Герцоги налево, князья направо - Крамер Киран - Страница 35

— У себя дома мы, разумеется, пользуемся услугами повара-француза, — сморщив нос, заявила княгиня. — Его цыпленок «Киев» и телятина «Орлов» несравненны.

— Цы-цыпленок «Киев»? Телятина «Орлов»? — удивилась Поппи.

— Французско-русская кухня, — пояснила Наташа. — Излюбленная кухня русской знати.

— Хотя деревенские русские блюда по-своему привлекательны, — высказался князь Сергей, посасывая косточку и усмехаясь.

Деревенские.

Николас заметил, что Поппи едва не поморщилась при этом слове.

— Обожаю все деревенское, — почти пропела леди Шарлотта.

— Я тоже, — сказала Беатрис.

Элинор, друзья лорда Дерби по Кембриджу, лорд Уайетт и Ливены присоединились к ним. Но Николас сказал бы, что Поппи тем не менее огорчилась. Близнецы и ее собственный отец испортили ей праздник.

Николас был на ее стороне целиком и полностью. Но увы, ничем не мог помочь. И ненавидел эту свою беспомощность. Злился на себя за то, что никак не придумает, чем бы улучшить настроение Поппи.

Видимо, с целью разрядить напряжение леди Шарлотта постучала ножом по своему бокалу с вином, и за столом утихли разговоры.

— А теперь, — заговорила она, — я хотела бы в заключение нашего обеда попросить недавно обрученных Николаса и Поппи обменяться поцелуем в кругу их любимой семьи и друзей.

Поппи посмотрела на свою тетку с таким выражением на лице, словно та предложила ей спрыгнуть в море с отвесной скалы.

Леди Шарлотта мило улыбнулась. И тут она встретилась глазами с Николасом. Что такое случилось со Старой Девой? У Драммонда на физиономии было написано именно это. Ведь леди Шарлотта несомненно осведомлена о том, что ее племянница не хочет выходить за него замуж.

Поппи откашлялась.

— Быть может, это не слишком удачная мысль.

С этими словами она бросила взгляд на графиню Ливен.

— О нет, вполне удачная, — с веселой улыбкой сказала графиня, глянув на Николаса, а потом на Поппи. — Смелей вперед!

— Прекрасно, — сказал Николас и встал.

Но на душе у него, пока он шел вокруг стола, было тяжело. Николас принудил Поппи согласиться на помолвку, вот в чем дело.

Поппи вроде бы испугалась, когда он подошел к ней совсем близко, но быстро овладела собой, видимо, приняв происходящее более спокойно.

Напряжение в столовой, кажется, можно было почувствовать на ощупь.

Поппи посмотрела ему в глаза, и в них он увидел смущение и, кажется, нежелание. Но что он мог поделать?

Николас привлек Поппи к себе и коснулся ее губ своими.

«Забудь обо всем другом. Забудь о суровом лице твоего отца, о грубых замечаниях Наташи. Забудь о приставаниях Сергея и помни… Помни о том, что ты красивая. И добрая. И веселая. И… Самая интересная из всех девушек, каких я знал».

Чудо произошло, Поппи смягчилась и расслабилась, а потом…

Она сама его поцеловала. Поцеловала так, словно он был для нее желанным.

Лицо у Поппи раскраснелось. У Николаса вспотели ладони.

Поппи села на свое место за столом, и тут вдруг послышались чьи-то аплодисменты. Николас огляделся по сторонам и увидел, что в ладоши хлопает леди Шарлотта, улыбаясь при этом во весь рот. Потом захлопали и другие.

Николас снова окинул взглядом стол. Энтузиазм Сергея был явно фальшивым, как и Наташин, но все остальные аплодировали от души.

Николас вдруг почувствовал себя неимоверно усталым и с радостью опустился на свое место.

Они с Поппи избегали смотреть друг на друга все время, остававшееся до конца обеда, но Николас неизменно чувствовал ее присутствие. Под конец трапезы подали фрукты, орехи и сыр, а также восхитительный на вкус русский десерт. Разговоры перешли на обсуждение последней постановки в театре «Друри-Лейн», свое мнение высказали все, кроме Наташи.

— Ведь вы с Драммондом видели этот спектакль? — спросил у дочери лорд Дерби.

Господи, ведь это было в тот вечер, когда они поднимались на вершину собора Святого Павла.

Поппи ответила с улыбкой:

— Да, конечно.

