Стражи земель. Доспехи демона - Хайц Маркус - Страница 136

— Что это такое, во имя Враккаса?

— Осколок малахита, — выдохнул Верховный, поднимаясь на ноги. — Бегите в крепость! — крикнул он и бросился к ущелью.

— Что? Почему, книгочей?

— Бегите со всех ног! Вам нужно оказаться как можно дальше отсюда! — крикнул на бегу Тунгдил.

Гном достиг расщелины, и его скрыли тени.

Боиндил хотел помочь Годе подняться на ноги, но жена была без сознания, поэтому он просто перекинул ее через плечо.

— Эй, актер! Хватай Балиндара! — Сорвав с пояса горн, Бешеный подал гномам сигнал к отступлению.

Койра изумленно смотрела в сторону ущелья.

— Он нас всех обвел вокруг пальца!

— Ты о чем? — Бешеный не мог отвести взгляд от кордриона.

Чудовище было утыкано стрелами и копьями, но и само нанесло значительный урон защитникам крепости. Забравшись на скалу над ущельем, оно расправило крылья, собираясь воспарить над полем боя. Судя по всему, гномы не смогут помешать ему.

— Он забрал всю силу мага! — Волшебница всхлипнула. — В этом осколке малахита была скрыта невероятная мощь. Поэтому Лот Ионану не нужно было пользоваться волшебным источником.

Подняв Балиндара, Родарио забросил его на плечо, словно мешок с мукой.

— Ох уж эти ваши доспехи, — проворчал он. — От этого вы только тяжелее становитесь.

Гномье войско последовало приказу Тунгдила: солдаты начали отступление.

— Зачем это Златорукому? — Боиндил хотел оправдать друга и перед королевой, и перед собой. — Он доказал, что…

Прежде чем Койра успела возразить, ущелье затряслось. Что-то грохнуло, землю тряхнуло так сильно, что все, кто находился на поле боя, попадали. Только тогда они услышали взрыв.

Бешеный оглянулся, пытаясь понять, что происходит.

Часть крепости обрушилась, погребая под собой солдат.

Ущелье наполнилось темно-зеленым призрачным свечением. Широкий луч взметнулся над расщелиной, взрезав небеса, и раздался второй взрыв, уничтоживший возвышавшиеся рядом скалы. Земля вокруг провалилась.

Все произошло так быстро, что кордрион не успел ничего предпринять. Он попытался взлететь, но камни придавили его, увлекая за собой в ущелье. Драконище завопило, и Боиндил увидел, как оно рассыпалось в прах, соприкоснувшись с лучом.

После третьего взрыва из расщелины выплеснулась лава. Взрывная волна была настолько мощной, что лава достигла отступающих солдат, и это привело к новым жертвам. В воздух взметнулся дым, закрывая все мутной пеленой.

Над полем боя воцарилась тишина.

— Нет! — Бешеный с отчаянием всматривался в клубы дыма. — Койра, вы можете развеять завесу? Я должен знать, что случилось!

Со стоном поднявшись на ноги, он уложил Году на накидку. Жена дышала, поэтому сейчас Боиндила больше беспокоила судьба товарища.

Волшебница призвала слабый ветерок, развеявший клубы, пусть и не полностью.

Черного Ущелья больше не существовало, на его месте бурлила лава, черная кровь горы, полностью затопившая проход в расщелину. Часть крепости обрушилась. Гномы понесли меньше потерь, так как до них не добрался кордрион.

— Он принес себя в жертву, — севшим голосом выдохнул Бешеный. — Книгочей знал, что случится, и принес себя в жертву ради нас! — У него на глазах выступили слезы. — Враккас, сегодня ты примешь в Вечную Кузницу своего величайшего героя.

— Глядите! — Родарио счастливо рассмеялся. — Вы видите то же, что и я?

Посмотрев налево, Боиндил не смог сдержать крика радости. Сквозь клубы дыма навстречу войску хромал гном в потрепанном тиониевом доспехе. Он опирался на Кровопийцу. Заметив друзей, воин в приветственном жесте поднял руку.

— Книгочей! — возликовал Равнорукий. — Ох, Враккас, если когда-нибудь я получу несметные богатства, я все пожертвую тебе, Бог-Кузнец! Жизнь Тунгдила для меня ценнее! В тысячу раз ценнее!

