И.П.Павлов PRO ET CONTRA - Павлов Иван Петрович - Страница 86

Я старался по возвращении домой сохранить связь с Петер бургской лабораторией и до известной степени использовал пав ловские экспериментальные методы с большой пользой для на шей работы. Именно поэтому я был счастлив (при содействии дра Верион Л. Келлога) обеспечить осенью 1922 г. участие в на шей работе дра В. Н. Болдырева, старейшего и очень опытного павловского сотрудника, который покинул Россию во время вой ны и приехал в Америку через Японию, где он в течение 2 или 3 лет был занят организацией и руководством эксперименталь ных лабораторий.

10летний опыт дра Болдырева в качестве ассистента проф. Павлова в его исследовательских работах и как профессораас систента физиологии в Петербургской военномедицинской ака демии создали ему как раз такую квалификацию, которая тре бовалась для организации лаборатории, в которой работы Павлова, особенно относящиеся к пищеварительным функциям, могли быть продолжены и в некоторых направлениях расши рены. Таким образом, когда проф. Павлов посетил нас здесь в 1923 г., мы с большим удовлетворением смогли ему представить его старого ассистента, а также показать лабораторию, где были использованы его гениальные и плодотворные методы исследо вания. Санаторий в БаттлКрик имел честь целую неделю при нимать знаменитого ученого и его сына, который его сопровож дал и был его переводчиком, свободно говоря поанглийски, а также пофранцузски и понемецки. В это же время Павлов встречался со многими ведущими физиологами Мичигана и на расширенном собрании физиологов доложил о своем любимом предмете: «Новые исследования по условным рефлексам». Его лекция была прочитана с большой силой и подъемом и вызвала напряженное внимание аудитории.

Павлов — человек потрясающей физической силы и жизнен ности. Сейчас, на восьмидесятом году, он все еще и умственно и физически активен и в нем малозаметна инвалидность, которая обычно постигает людей его возраста. Его прекрасное физическое состояние может быть объяснено его умеренными привычками. Он не употребляет ни спиртного, ни табака и поддерживает серд це и легкие в превосходном состоянии благодаря физическим упражнениям на свежем воздухе. Во время войны он испытал большие трудности и лишения, но перенес все с терпением и удивительной стойкостью, полностью сохранив свои умственные способности и физическую силу. И хотя время все же не прошло бесследно за эти 20 лет, его ассистенты, наблюдающие ежеднев но работу ученого в его лаборатории, а также ученые, слушаю щие его научные доклады по условным рефлексам и другим раз делам нервной физиологии, единодушно свидетельствуют о хорошо сохранившейся мощи его докладов и о силе, почти стра стности изложения.

Недавний визит проф. Павлова в нашу страну, возможно по следний, принимая во внимание, что ему 80 лет, был триумфаль ным шествием, когда от одного собрания ученых он переходил к другому. Он был принят повсюду с такими овациями и уважением, какие редко выпадали на долю ученых всех времен. При сужденная много лет назад Нобелевская премия была признани ем великих заслуг его перед наукой, но широкая публика только сейчас начинает узнавать его имя и оценивать свой долг перед этим самоотверженным человеком, вся жизнь которого была неуклонно посвящена исканию истины и улучшению жизни че ловечества.

Вернувшись в Европу, Павлов был с большим восторгом при нят в Лондоне, в Королевском медицинском обществе, президент которого лорд Даусон Пенн высказался следующим образом: «Разрешите обратить ваше внимание на то, что я считаю наиболее важным на нашем празднике. Движимые одним общим чув ством, выдающиеся люди всех стран провозгласили Павлова своим героем. Этот русский гений в годы своего расцвета зало жил для нас фундамент большей части наших знаний о пищева рительных процессах и проложил пути для лечения желудочно кишечного тракта. После этого настала война и революция, мы потеряли его из виду и одно время боялись, что он ушел из жизни.

Но Павлов сохранил светоч знания неугасимым, и вот он сно ва появился среди нас в эти дни, эта героическая фигура — ныне старый годами, но попрежнему юный духом, сообщающий нам о результатах своих терпеливых исследований в лекциях по “условным рефлексам”, дающий миру мыслителей новые указа ния».

