Стражи земель. Доспехи демона - Хайц Маркус - Страница 80

Когда он вновь открыл глаза, его товарищ выглядел так же, как и до обморока: ни ран на лице, ни разошедшегося шва, ни черных линий.

Бешеный осторожно подошел к кровати.

— Что же мне с тобой делать, книгочей? — прошептал он, сглотнув. — Всякий раз, когда я думаю, что могу доверять тебе, происходит что-то, что вновь разжигает мои сомнения.

Подтянув к себе табурет, гном уселся рядом с другом, решив, что стоит дежурить здесь всю ночь.

При этом он не смог бы сказать, кого охраняет: Тунгдила от какого-либо зла или же своих друзей от Тунгдила.

Боиндил ехал за Златоруким, глядя на склоны гор. Хотя со стороны казалось, что гном внимательно следит за происходящим, на самом деле Бешеный думал о той ночи, когда Тунгдил преобразился. Это было кошмарное зрелище.

Друзья не говорили об этом, а отряд поверил в сказочку о внезапном приступе слабости. «От чего же он страдает? Его обуял демон? Или это проклятие?» Голоса сомнения вновь затянули почти забытую песню.

По приказу Златорукого путники двигались по старой тропе, ведущей в узкую долину. Напротив возвышалась багрового цвета гора.

Вид этих земель навеивал на Боиндила воспоминания.

Долина то сужалась, то расширялась, и в пяти местах сужения Первые установили заграждения, толстые стены с воротами, которые можно было открыть, лишь используя руническую магию. Боиндилу и Тунгдилу в окрестностях этой долины пришлось спасаться бегством от альвов Синторы и Кафалора. Тогда гномы искали у Первых кузнеца и повстречали Балиндис Железнопалую, которая стала королевой Пятых.

Все эти сооружения исчезли, вместо стены возвышались деревянные заграждения, за которыми поблескивали шлемы и наконечники копий. Судя по всему, там устроились свинорылые.

— Там, наверху, — Златорукий указал на горы, — находился вход в королевство Первых.

— Теперь его нет, он был разрушен вместе с гномьей крепостью. Дракон уничтожил все, что напоминало о детях Кузнеца. — Родарио указал направо. — Вон там, за теми валунами, находится огромная пещера, в которой устроил логово Светложар. Именно оттуда драконники попадают в систему подземных туннелей гномов.

— Наверное, это были старые ворота для вылазок, — предположил Бешеный. Он попытался сосчитать противников. — Мне кажется, там двадцать стражников. Все орки.

— А зачем им больше? — Слин не сводил глаз с неба. — Кому придет в голову забираться в драконью обитель?

— Гномам, — отрезал Боиндил. — Наши предки справлялись с чудовищами, справимся и мы. — Он повернулся к Тунгдилу. — Ты хочешь въехать туда при свете дня?

— Нет. Пускай жадары покажут, чему они научились у альвов. — Златорукий посмотрел на Барскалина. — Вы очистите одни ворота за другими и откроете их только тогда, когда все стражники будут мертвы. Выясните, как нам пробраться к входу, чтобы нас не заметил дракон.

— Если мы собираемся ограбить его сокровищницу, то не стоит ли тихонько прокрасться туда, вместо того чтобы убивать всех орков и привлекать внимание? — возразил Родарио. — Так ведь Светложар может напасть раньше, чем мы рассчитываем.

— Орки погибнут тихо, и пройдет некоторое время, прежде чем драконники узнают об их смерти. — Златорукий указал на Харгорина. — Мы обсуждали это по дороге и решили, что следует разделиться, как только ограбим сокровищницу. Жадары отправятся с нами, а Харгорин поведет эскадрон по другой дороге на юг. Несколько гномов из Жаждущих отправятся гонцами в королевства гномов и попросят другие племена оказать нам помощь в войне с Лот Ионаном. — Он повернулся к Родарио. — Они также передадут письмо Седьмого потомкам Невероятного.

«Хорошо, что мы встретились. Нам никогда бы не удалось отыскать столько гонцов». — Боиндил был рад, что Жаждущие уедут.

— А в оговоренный день мы встретимся с ними перед Синими горами.