Николас держал пальцы скрещенными.

— И что вы об этом подумали, леди Поппи? — спросил лорд Уайетт, которому почему-то приспичило узнать ее мнение.

Поппи поправила корсаж платья и откашлялась.

— Это было восхитительно, — сказала она.

Граф Ливен подвигал подбородком из стороны в сторону, изображая сомнение, и спросил:

— Несмотря на печальный конец? И сцену убийства?

Поппи усмехнулась:

— Ах, это?.. — Она махнула рукой. — Но все остальное было, право, забавным. А печальный конец… Видите ли, он, на мой взгляд, вполне закономерен и, так сказать, срабатывает, потому я и дала пьесе высокую оценку. Вы со мной не согласны?

Николас удержался от улыбки. Он взглянул на Элинор и Беатрис и заметил, что их обеих, как и его самого, привел в смущение ответ Поппи. Однако в следующее мгновение Беатрис, подняв свой бокал, слишком далеко выставила локоть, толкнула им под руку князя Сергея, и тот выронил яблоко, в которое как раз собирался вонзить зубы.

— Ой! — воскликнул он, в недоумении уставившись на Беатрис.

— О Боже, — пробормотала та. — Прошу прощения.

— Пустяки, — ответил Сергей, хоть и поморщился.

Он снова взялся было за яблоко, но тут другая его соседка по столу, Элинор, пролила ему на колени все вино из своего бокала.

— Что за черт? — Сергей сердито сдвинул брови и встал, лицо у него покраснело от возмущения. — Да вы просто опасная парочка!

Лакей поспешил протянуть ему сервировочную салфетку. Сергей яростно вытер брюки и бросил салфетку обратно лакею, после чего сел на свое место с видом весьма мрачным и надутым.

— Мне очень жаль, — извинилась Элинор и прижала к губам ладонь.

Впрочем, в глазах у нее не было сожаления по поводу допущенной оплошности, как следовало бы ожидать. Николас глянул на Беатрис, затем на Поппи, однако ни та, ни другая не выглядели удрученными. Поппи поднесла к губам бокал с вином, но Драммонд заметил некую подозрительную искорку в ее очах.

Она была явно замешана в происшествии.

Озорница.

В самый разгар напряжения явился Кеттл с посланием для лорда Дерби и лорда Уайетта. Обоих вызывали на какую-то важную вечернюю встречу.

— Нам всем пора уезжать, — заявил Сергей, — Подымайтесь со своих мест, все до одного. Сидеть в мокрых брюках не слишком приятно, и если я должен отбыть…

— Значит, и все остальные тоже, — закончила Наташа, решительно тряхнув головой.

Уже стоя в дверях, лорд Уайетт поблагодарил Поппи за прекрасный вечер, отвесил грациозный поклон и сказал, что уедет на совещание первым и будет на месте дожидаться скорого приезда лорда Дерби.

Затем попрощался граф Ливен со словами:

— Надеюсь, мы это повторим.

— Вы должны в самое ближайшее время приехать к нам на чай, — предложила Поппи графиня. — Сможете выбраться?

— Вместе с вашим герцогом, — добавил граф со смехом.

— Буду очень рада, — ответила Поппи, впервые за прошедший час улыбнувшись по-настоящему радостно. Она посмотрела на Николаса с нескрываемым удовлетворением во взгляде.

Она хорошо поработала, очень хорошо, дабы получить такое вот приглашение. Однако в ответ Николас всего лишь вежливо кивнул Ливенам и сказал:

— Надеюсь, что так оно и будет. Чрезвычайно вам признателен.

У Наташи с той минуты, как Драммонд поцеловал Поппи, выражение лица стало еще более неприятным, чем обычно. Слова благодарности она свела до минимума, а к Николасу молча повернулась спиной.

С другой стороны, Сергей, явно забыв о своей недавней обиде, взял руку Поппи, поднес к губам и поцеловал.

— В следующий раз, когда я буду приглашен к вам на обед, я буду настаивать на том, чтобы приехать раньше всех других гостей, — сказал он. — Хочу первым отведать самые лакомые кусочки.

Николас стиснул зубы.

Он понял, о каких это лакомых кусочках говорит Сергей, — тот уставился на груди Поппи, верхняя часть которых, сливочно-белая, выступала над вырезом декольте и, несомненно, вызывала у любого мужчины желание увидеть остальное.