Огенная Лисица и Чёрный дракон - Лирмант Елена - Страница 92

Появился Атель и, подойдя к ширме, протянул руку с легким куском материи цвета морской волны.

Послышался смех, шёпот, восклицания. И наши девушки, наконец, предстали перед нами. Снежка в богатом платье, которых никогда не носила, поэтому несколько стесненная и неловкая в движениях, и Мэриетта, уверенная в себе, прелестная, от нее трудно было оторвать взгляд:

— Ну, вот! Осталось последние штрихи, и мы готовы! Энлиль, что там у тебя за драгоценности?

Повелитель подошел к маленькому столику и открыл небольшой сундучок, заполненный женскими украшениями: — Выбирайте, что понравиться — ваше! И обратился к дриаде: — Снежка, вот смотри, как тебе это?

— Мне все нравится, — растерялась девушка.

— Я немного разбираюсь в них, ты позволишь, мне выбрать для тебя что-нибудь из этих безделушек?

— Я буду признательна, — и она залилась краской.

— Смотри, это должно пойти к твоему наряду, — и он стал застегивать на ней ожерелье.

— Эол, — засмеялась Огненная Лисица, — будь осторожен. Повелитель, кажется, очаровал твою невесту.

— Мэриетта, ты не у себя в селении, — рассердилась на подругу Снежка, — здесь не принято так шутить.

— Ах, простите меня, высокородные господа, но что взять с необразованной селянки? Мы по-простому, что видим, то и говорим.

Эол насупился, а Энлиль щелкнув пальцами, убрал энергию притяжения к себе, которой было пропитано платье.

— Не все что видится, истинно! — выкрутился он, — это просто учтивость Владыки к избраннице своего брата.

— А!!!! Ну, теперь понятно! — зеленела глазами Мэриэлла, и снова обратилась к Ателю: — А тебя в замке есть…

— Уже принес, — дух замка протянул ей футляр. Я чуть не выругался от изумления.

Атель был равнодушен к драгоценностям, которые мы с Энлилем собирали ради их красоты. Но те, что лежали в коробке, только что отданной Мэриетте, он хранил как зеницу ока. В замке хранилась семейная легенда, как много тысяч лет назад, Атель пристал к магу ветров с просьбой дать ему возможность, почувствовать себя человеком, хоть на одно мгновение. Ему было интересно узнать, что значит чувствовать привязанность к кому-либо. Ведь он был духом, и ко всем своим обитателям относился одинаково спокойно, они приходили в этот мир и уходили. А он оставался юным и вечным. Маг сначала отнекивался, уговаривая мальчика не стремиться к этому, ведь тогда он узнает страдания, которые могут навсегда оставить неизгладимый след в его бессмертной душе. Но Атель был настырен. И тогда маг протянул ему этот футляр, в котором лежали женские украшения со словами:

— Та, которой понравятся эти украшения, и которая оденет их, даст тебе то, к чему ты так стремишься.

И бедный мальчишка целых полвека пугал всех женщин, появляющихся в замке, предлагая им свое сокровище, но ни одной из них они не понравились. Потом стал предлагать выборочно, надеясь, что, кто-то все же оценит его подарок. Никто не оценил. И он убрал его, и больше никогда не доставал. Ветры посмеивались про себя, считая, что маг просто обманул духа замка, чтобы не травмировать его. Но он, видимо, верил, и ждал. И вот сейчас, Мэриетта раскрыла футляр:

— Какая красота! — восторженно прошептала она. — Атель, откуда это у тебя?

— Это старинная вещь. Ей много-много лет! Тебе, правда, нравится?

— Правда!

— Но, они такие простенькие, — ей через плечо заглянула Снежка, — у Владыки украшения более красивые.

— Самое сложное в мире — это простота, как говорил мой учитель, — задумчиво проговорила Огненная Лисица и надела на голову незатейливый золотой обруч с тремя маленькими листочками, середину его венчал небольшой цветок из бирюзы, на шею ожерелье повторяющее обод, только с девятью листочками, и восемнадцать простых тонких золотых браслетов на руки.

— Атель, ну как тебе? Они мне идут?

— Очень, — мальчишка сиял от счастья. Мы с Энлилем переглянулись, не знаю, какое было мое лицо, но его вытянулось, глаза полезли из орбит, а рот приоткрылся.

