Стражи земель. Доспехи демона - Хайц Маркус - Страница 12

— Не двигайся! — Он приставил лезвие к горлу гнома.

— Трус! — прошипел Смертоносный. — Прояви мужество и открой лицо, как поступила эта убийца.

— Тот, кто сражается с захватчиками, убивая врагов, совершает доброе дело, ты, гномья мразь! Вы убийцы! — фыркнула в ответ Малления.

Оглянувшись, она увидела, что всадники Черного Эскадрона не отказались от преследования. Третьи никогда не сдавались, и уж тем более не отступит элитный отряд, «Жаждущие».

В отличие от гномов других племен, Третьи были отличными наездниками. Они много столетий совершенствовались в этом искусстве. Остальные дети Кузнеца предпочитали не ездить верхом, даже на пони. Поэтому благодаря коннице «Жаждущих» Третьи получали преимущество в бою как с людьми, так и с гномами.

— У нас мало времени, — бросила Малления своему спутнику, открывая очередной сундук.

Оттуда выбрался еще один мужчина, тоже с закрытым лицом. Он не мог раньше покинуть укрытие, так как замок на сундуке захлопнулся.

Лошади скакали по узкой лесной тропе, взметая снег копытами. Когда они въехали в лес, семь мощных деревьев упали на дорогу, преградив «Жаждущим» путь. Теперь гномам придется пробираться через густой подлесок, а это их задержит. Все было приготовлено заранее, и план сработал.

Мужчина, выбравшийся из сундука, легкой походкой танцора подошел к козлам и подхватил вожжи. Второй помощник Маллении по-прежнему прижимал саблю к горлу Харгорина.

Малления уселась рядом с Третьим, смерив взглядом морщинистое лицо пленника. Потянувшись, девушка достала накидку и набросила ее на плечи.

Мятежница была одета в тонкое темное платье. На ней не было доспеха — неоправданный риск при таком задании, хотя в броне она не поместилась бы в мешок. Длинные белокурые волосы были собраны в косу, черные сапоги доходили до колен, на поясе висело два кинжала. В руке девушка сжимала узкий арбалет. Она целилась в Смертоносного.

— И что теперь? — презрительно осведомился Третий.

— Мы отвезем десятину в надежное место, а потом раздадим деньги жителям Идомора. Это золото принадлежит им, а не тебе и не твоим повелителям! — возмущенно отрезала девушка. — Вы захватчики! Вы заслужили смерть! Я не позволю забрать ни одной монеты!

Харгорин уже открыл рот, собираясь что-то сказать, но передумал.

— Что бы ты ни делала, подумай о своей семье, — понизил он голос, покосившись на мужчину с саблей.

По спине Маллении побежали мурашки. В голосе гнома не было презрения или надменности. Он казался искренним. Конечно, это всего лишь уловка Третьего. Он хочет запугать ее, сбить с толку. Девушка громко рассмеялась, чтобы показать Харгорину, что она ему не верит.

Гном прищурился.

— Сидя в этом мешке, ты не слышала, как убили советницу Бондарь, верно?

Малления покачала головой. Ее пальцы впились в арбалет.

— Я убил ее по приказу альвов, и она будет не единственной жертвой. Альвы ищут твою родню.

— Альвы?

— И не просто альвы. Дзон-Аклан приехали в Кривую Башню, чтобы уничтожить твоих близких. Альвы-тройняшки: втройне злы и втройне жестоки. — В карих глазах гнома светилось упрямство. — Я не должен был говорить это тебе, но альвы убивают всех, кто состоит хоть в каком-то родстве с принцем Малленом. И не важно, насколько далеко тройне придется отправиться на их поиски. Альвы говорят, что твои действия, твое нарушение спокойствия стали причиной резни. Это уменьшит твою популярность в Идоморе, Ургоне и Гаурагаре. Твоя борьба завершится катастрофой, и эти страны никогда не обретут свободу. По крайней мере до тех пор, пока в Потаенной Стране будут альвы.

У Маллении потемнело в глазах. Сейчас она видела только лицо Харгорина. Сидя в укрытии, она действительно не слышала, как погибла ее родственница, — через заслон до нее доносилось только неразборчивое бормотание, а сквозь дыру в мешке почти ничего не было видно. Девушка сглотнула.

— Ты лжешь! — неуверенно протянула она, пнув гнома в раненое плечо. — Все Третьи — лжецы!