— К середине весны приготовления должны быть завершены, как наши, так и короля Эфатона. Тогда-то все и начнется. — Тунгдил посмотрел на громады гор, поблескивавшие красным в лучах солнца.

— Я так и не понял, как нам удастся скрыться от Светложара, если он нас унюхает, — не унимался Родарио. — И я не хочу слышать в ответ, что я всего лишь актер, который не разбирается в военной тактике.

Малления и Койра поддержали его.

— Но ведь именно так и есть, — презрительно прошипел Харгорин.

— Вначале дракон не поймет, что произошло. Он подумает, будто речь идет о проделках повстанцев, и предоставит разбираться оркам. Только потом он обнаружит, что часть сокровищ пропала, — объяснил Златорукий. — К тому моменту мы должны преодолеть по меньшей мере половину пути к землям Лот Ионана. По меньшей мере! Мы будем скакать с утра до вечера и менять лошадей, как только животные устанут. Нам не справиться с этим без форы. Если же он нас догонит… — Он посмотрел на Койру. — Нам придется уничтожить Светложара. Но так у нас не будет важной фигуры, которую мы могли бы использовать для ослабления Лот Ионана. Завидев приближение дракона, мы попытаемся сбежать.

— Вы многого от меня ждете. — Королева сглотнула.

— Именно так. У меня нет выбора. К тому же отвагу можно проявить только в бою, а не в разговорах о войне, которые ведутся в уютном кресле у камина. Если вам не хватает мужества, лучше скажите сразу, чтобы я мог изменить план.

— Конечно, нам удастся победить и дракона, и мага. — Койра чувствовала себя уязвленной. — К моменту нашего прибытия у Лот Ионана не останется сил на сопротивление, ибо я уверена в том, что наш план сработает.

Небо затянули тучи, за ними скрылось солнце, на землю упали первые капли. Дождь барабанил по металлическим доспехам, воздух наполнился перезвоном.

Развернув пони, Тунгдил понесся прочь от въезда в долину.

— Вон там пещеры. Разобьем лагерь и дождемся возвращения жадаров.

Им действительно удалось укрыться в пещере до того, как дождь превратился в настоящий ливень. Потоки воды смывали остатки снега, уничтожая следы копыт.

Гномы и люди расположились в глубокой пещере, намереваясь отдохнуть перед бегством от Светложара и орков. Накормив пони, Боиндил оглянулся на Жаждущих. Харгорин отбирал гонцов, которые завтра должны были отправиться в путь, чтобы передать послание Тунгдила Эфатону, членам движения Сопротивления и гномьим племенам. «Теперь нас уже ничто не остановит».

Затем он подошел к жадарам, чтобы выяснить, как они готовятся к ночной операции.

Незримые собрались вокруг Барскалина и что-то тихо обсуждали. Безбородые, покрытые черной краской с головы до ног, тяжеловооруженные… «Я ведь и вправду не могу отличить одного жадара от другого, — вот уже в который раз удивился Бешеный. — Может быть, стоит поговорить с ними? Кто знает, сколько из них вернется после сегодняшней ночи».

Эта мысль зародилась в его голове неспроста. Сомнения грызли душу гнома. Тот, кто сумел наложить чары на доспех книгочея, наверняка знает довольно много о загадочных рунах. А это важно. Боиндил уже придумал, как он сможет выведать больше о доспехе.

Дождавшись, пока жадары закончат совещаться, он осторожно подошел к ним поближе, следя за тем, чтобы Барскалин не смотрел в его сторону. Несомненно, глава Незримых не захочет, чтобы Второй беседовал с кем-то из его подчиненных. Вернее, допрашивал их. Это слово больше подходило.

— Можно посмотреть твое оружие? — спросил Бешеный у первого попавшегося воина.

Тот сидел на полу и точил кинжал.

Приветливо улыбнувшись, Боиндил присел рядом. Так он не очень бросался в глаза.

Повернувшись, Незримый удивленно уставился на него и протянул кинжал.

— Да, пожалуйста.

— А вы, жадары, рассказываете анекдоты? Я просто обожаю этот анекдот про гнома и орка.

— Правда? А я вот его никогда не понимал, — ответил жадар. — Почему это орк будет спрашивать дорогу в библиотеку у одного из нас?

— Но ведь в этом-то вся соль шутки!