбу парня и приступает к последнему этапу — успокоение, расслабление. Демон перестаёт вздрагивать, его пульс приходит в норму, так же как и цвет кожи, и постепенно беспамятство переходит в здоровый крепкий сон.

С трудом вернув клинок в ножны, я поднимаюсь, вернее меня поднимают близнецы и хлопают по плечам. Криво улыбнувшись, киваю и бреду в сторону дома, по пути шепнув старейшине:

— Ночью они вернутся. Готовьтесь.

Тот соглашается и уходит отдавать команды, а я кое-как добираюсь до кровати и в чём есть свалился на простыни, не в силах противиться спасительному забытью. Всё же, не смотря на тренировки, моя подготовка и выносливость требует желать лучшего…

Проснулся, когда на дворе уже вечерело. На улице вовсю шастали деревенские, отдавая распоряжения и выполняя различную работу и поручения. Мужчины извлекали из своих тайников более качественное оружие, кое-кто амулеты и различные магические штучки. Женщины, вместе с детьми, под присмотром отцов и мужей прятались в доме, а целителей размещали на крышах домов, чтобы в случае чего они могли помочь и в то же время были хоть чуть-чуть, но защищены.

Ярина вместе с Дином контролировали происходящее, о чём-то беседуя, так что я не стал прерывать их и направился к братьям. Те стояли рядом с приоткрытыми воротами, и напряжёно осматривая окрестности. Они были так сосредоточенны, что не обратили на меня ни малейшего внимания.

— Ну, как там?

— Затишье…

— …как перед бурей, — ответили близнецы, даже не повернувшись в мою сторону. Значит, всё же заметили.

Не смотря на дневной зной, уже холодало. Именно этот холод не понравился мне. Про такой обычно говорят «замогильный», и это не есть хорошо. Похоже, та тварь решила лично посетить поле боя, так мне подсказывала интуиция. И почему-то мне совершенно не хотелось с ней встречаться, так как в душу закралось подозрение, что с ней мне не совладать. А это значит, что придётся держаться рядом с крепостью, так как к ней она наверняка не сунется.

— Испугался? — ехидно прокомментировал Пит.

— С чего это? — набычился я. В последнее время не выношу, когда кто-то указывает на мои недостатки и слабости.

— Да, ты у нас шоколадный, а тут прям побелел, — отозвался Тит и уже серьёзно добавил. Стоит заметить, что испробовать шоколад могли немногие, он был дорог. Так что таким образом братья намекали ещё и на мою полезность. — Похоже, идут.

Пит исчез, видимо пошёл докладывать, а мы прислушались и стали всматриваться в сумерки, которые немного разгоняли огни факелов. И даже моё обострившееся зрение не могло уловить что-либо больше размытых силуэтов, которые медленно, но верно двигались по направлению к нам. На этот раз они шли группами, и это предвещало проблемы. Если их сумели кое-как, но организовать, то это значит, что среди них есть разумные.

— Назад, — прошипел Тит, закрывая мне обзор своим торсом и сурово глядя прямо в глаза, — если в прошлый раз тебе повезло, то это не повод соваться в самую гущу.

— Но…

— Ты нужен здесь, Итор. Если нечисть прорвётся, то кто-то должен защищать беззащитных.

Бросил взгляд на одетых в лёгкую кольчугу женщин со сковородками и кухонными тесаками, что стояли, выпятив грудь, но промолчал. Защищать, так защищать. К тому же на тот свет как-то не хочется. Я ещё не пожил толком.

— Хорошо, но тогда берегите себя.

Рыжий тепло улыбнулся и кивнул, вытаскивая свой огромный серп и выходя за ворота. Нечисть была уже в десятках метрах от деревни, но пока не спешила приближаться. Я встал около северной стены, где собрались все жители, которым не разрешили сражаться. Они недовольно роптали, но спорить с мужьями и отцами не стали. Показательная дисциплина, что уж говорить.

Где-то раздался протяжный вой, что и послужило сигналом к началу действа. Едва уловимые для человеческого глаза тени мелькали повсюду. Они нападали на тех, кто отходил от основной массы, калечили и принимались за следующих, не добивая, так как понимали, что жертвам уже не уйти, и они скоро умрут от заражения. Женщины оказались подготовлены, но не достаточно. Они встали плечом к плечу, защищая своих детей, но раз за разом какая-то из тварей прорывалась и утаскивала за собой кричащее дитя. Я вертелся как юла, но не успевал помочь всем, а женщины и девушки уже были на исходе сил. Всё же выносливости у них было не так много, как у крепких мужиков. Ядовитой кровью пропиталась вся одежда, волосы и кожа, но отродья всё лезли. Их становилось всё меньше и меньше, но отток был слишком медленным. Дышать становилось всё тяжелее, так как с кровью нечисти в меня впитывалась сама смерть. И тогда я почувствовал её. Ту, что направляла остальных. Она преспокойно сидела в стороне от бойни и следила за тем, как нападающие и защищающие рвут друг друга в клочья. Она ждала чего-то и, наконец, дождалась. Один из демонов вышел на поле боя и стал сражаться наравне со всеми, но вскоре пожалел о своём решении. Почти вся нечисть скопом навалилась на него, желая убить. Не ранить, как других, а именно убить, прервать жизнь мужчины. И я понял. Та тварь пришла за этим демоном. Пришла за его смертью.

Что-то вскипело внутри. Необъяснимая животная ярость заполнила сознания, нечисть визжа разбежалась в стороны, а я рванул в сторону твари. Я хотел… жаждал её крови. Было необходимо уничтожить ту, что посмела напасть на МОЕЙ территории, на МОИХ людей! Расстояние, разделяющее нас, пролетело в один миг и вот я уже стою перед существом, похожим на помесь обезьяны и крокодила. Она ощерилась пятнадцатисантиметровыми клыками и кинулась на меня с оглушающим рёвом. Рыкнув не менее впечатляюще, я так же пришёл в движение. Крок, как я позже назвал тварь, двигался много быстрее своих собратьев, но тем не менее не мог поспеть за мной. Я уворачивался от сокрушающих ударов полутораметрового хвоста существа и бил в ответ, но дрянная сталь была бесполезна против прочного панциря моего противника. Все мысли покинули голову, кроме одной: «Уничтожить!». И потому я, не раздумывая, отбросил клинок в сторону и ударил рукой, растопырив пальцы, по уродливой морде. Крок взвизгнул и отпрыгнул в сторону, но я не унимался, и скользнул следом. Теперь он только уворачивался, не стремясь нападать. Звуки, издаваемые им, были похожи на полувсхлипы-полушипение, которое прекратилось, стоило мне отрезать твари часть длинного языка. Провыв что-то непонятное, оно выгнулось дугой и, прежде чем я успел добраться до него, взмыло ввысь, отдаляясь от меня и деревни в невообразимом прыжке. Но на этот раз я не кинулся следом, так как самообладание вернулось и я непонимающе стал рассматривать свои пальцы, не находя как повреждений, так и ответа на вопрос, как, собственно, мне удалось ранить Крока, которого не брал острый меч.