Харгорин сцепил зубы, чтобы не застонать, и выругался.

— Иди к Тиону, проклятая девка! Ну и не верь, мне-то все равно.

— Присматривай за ним, — сказал ей мужчина с саблей и повернулся вперед. — Далеко еще?

— Сейчас до опушки, а там нас уже будут ждать гонцы, — пояснил его спутник, указывая на просвет между деревьями. Там сновали какие-то люди.

— Прекрасно, — пробормотала Малления, хлопнув друга по плечу.

Но она не могла в полной мере насладиться победой. Слова Харгорина жгли ее душу. Девушка не знала, что делать. Вернуться? Или уехать со своими?

Повозка выкатилась из леса и остановилась перед двумя десятками всадников.

Те возликовали при виде своей предводительницы, радостно выкрикивая имя Маллении, и тут же взялись за разгрузку телеги. «Жаждущим» придется преследовать двадцать четыре лошади одновременно, чтобы вернуть золото. Несмотря на навыки верховой езды, на пони это сделать невозможно.

Кто-то протянул Маллении ее пластинчатый доспех с выгравированным гербом предка, принца Маллена из рода Идо. Облачаясь, девушка думала о своих прародителях. Принц Идо встал на бой с Нод’онном, сражался с эоил, не раз рисковал жизнью ради Потаенной Страны. Он был настоящим борцом за добро и справедливость, и она хотела продолжить его дело, освободить народ от альвов и их союзников. Повесив короткий меч на пояс, девушка набросила белый плащ и вскочила на лошадь.

Малления скакала рядом с повозкой, где все еще сидел Третий. Кровь заливала его плечо, стекая сквозь щель между досками на белый снег.

— А что с ним делать? — спросил ее помощник.

Она смерила гнома долгим взглядом.

— Убить. Тот, кто снюхался с альвами, другой участи не заслуживает, — медленно проговорила девушка и пришпорила коня.

Малления направлялась в Кривую Башню, чтобы выяснить, может ли она помочь своим родственникам. Девушка молилась богам о том, чтобы не опоздать.

— Мы встретимся через четыре дня в обычном месте! — крикнула она, удаляясь в лес.

Десятину разделили, почти все гонцы уехали, и только четверо еще складывали мешки на седла. Послышалось тихое ржание — пони Черного Эскадрона были неподалеку.

— Уходим! — крикнул человек, охранявший Харгорина. — Я возьму одну из лошадей, впряженных в…

И тут его ударило в грудь, и парень отлетел на сундук. Успев отреагировать, он нанес удар саблей, пытаясь вскрыть противнику горло. Лезвие наткнулось на что-то мягкое…

…Гном парировал удар рукой! Кровь хлынула из раны, заливая бороду, но Третий улыбался. Его глаза сияли.

Харгорин пнул сундук, и охранник, потеряв равновесие, замахал руками. Прыгнув вперед, гном ударил его окровавленным кулаком в нижнюю челюсть. Охнув, парень осел на днище телеги.

— Ха! — Перехватив свою секиру, Третий выскочил из повозки, разбежался и прыгнул на одного из гонцов.

Острие секиры впилось в горло несчастного. Захрипев, тот упал в снег, а Смертоносный занял его место в седле. Не медля, гном направил коня на следующего противника и нанес очередной удар.

Всадник не успел парировать, его рука с мечом переломилась под весом стали между локтем и запястьем. Тяжелое лезвие пронеслось дальше, отрубив гонцу голову. Кровь фонтаном хлынула из горла, вычерчивая диковинные письмена на белом снегу.

Оставшиеся двое людей пришпорили коней, чтобы сбежать от преследовавшего их гнома.

Замахнувшись, Харгорин метнул секиру, издав боевой клич.

Со свистом лезвие пронеслось в воздухе и вонзилось одному из гонцов в позвоночник. Мертвое тело, перевернувшись от удара, упало на землю.

— Тебе не уйти от меня! — Смертоносный погнал коня быстрее.

Поравнявшись с убитым, гном нагнулся и выдернул оружие из спины мертвеца. Небольшое усилие — и оружие вновь в руках Третьего. Расхохотавшись, он хлопнул коня по крупу плоской стороной секиры. Лошадь поскакала вперед.

Харгорин догнал гонца. Бедняге никак не удавалось оторваться от разъяренного гнома. Он срезал мешок за мешком, чтобы лошади было легче, но все было тщетно.