— Тогда мы готовы! Атель, ты позволишь опереться на твою руку?

— Да, моя госпожа, вот она!

— Мэриетта, подожди, а духи! Какие лучше взять? Их столько много! — позвала ее Снежка.

— Тебе подойдут вон в том серебряном флаконе с янтарной крышкой. А мне они не нужны. Догоняй нас. Владыки, устали? У вас у обоих странный вид. Я предупреждала, что наблюдать, как одеваются женщины скучное занятие и долгое. За это время, вы могли бы облететь свои владения, и посмотреть, все ли у вас в порядке. Куда идти?

Ветры скучали в зале приемов. Поэтому когда мы с Энлилем вошли, они вскочили, но их лица тут же приобрели растерянное выражение:

— А где Мэриетта? — послышался возглас.

Мы прошли к своим местам за столом, но не сели, а продолжали стоять, как того требовала традиция. Вошли Снежка с Эолом. Девушка смущенная, немного растерянная, вцепилась в руку своего спутника, которую он держал на весу. Было видно, что она идет с трудом, ее колени подкашивались от страха, но это придавало ей особую прелесть. И ветры, оценив красавицу, встретили ее возгласом восхищения. За ними появились Атель и Мэриетта. Они шли, весело смеясь, и держались за руки как дети. Войдя, танцовщица слегка присела в поклоне, обращенном ко всем в зале. Ее встретило гробовое молчание. Глаза князей ветров были устремлены на нее. Назвать ее красивой, это ничего не сказать. Так можно назвать то, что обладает плотью, красивый цветок, красивое платье, красивая Снежка. А перед нами стояло что-то нереальное, ее тонкая прямая фигура с распущенными волосами в свободном платье цвета морской волны в лучах светильников выглядела легкой и призрачной. Казалось, что вот сейчас порыв ветра долетит до нее и рассеет это чудо!

— Я прошу прощение за вторжение, — звонкий голос Огненной Лисицы привел нас в чувство, — но если я не вовремя, то зайду в другой раз!

Ветры соскочили со своих мест и окружили ее, приветствуя. Она же обращалась с ними так просто и естественно, будто знала их не один год.

— Прошу всех к столу! — призвал к порядку Энлиль, — Мэриетта, ты можешь сесть вот здесь, и он показал рукой на стул около себя.

— Спасибо за честь, — Огненная Лисица потупила глазки, показывая свое смущение, — но я простая танцовщица и буду чувствовать себя неуверенно около Владык, позвольте мне быть рядом с воинами?

— Повелитель, это праздник в честь Мэриетты, и ее желание — закон, — крикнул молодой князь ветров, и усадил ее около себя.

После первых пышных тостов, напряжение первых минут застолья плавно перекатилось в обычную беседу. На дальнем конце стола, где сидела Мэриетта, ветры наперебой рассказывали ей о своих подвигах. Она, распахнув глаза, восхищенно внимала им. У нас внимание к себе привлек Эол, рассказывая о своих злоключениях в Очарованном лесу. Энлиль сидел надувшийся и злой, не спуская глаз с Огненной Лисицы.

Улучив момент, я накрыл ладонью руку Снежки, призывая к откровенности, и завел разговор о ее жизни в Светлом лесу. Она с радостью откликнулась, и начала рассказ. Так я узнал о ее путешествии с Мэриеттой, о том, как на них напали разбойники, как она спряталась среди берез и ничего не видела. А потом ей рассказала хозяйка, что эти мужики с безумными глазами сами бросились к стражам ветров, прося защитить их от пантер. Хотя, в том лесу они, отродясь, не водились, по словам хозяйки. Рассказала и о том, как благодарная женщина, решив отблагодарить Мэриетту за то, что она спасла ее мужа от смерти, толкнула ее к Владыке неба, чтобы та попросила у него денег на дорогу, и что подруга упала, а Повелитель обошел ее и припал к руке Снежки. А Мэриетта обиделась и убежала. Что ее искали полдня, а когда нашли, ее глаза были красными от слез.

— И еще, — прибавила Снежка, — она странная, Дар! Вот сейчас, смотри, смелая и общительная! А как останется одна, обнимет свои коленки руками, и грустит, а в последнее время часто плачет. И тогда я чувствую себя намного старше ее, так и хочется подойти, и погладить по голове. Только она не позволяет. Она мне нравится, но с ней трудно.