<1929>

Дж. БАРКРОФТ

Профессор И. П. Павлов — иностранный член Британсоо королевсоо общества

Профессор Иван Петрович Павлов был общепризнанным стар шиной физиологов. Этого положения он достиг благодаря свое му весьма почтенному возрасту, своим выдающимся способнос тям и своей огромной жизненной энергии. Столь значителен был его возраст, ибо в 1934 г. он праздновал 85летие своего рожде ния, что среди живущих ныне научных работников Великобри тании найдется весьма немного таких, которые могли бы при ближенно считаться его современниками, а для большинства годы первых научных работ Павлова кажутся уходящими в от даленное прошлое. Но даже, помимо этого, вплоть до послево енного периода Павлов представляется английским работникам несколько далекой фигурой. Может быть, это объясняется тем, что он не был особенно хорошим лингвистом: он говорил поне мецки и одно время работал в Германии, но английским языком он никогда не владел свободно.

Но хотя Павлов был лично малоизвестен в Англии, его имя благодаря его трудам по пищеварению приобрело в конце 90х гг. истекшего столетия силу авторитета. Его книга «Лекции о ра боте главных пищеварительных желез» произвела глубокое впе чатление во всем научном мире и сразу выдвинула Павлова не только в первые ряды первоклассных физиологов, но и ученых вообще. Что касается технической стороны работ Павлова по пи щеварению, его великие достижения были обусловлены двумя установленными им принципами: вопервых, получаемые из его опытов выводы будут обманчивы, если подопытные животные будут испытывать болевые ощущения или даже если их психиче ское состояние окажется нарушенным; вовторых, результаты окажутся столь же неудовлетворительными, если животные будут находиться под действием общего наркоза. Поэтому Павлов поставил себе задачей так расположить при помощи остро умных хирургических приемов отдельные органы подопытных животных, чтобы они оказались доступными для изучения и чтобы вместе с тем животные чувствовали себя прекрасно и были вполне здоровы. Таким образом, он мог наблюдать свойства глав ных пищеварительных соков, а также те условия, при которых происходило выделение этих соков, и их взаимоотношения. С тех пор многие из результатов, добытых Павловым путем опытного изучения животных, были проверены и на людях. Но все это в целом никогда не может быть проведено на одном больном или в одно время на многих больных, так как проверка на человеке какого-нибудь одного наблюдения Павлова зависит от случайно го совпадения двух условий: чтобы больной стал жертвой како го-нибудь необычного несчастного случая и чтобы этот больной попал в руки врачу, обладающему научной подготовкой и спо собностью воспользоваться таким случаем. Работа Павлова на со баках, все органы которых составляют неразрывное целое, мо жет быть прoверена на людях — одна часть, скажем, на одном больном в Чикаго, другая — на другом больном в Бостоне, тре тья — в Лондоне и т.д. — с тем, однако, чтобы все данные сопо ставлялись с этой основной работой Павлова как с руководящей нитью. Иногда встречается полное тождество между человече скими данными и данными у собак, а иногда обнаруживаются видовые различия: и хотя ничего особенно нового нам не откры вают последствия этих несчастных случаев, но все-таки приоб ретаемые отсюда сведения должным образом сводятся вместе в одно целое на основе работ Павлова.

Необходимо упомянуть и иную, совершенно своеобразную сто рону работ Павлова над пищеварительными железами, которая вместе с тем находится в полном соответствии с его характером; именно они имели и чисто человеческую сторону. Эти работы от личались не только тщательными правильными рассуждения ми, не только таблицами, сосредоточивающими в себе те или иные данные, но в конечном итоге они подводили обоснованный фундамент под пришедшие из давних времен человеческие обы чаи: почему именно меню является таким, а не иным, почему закуски должны предшествовать супу, суп — жаркому. Может быть, самым важным было то, что диететика была освещена по новому и выяснилось, что при равных условиях переваримост какой-нибудь приправы должна, вероятнее всего, соответство вать своей привлекательности на вкус. Для конца эпохи Викто рии это составляло почти что революцию. Именно за свою рабо ту над пищеварительными железами Павлов получил вскоре после учреждения Нобелевского фонда Нобелевскую премию по физиологии и медицине (1904).