Стражи земель. Доспехи демона - Хайц Маркус - Страница 7

Койра многое бы отдала, чтобы освободить королеву.

— Смотри на сцену и наслаждайся зрелищем. Чем нас порадуют наследники Невероятного Родарио в этом солнечном цикле? Всегда любопытно посмотреть, как они выбирают лучшего. — Девушка вздохнула.

Вдохнув аромат ее ладони, Лойтан лучезарно улыбнулся и повернулся к сцене.

Конферансье указал тростью на край ряда, где сидели одиннадцать мужчин и шесть женщин. Все они были одеты очень ярко и экстравагантно. Для их нарядов, несомненно, стоило бы заново выдумать слово «пестрый». Эти юбки, платья, брюки, шляпы, ботиночки и разнообразные аксессуары служили одной-единственной цели — выделить владельца из толпы.

И только крайний в ряду мужчина выглядел иначе.

Ему портной сшил одежду не по фигуре. Или вина была вовсе не портного, а человек сам сутулился столь сильно, что на платье образовались лишние складки.

Как и у всех отпрысков Невероятного, у Родарио были каштановые волосы и аристократические черты. Впечатление немного портили пухлые щеки, да и бородка — отличительный знак актера, основателя целых династий легендарных лицедеев во многих королевствах Потаенной Страны, — была спутанной и жалкой.

— Он называет себя — и, должен сказать, особой изобретательности при выборе имени он не проявил — Родарио Седьмым! Ваши аплодисменты! — Конферансье вскинул руки, чтобы раззадорить толпу, но почти никто не стал хлопать в ладоши.

— Во имя всех богов, — ухмыльнулся Лойтан. — Какое печальное создание! Ему даже утешительный приз не достанется.

— А по-моему, ловко придумано, — вступилась за Седьмого Койра. Она жалела беднягу, известного своей трагической судьбой. — Он… выделяется на фоне всех этих павлинов.

— Да, как пример ничтожества. — Лойтан громко рассмеялся. — Я думаю, что в этом солнечном цикле он станет первым среди последних. Поспорим, принцесса?

Он просиял, но потом его взгляд скользнул за спину девушки. Улыбка сползла с его лица.

На них упала широкая тень. Койра испуганно повернулась.

К первому ряду незаметно подошли четыре сторонника Светложара. На них были шлемы в виде стилизованного дракона с крыльями, тяжелые ламеллярные доспехи и накидки. На горле у каждого висела серебряная цепочка с осколком драконьей чешуи болотного цвета — символ их неоспоримой власти в Вейурне. Благодаря этой чешуе они могли управлять всеми, кроме разве что своего господина.

Немного отстранившись, Койра посмотрела на край площади. Там уже собрались орки. Эти существа были помощниками Светложара, его верными слугами. Столпившись в переулке, орки лакомились мясом. Над сочными кусками вился пар. Принцесса предпочитала не задумываться о том, едят они сырое мясо или жареное.

Один из прихвостней Светложара, толстый и широкоплечий мужчина с плоским лицом, обрамленным русой бородой, ухмыльнулся, посмотрев на Лойтана.

— Мне показалось или я услышал то, о чем лучше бы помолчать? Вам известен закон, граф Лойтан Лойтансберг. И закон этот касается в том числе и вашего благородия. — Он плюнул Лойтану в лицо. Зеленовато-желтый комок слюны прилип к бороде. — Но я милостив. Сегодня мне не хочется портить себе настроение. — Поднявшись по ступеням, драконник сел прямо перед Лойтаном, да так, чтобы его шлем мешал графу наблюдать за действом. — Советую вам убираться подобру-поздорову. Если представление закончится, а вы все еще будете здесь, мне придется выполнить приказ повелителя Светложара.

Его спутники, расхохотавшись, уселись рядом.

— Первое соревнование, столь любимое вами, драгоценные наши зрители, вот-вот начнется, — провозгласил конферансье. — Это состязание в красноречии! Да услышат же жители Мифурдании, места, где так долго жил Невероятный Родарио, остроумные и едкие речи наших участников! — Обведя зрителей взглядом, он упер руки в бока. — Ах, по лицам многих из вас видно, куда любили ходить ваши прабабки. В «Театр диковинок»! В особенности за кулисы!

Толпа возликовала.

Койра сжала руку Лойтана, уже потянувшуюся к мечу.

