Огенная Лисица и Чёрный дракон - Лирмант Елена - Страница 159

— Ты удивительное создание, — усмехнулась я, — мы с тобой стоим на краю пропасти, куда в любой момент нас может сбросить Горен. А ты думаешь о том, как ты выглядишь.

Ундина закусила губу: — Да, наверное, это глупо звучит.

— Расскажи, как ты с ним встретилась? Когда? Как он сумел вскружить тебе голову.

— Зачем?

— Надо время скоротать, и спать нельзя.

— Это было очень давно. Еще до твоего рождения. Мне тогда по человеческим меркам пятнадцать лет было. Я гостила в Рароге у Реславы. Она и Белый Тигр окружали меня такой любовью и заботой, что эти дни я вспоминаю, как самые счастливые в своей жизни. И вот в Праздник Урожая к нам прилетели Дар и Энлиль. Помню, Чёрный дракон был вежливым и галантным. Поцеловал мне руку, и сказал Реславе: — Твоя сестра будет настоящей красавицей, когда вырастет. Ты спрячь ее получше, и близко не подпускай к ней сельфов, особенно Повелителя ветров.

А потом обратился ко мне: — А ты малышка, посмотри внимательно на этого красавца, и запомни, верить ему нельзя.

Раст всегда говорил мне, что драконы никогда не врут. И когда Энлиль пригласил меня танцевать, я испугалась. Но он был таким забавным и милым, что скоро страх исчез. А потом мы летали с ним над ночным Рарогом, я учила его плавать, мы гуляли по лугу, и он ничего мне не обещал, ничего у меня не просил. И когда прощались, он сказал: — Элосана, спасибо за твое внимание ко мне. Не знаю, как ты, а я был счастлив. Ты веришь мне?

И я сказала, что верю. Ундины не драконы, но тоже умеют чувствовать ложь, ты же знаешь. И в тот момент он не врал, он держал мои ладони в своих руках, и не сводил с меня глаз: — Вырастай скорей, мы обязательно встретимся.

Вот и все.

— И все эти годы ты ждала его?

— Нет, я ждала, пока не было тебя. А потом появилась ты, и мне Реслава сказала, что ты предназначена двум Владыкам. И я запретила себе ждать. Больше того, я хотела, чтобы ты выбрала его. Потому что, он — самый лучший. Только Раст мне не верил. Реслава, когда умирала, просила Белого Тигра отдать тебя мне на воспитание, но он не отдал. Он боялся, что я смогу обидеть тебя, как соперницу. Мне до сих пор обидно! А правда, почему ты не выбрала его?

Я молчала. А действительно, почему? В первую нашу встречу, он мне понравился больше, чем Дар. Мои встречи с обоими Владыками заканчивались, как правило, моим бегством, и обидой на них. Можно было вспомнить Энлилю Эмиру и нереиду. Но и Дар не лучше — одна Нагна, чего стоит. Отношение ко мне Повелителя ветров в его замке, сейчас, когда прошло время, вспоминается как вполне достойное. Только вот оно почему-то меня раздражало. А почему — не знаю.

— Ну, что ты молчишь?

— Просто не знаю. Ты права, Энлиль, наверное, замечательный. Но меня тянуло к Дару…

— Ну, все-таки… Я хотела бы понять…

— Я тоже, — ответила я словами Дара. И подумала, что зря теряю время. Ждать пока Горен куда-то уйдет, чтобы рассмотреть подходы к Танелле, глупо. А если он не уйдет? Вот пока он спит, и можно все сделать. Я не могла больше ждать! Не хотела! Воспоминания о Чёрном драконе снова наполняли меня обидой, захотелось бежать и бежать. Только не сидеть на месте, и не думать о нем. Я вскочила на ноги.

— Ты куда? — испугалась Элосана.

— Мне пора. Надо еще много чего сделать. Но мне хочется сказать тебе, спасибо за мой День рождения. Он был таким прекрасным! И главное, ничего не бойся. Скоро здесь будут Драконы и сельфы. Надеюсь, мне удастся вас вытащить отсюда.

И с этими словами я спрыгнула и побежала к Линелле. Она стояла на коленях, схватив руками прутья клетки, и смотрела в мою сторону:

— Что ты задумала? — шепотом спросила она меня, когда я прыгнула ей на колени.

— Я вызвала сюда Краса, Ала, Дара и Энлиля. Думаю, если с моими вестниками ничего не случиться, они скоро будут здесь.

— Ты с ума сошла. Зачем? Это ловушка, нам отсюда не выбраться.

