Гоша Каджи и Алтарь Желаний (СИ) - Рябов Игорь Владимирович - Страница 82

— Сейчас сюда нельзя посторонним, директор! Мальчик еще не поправился.

— Уйди Диорум, не доводи до греха! — возмутился Этерник. — Это я-то посторонний? А она тогда кто?

Директор размашисто ткнул указательным пальцем в сторону кресла. Гвардии лейб-медик Хилкровса только пожал плечами и твердо высказался:

— Сам прекрасно знаешь, Тэри, что она — не посторонняя.

Но Верд-Бизар уже ловко для своего возраста прошмыгнул между косяком двери и Паком. И даже кулаком ему погрозил:

— Дождешься ты у меня, Ди, уволю! Никакого уважения к директору, — совсем не строго возмутился Этерник, на что врач только махнул небрежно рукой, мол, не первый раз слышу. А Верд-Бизар, подобрав полы длинноватой мантии, уже приблизился к креслу и поинтересовался у Янки, чуть склонив к ней голову и лукаво-заговорщически улыбаясь: — Ты почему не на уроке, Лекс?

— А…у нас сейчас заклинания. Меня профессор Мардер отпустила ненадолго, — девчонка быстренько подорвалась из кресла. — Вы присаживайтесь, директор.

— Я-то присяду, — они поменялись местами. — Вот только нашла, кого обманывать. У вас сейчас зельеварение, и профессор Джакетс тебя совсем не отпускала. Ненадолго говоришь? Да ты, Яна, уже вторые сутки отсюда не вылазишь. А ну живо марш спать! — грозно скомандовал Этерник, правда, тут же мягко добавил: — На сегодня я тебя освобождаю от уроков. И не бойся, никуда твой герой не денется. Пак его живо на ноги поставит, и уже завтра увидитесь на трансфигурации. Иди, иди, нам поговорить нужно с глазу на глаз.

Близняшка, нехотя, поплелась к выходу, расстроившись, что ее выгнали на самом интересном месте. Но директор окликнул ее уже на пороге:

— Совсем забыл, Яна, напомнить тебе, что у лахудры есть не такое уж и плохое имя. И не подумай, что это она пожаловалась.

Когда дверь за девчонкой закрылась, Верд-Бизар чуть странно вытянул шею, словно прислушиваясь к чему-то. А потом хитро подмигнул Каджи и, приложив палец к губам, шепотом сказал:

— Подслушивает, — и мягко улыбнулся, небрежно махнув рукой. — Ну и пускай.

И помолчав несколько секунд, директор уже нормальным голосом предложил, загадочно сверкая карими глазами, молодыми и задорными, из-под седых бровей:

— Если есть вопросы — спрашивай, пока меня Пак отсюда не выгнал.

Вопросов было такое море, что Каджи тут же забыл больше половины из них, перепутав, с чего хотел начать:

— Директор, нас ведь накажут?

— Нет, — сильно удивился Этерник. — С чего это ты так решил?

— Ну, — смутился Каджи, не ожидавший такого тона, — мы же ведь забрались туда, куда вы запретили. Да и вообще…

— Если уж говорить в твоем стиле, Гоша, то вы вообще победили того, кого победить очень сложно.

— Вы о Вомшулде говорите, директор? Так это я случайно.

— Нет, Гоша, не о Вомшулде, не ко сну будь помянут. Вы победили себя. Каждый из вас справился с тем темным, что у многих из нас присутствует в душе. Даже Гордий, чего я, скажем честно, от него не ожидал. И хотя у Чпока это всего лишь временное явление, но кто ж знает, как он поведет себя дальше. И вы, я думаю, поняли, что победить настоящего противника и преодолеть опасности, подстерегающие на жизненном пути, намного проще — объединившись. И с друзьями, и порой с, казалось бы, врагами. А о том, как ты поступил, вообще разговор отдельный. Не каждый решится пожертвовать собой. Ты станешь со временем очень сильным волшебником.

— Вряд ли, директор.

— А ты не прибедняйся! — строго возразил Верд-Бизар. — Даже мы учителя не все знали, как действует Алтарь. А ты смог понять, что желание заказывает тот, кто приносит свою жизнь в жертву его исполнения. А уж претворить это знание в жизнь — далеко не каждому дано. Кстати, Гоша, а как в точности звучало твое желание, не поделишься?

— Чтобы все, кто шел со мной к Алтарю, остались живы и невредимы.