— Нет, — с нажимом произнесла она.

— Но… — От ярости графа била мелкая дрожь.

— Может, их ты и победишь, но орки придут к твоим родным и убьют их. Дракон карает всех, не только того единственного, кто пошел против него. Неужто гордыня заставила тебя позабыть об этом? — Вытащив носовой платок, девушка попыталась отереть слюну с бороды Лойтана, но тот отвернулся, проведя по щеке рукавом.

— Наступит день, когда никому из них не спастись от меня.

Принцесса осторожно отпустила его руку. Пока что опасность миновала.

— Предоставь восстания другим, — шепнула она. — Людям, у которых нет семьи.

— Вы имеете в виду этого жалкого рифмоплета? — Граф посмотрел на сцену.

— Он поэт, а не какой-то бумагомаратель, и уж точно не жалкий рифмоплет. Его произведения, которые он втайне читает в домах Вейурна, принесли больше блага, чем меч или стрела. — Койра заметила ревность в голосе Лойтана, но ничего не могла с этим поделать.

Граф давно был женат, и принцесса воспринимала его как брата и защитника. Пока что ей не повстречался никто, кому она подарила бы свое сердце и невинность.

— Его слова приносят тем, кто слушает его, смерть, — возразил Лойтан, мотнув головой в сторону эшафота. — Я вижу волосы на плахе. Беднягам отрубили головы, потому что они хотели свободы королевству. Хотели, чтобы вашу матушку освободили.

— Еще одно слово, Лойтансберг, — буркнул драконник, — и вы станете следующим, кому придется познакомиться с этой плахой поближе. Мне надоела ваша болтовня! Заткнитесь уже! Или я позабочусь о том, чтобы кто-то заткнул вам рот.

Его спутники вновь рассмеялись.

Фыркнув, Лойтан потянулся за стаканом вина.

Конферансье выпрямился.

— Что ж, пусть прозвучат слова порицания и назидания. Сыновья и дочери Родарио, покажите, на что вы способны!

Первой выступала юная девушка, налепившая на лицо усики и бородку. Весьма убедительно изображая характерную походку мужчин, она направилась к краю сцены. Остановившись, она огладила бороду и схватилась ладонью за мотню. Девушка прекрасно пародировала мужские жесты, за что зрители вознаградили ее аплодисментами.

Она резко сорвала фальшивые усы и бороду.

— Ах, борода, ты украшение любого мужика, но я, Ладения, — прекрасная девица. К чему же борода мне? И без нее способна я сравниться с любым мужчиной, и, поверьте, ни в чем не уступлю я. — Она с нахальной улыбкой прошла мимо ряда претендентов на звание лучшего сына Родарио и остановилась перед Непревзойденным. — Говорят, вы хотите выиграть. По слухам, именно так и случится. Вы ведь столь прекрасны, — томно выдохнула девушка, хлопая ресницами. — И столь умны, — подчеркнуто небрежным жестом она провела по лбу. — Главная же причина в том, что вы осчастливили столько женщин в этом городе! И теперь все они проголосуют за вас. Но на площади я вижу больше мужчин, чем женщин, а значит, я преуспела на этом поприще получше вас!

Толпа захохотала.

— Вам всем известна шутка о том, как орк спрашивает у гнома, как пройти в библиотеку, но мне известны шуточки посмешнее! — выкрикнула Ладения. — Сколько этих ничтожных потомков Родарио нужно для того, чтобы поднять над землей орка?

Представитель Светложара подался вперед, уже поднимая левую руку.

Койра посмотрела на зеленокожих, переставших жрать и схватившихся за оружие. Назревала катастрофа. Как только чиновник подаст им знак, они выскочат на площадь и остановят спектакль. Из-за анекдота. Ладения даже не понимала, чем ей грозит эта шутка.

— Ну, так что же? — не унималась девушка. — В чем дело? Никто не знает ответа?

Принцесса раздумывала, как ей отвлечь драконника и не накликать беду на себя. Это было бы нелегко: прихвостни Светложара только и мечтали о возможности посадить под замок дочь законной королевы Вейурна.

Она уже открыла рот, собираясь заговорить с представителем власти, но тут Ладения продолжила:

— Не знаете? Так я вам скажу! Пять! Четыре Родарио держат орка, а пятый роет яму, чтобы ноги орка не касались земли. Без этого представшим вашему взору коротышкам орка не поднять!