Солдаты на поле и на крепостных стенах тоже заметили Верховного короля. Крик радости, разнесшийся над полем боя, превосходил все, что Бешеному приходилось слышать в своей жизни. Равнорукий рыдал от счастья.

Тело Тунгдила было сильно обожжено, лава застывала на его нагруднике, из раны в боку сочилась кровь, и все же гном шел с улыбкой на лице и махал рукой выжившим людям, убариу и подземным. И, конечно, своим соплеменникам.

— Вот он, мой книгочей! — растроганно всхлипнул Боиндил.

— Я знал, что у нас все получится. — Слин, стоявший рядом, протянул Бешеному руку. — И мы были правы, что не сомневались в нем.

Все гномы, даже раненые, опустились перед Верховным на колени. Боиндил и Слин, не выпускавший из рук заряженного арбалета, тоже выказали Тунгдилу свое почтение.

Казалось, по войску прошла волна: люди, эльфы, убариу и подземные жители под звуки горна кланялись Тунгдилу. Златорукий неторопливо двигался в сторону Бешеного.

«Я так и знал!» Боиндил первым поднялся с колен, не дожидаясь, пока это сделают короли и королева детей Кузнеца. Он распахнул объятия, чтобы прижать к себе друга, пусть друг и был повелителем всех гномов.

И вдруг мимо метнулась Кира. Рванувшись вперед, подземная дернула Боиндила за руку и помчалась к Тунгдилу. Слишком поздно гном заметил, что Кира выхватила у него Огненный Клинок.

— Это не Тунгдил Златорукий! Это оружие не обманешь так, как обманули всех нас! — кричала девушка, сжимая волшебный топор обеими руками. — Глядите, как светятся бриллианты! Это доказательство неоспоримо! — Она нанесла удар.

Слин, ругнувшись, вскинул арбалет и выстрелил.

Болт пробил подземной грудь, но лезвие топора уже взрезало тиониевый доспех Златорукого, сломало Тунгдилу ребра и дошло до сердца. Умирая, гном и подземная упали в объятия друг друга и осели на землю.

Звуки фанфар оборвались, над полем пронесся вздох ужаса.

— Нет! — Бешеный ринулся вперед, отшвырнул Киру и вытащил Огненный Клинок из раны Тунгдила. Хлынула кровь. Ни один лекарь не сумел бы исцелить Златорукого. — Койра! Чародейка, спасите его!

Медленно подойдя, волшебница печально покачала головой.

— Не выйдет, Боиндил. Во мне больше нет Силы. — На глазах королевы выступили слезы. — Я потратила последние крохи магии на призыв ветра.

Подняв голову друга, Бешеный окропил его лицо водой из фляги.

— Этого не может быть, о боги! — завопил он. — Вы не можете позволить умереть величайшему герою Потаенной Страны и Потусторонних Земель!

— Это… был… не… Тунгдил, — прохрипела Кира, извиваясь от боли. — Алмазы… на топоре… Я должна была… — Ее глаза закатились.

— ЭТО БЫЛ ТУНГДИЛ! — рявкнул Боиндил.

Он посмотрел на Огненный Клинок. Алмазы светились, но гном знал, что это происходит по его вине. Из-за проклятия эльфов.

— Это был он, — прошептал Бешеный, оплакивая смерть друга.

Года открыла глаза.

Она прекрасно все слышала. Но лишь симулировала обморок, чтобы муж не мог попросить ее спасти жизнь этого… этого существа.

Поднявшись, Года заметила, что что-то блестит в ее манжете.

Засунув палец под подкладку, она вытащила последний осколок бриллианта. Все это время он был при ней!

Волшебница посмотрела на мужа, склонившегося над телом гнома. При помощи этого осколка она легко могла бы спасти Тунгдила от смерти…

Эпилог

Харгорин Смертоносный посмотрел на последнюю из шести коробочек из враккасия, на которой был выведен герб Третьих.

Внутри находилась часть праха Тунгдила Златорукого. Тело героя предали огню на пышной церемонии. Вопреки гномьим погребальным традициям каждое племя, включая Свободных, получит часть праха величайшего Верховного короля, отвезет ее в свое королевство и воздаст последние почести. Таково было решение правителей племен.

Боиндил через стол передал Третьему коробку, затем раздал остальные Ксамтору, Балиндис, которая чудесным образом исцелилась от болезни, Франдибару и Годислану из города Свободных. К последней коробочке, на которой был герб Вторых, он не прикоснулся.