Директор задумался и высказался потом совсем непонятно для Каджи, видимо только для себя:

— Странная вещь эти слова. Стоит произнести всего на одно меньше, и дальше жизнь уже чуть по-другому пойдет…

— Директор, а как же я остался в живых? — смущаясь, спросил парнишка. — О себе я тогда как-то не задумывался. Решил, что предсказание должно в любом случае исполниться.

— Здесь все просто, Гоша. Когда замок вздрогнул от твоего желания, мы поняли, что произошло что-то ужасное. И все отправились туда более короткой дорогой, — увидев удивление во взгляде парнишки, директор пояснил, — через зеркало, сразу в ту комнату, где оно и стоит. Кстати, Вомшулд туда пробрался так же. Он-то уже знал дорогу. Ну, а тебя воскресила живая и мертвая вода. Мертвая уже давно у меня имелась. А живую — по моей просьбе достали.

Каджи понимающе кивнул головой, вспомнив посещение Меридой квартиры парочки очень симпатичных вампиров. И тут же парнишку осенило:

— Так вы заранее знали, директор, обо всем, что произойдет?

— Не знал, Гоша. Но предполагал.

И тут парнишка директору почему-то не поверил. А потому и перевел разговор на другую интересующую его тему:

— Скажите, а как меч оказался около Алтаря?

Верд-Бизар изогнул дугой брови, а потом усмехнулся:

— А, ну да. Вам про подобные фокусы еще не рассказывали, конечно же. Помнишь тот момент, когда тебе показалось, что портрет метнул в твою сторону заклинание? — Каджи кивнул. — Я долго над этим размышлял. Все очень уж странно выглядело. А разгадка оказалась очень простой. Не знаю почему, но у вас с Гарри так много общего, что ты смог с ним мысленно связаться в момент, когда твоя магическая сила слишком бурно вселилась в тебя. И он даже через портрет актера, смог почувствовать, что тебе угрожает какая-то неведомая опасность. Но чем он мог тебе помочь, не зная тебя? Только тем, чтобы в нужную минуту у тебя под рукой оказалось грозное оружие, способное на многое. Это называется отложенным заклинанием. Вот меч и оказался там, где был нужен. Только Поттер совсем не предполагал, что ты используешь его именно так, как применил. Кстати, мы уже отправили меч обратно, а то слизеринцы в Хогвартсе и так очень сильно возмущались, что школьная реликвия исчезла неизвестно куда. Это ничего, Гоша, что я в письме от твоего имени выразил благодарность Гарри?

Каджи только кивнул головой, сглотнув слюну. И страшно гордился собой: ему помог знаменитый Гарри Поттер. Пусть заочно, но помог. А вслух парнишка задумчиво поинтересовался совсем другим:

— Так значит, теперь предсказание не сбудется? Ведь я же победил Вомшулда?

Этерник только пожал плечами в ответ:

— Не знаю, Гоша. Хотелось бы в это верить. Но не думаю, что все так просто. А впрочем, — он резво поднялся и сказал нарочито громко, — мне пора идти.

От двери послышался удаляющийся топот, и директор усмехнулся в бороду.

— У нас еще будет много времени поговорить обо всем остальном, Гоша. Так что, выздоравливай, учись спокойно, а о Вомшулде не беспокойся. Хотя это твоя война, но друзья тебе наверняка помогут. Да и я не останусь в стороне. Как впрочем, и очень многие другие.

— А почему это моя война, директор? — сильно удивился Каджи. — Почему он именно ко мне прицепился? Только из-за предсказания?

Но Верд-Бизар проигнорировал все его вопросы, подойдя к столу и взяв шоколадную конфету. Он засунул ее в рот и даже зажмурился от удовольствия.

— Вкус просто замечательный, — мечтательно произнес Этерник.

Но только он закончил фразу, как у него во рту что-то едва слышно бабахнуло. И даже дым из ноздрей вырвался, как у настоящего дракона. Каджи, пораженный, даже привстал на локте. А директор открыл глаза, в которых плескалось веселье, и радостно объявил, широко улыбнувшись:

— Взрывающийся шоколад! Давненько я его не пробовал. Ах, проказницы!

И улыбка Верд-Бизара оказалась чуточку беззубой. Два передних сверху отсутствовали напрочь.

— Директор, ваши зубы…, — Каджи даже пальцем ткнул, забыв, что это крайне неприлично.

— А, ерунда! Не обращай внимания, — задорно отмахнулся Этерник. — Через неделю новые вырастут, когда действие заклинания закончится.