— У меня есть одна идея. Правда, шанс маленький, но все-таки.

— Я не хочу, чтобы с Красом и Даром что-то случилось!

— Скажи, о чем бы ты думала, если бы узнала, что Горен похитил твоего мужа?

— Ты права. Говори, что нужно делать.

— Мне нужно разбудить Танеллу. Ты не знаешь, как это сделать?

— Я сама думаю об этом. Слеза Даалада с тобой?

— Да, на шее висит.

— Он и твоя сила огня, должны привести ее в чувство. Она на последнем издыхании. Он ее лишил почти всей силы, я чувствую это. Только вот как тебе до нее добраться?

— Как к ней сам Горен подходит? Ты же должна была видеть.

— Да, только со спины.

— Там есть серебристые нити?

— Есть, но он их перешагивает, их там намного меньше.

— Отлично. Я попросила драконов и сельфов, отвлечь внимание Горена. И прошу тебя, если они забудут, скажи им, что они должны держаться вместе. Только вместе, тогда я смогу помочь им.

— Как?

— Понимаешь…

Договорить я не успела, серая дымка начала таять, и я выскользнула из клетки, отбежала и спряталась за камень.

Горен встал со скамьи, потянулся: — Пора от тебя избавляться Танелла, — посмотрел он на нее. — Мало в тебе силы.

И подошел к клетке Ланеллы: — Ну, что моя хорошая? Как ты себя чувствуешь? Пить не хочешь?

Линелла оперлась спиной на прутья, вытянула ноги, закрыла глаза, молчала.

— Иди ко мне, моя хорошая, — ласково приговаривая, он протянул к ней свою руку между прутьев, она стала вытягиваться и схватила пленницу за лодыжку.

— Пошёл вон, — огрызнулась жена Краса, и ногой отбросила его руку.

— Сколько в тебе ненависти, сколько злобы ко мне, то, что нужно. Ничего рано или поздно сломаешься. Твоя сестра тоже долго сопротивлялась. Но, моя славная, я умею ждать.

— Ошибаешься Горен, — крикнула Линелла, — я скорее уйду к духам, чем позволю тебе прикоснуться ко мне.

— Слышали! Слышали! — усмехнулся он, — вы так похожи! Но смотри, вон она моя вкусненькая. Сидит, миленькая, и служит мне, и кормит меня. И ты будешь такой же. От меня просто так не избавишься… — И он схватил ее ступню.

Линелла ударила его еще раз и вскочила на ноги: — Отойди, пакость!

— Ах, хорошо! Сколько эмоций! На сегодня хватит. Пора узнать, что творится в мире. А ты сиди тихо, не стоит звать Танеллу, она все равно не услышит. И не надо стараться опрокинуть свой домик — не выйдет.

И Горен обернувшись красногрудкой, вылетел из пещеры. Я кинулась к столу, и со стола прыгнула на скамью, где сидела жена Ала. Сняла с себя цепочку со слезой Даалада и надела ей на шею. Прижалась к ее груди. Она была похожа на пустой сосуд. Только где-то в самой глубине, еще тихо и медленно билось сердце, в окружении легкой, невесомой энергии. Стала наполнять ее, но получалось медленно. Очень медленно. И чем больше я боялась не успеть, тем тише переходила к ней моя сила.

— Надо успокоиться. Мне нечего бояться, — сказала сама себе. — Дар от меня отказался, а без него жить не смогу, но хоть ее спасу.

И вдруг крик: — Танелла, Танелла, услышь меня! Очнись! Этот мерзавец летит.

Я подняла голову и посмотрела на Линеллу, она трясла прутья, и смотрела на меня.

— Опасность! — я прыгнула с колен девушки, которая по-прежнему сидела, положив руки на колени, и смотрела вперед, невидящими глазами. Мои задние лапы задели серебристые нити, мне показалось, что их оторвало. Передвигаясь только на передних лапах и подтягивая задние, я добралась до камня, улеглась на красный песок и закрылась хвостом, стараясь не кричать от страха.

— Ган, проклятый, — закричал Горен, вернув себе свой облик, и побежал к столу, откинул столешницу. Что там было внутри, не видела. С радостью почувствовала, как мои лапы начинают болеть. Значит, целы. Надо вылечить их, перекинуть к ним целебную силу. Так, получается. Боль проходит. Дернула одной лапой, потом другой. В порядке. Теперь надо посмотреть, что случилось. Залезла на камень. Но земля задрожала, и я свалилась. Хорошо, что Горен был занят и не видел, как я на спине дергаю лапами. По потолку змеились огненные молнии.