Алые нити прошлого - Голуб Елена Сергеевна - Страница 47

Пытаясь оторваться от странных мыслей, офицер взглянул на свои наручные часы. Большой круглый циферблат, выполненный в классическом стиле, отливал серебром — его поверхность была отполирована часовщиком до блеска, поэтому мужчина частенько использовал эти часы одновременно и в качестве зеркала. Обычно, ему хватало быстрого поверхностного взгляда, чтобы понять — следует ему побриться сегодня вечером или нет. На этот раз ответ был отрицательным, что, как правило, являлось исключением из правила. Стрелки указывали на половину третьего, что странно — он точно помнил, как их группа возвращалась домой на рассвете. Когда же он выходил из дома — солнце стояло где-то в районе девяти часов, не позже. Из любопытства, он сравнил время на своём хронометре с показаниями маленьких электронных часов, стоявших на одной из полок в кабинете. Те показывали ровно половину первого. «Какого…», только и успел подумать Ромирез, когда в дверь без стука влетел капитан Хоспек — его помощник по этому делу, работающий в соседнем — Третьем Участке. Он любезно предоставил свою помощь в ведении расследования, тем более, что был первым заочным свидетелем бесчинства Синайи Кроу, пытаясь, в тот раз, помочь Доналду через портативное переговорное устройство.

Берни Хоспек был отличным детективом, и не раз помогал Ромирезу в распутывании довольно «пикантных» делишек. Порой Доналд считал, что если бы Берни не стал полицейским — он бы обязательно написал книгу о том, как поймать преступника без ведома его самого, и обязательно получил бы за это Пулитцеровскую Премию. Сейчас Хоспек, запыхавшись от долгого бега (всё-таки он бежал сюда от самой полицейской автостоянки-«отстойника» для машин, подозреваемых в угоне или участии в каком-либо преступлении) бесцеремонно плюхнулся на стул, стоявший по соседству с креслом офицера Ромиреза. Лицо у него было красное как у свежеприготовленного омара, а седые усы казались спутанными, впрочем, как и его «воздушная», такая же сизо-серая, шевелюра.

— Ты уж прости, что без приглашения, Дон. Но тут такое дело — думаю, нам пора заводить в штате личного экстрасенса. По-другому, как «телепортацией» нашу с тобой хрень и не назовёшь, — прогудел низким густым басом Хоспек.

— Что там опять у нас? — со стоном переспросил Дон.

— Да вот, есть у меня для тебя две новости: одна дерьмовая, а вторая, так сказать — полное говно. Выбирай, — вежливо предложил пожилой мужчина и сделал рукой пригласительный жест в сторону бумаг, зажатых в его правой руке.

Ромирез с отчаянием бросил на стол карандаш, который до этого бессознательно теребил пальцами левой руки.

— Так чего ты ждёшь? Давай уж, начнём сразу со второго, — произнёс он усталым тоном.

Кивнув, Хоспек веером разложил перед Доналдом имеющиеся у него документы. На фотографиях с места ночного происшествия красовалась стоянка позади мотеля. На одном из фото на ней стояла пара одиноких машин, среди которых «засветилась» и бледно-зелёная малолитражка сестёр Кроу. На второй, сделанной на полчаса позже первой — машины уже не было. Словно она там и не останавливалась.

— Та-а-к, — протянул Ромирез. Он старался сохранять присутствие духа, хотя на самом деле в этот момент с удовольствием разорвал бы фотографии на мелкие клочки.

— Мы же вроде посылали туда отряд сразу же после всей этой стычки на заднем дворе, разве нет? И автоэвакуатор должен был прибыть не позднее, чем через пятнадцать минут после «вызова», — уточнил офицер.

— Он и прибыл, — кивнул в ответ Берни. — И отряд прибыл — через десять секунд после того, как ты их отправил — мы перепроверили всё три раза, поверь. Но «Пежо» к тому моменту уже на стоянке не было. Вот так.

— В этом я не сомневаюсь, — откликнулся Дон. — Но, раз уж на то пошло — есть у тебя на этот счёт какие-то предположения? Не испарился же он, в конце концов!

— В этом-то и загвоздка, Дон. Если бы только ты один задался этим вопросом. Сегодня утром у всех наших парней приключились проблемы с наручными часами — думаю, у тебя тоже было что-то подобное?

— Ты имеешь в виду разницу во времени? — уточнил Дон.

Седовласый детектив довольно улыбнулся.

— Все, кто в ту ночь был с тобой на операции, отмечают одну и ту же странную деталь: в какой-то момент люди почувствовали некий «провал во времени», словно кто-то или что-то замедлило его ход. На утро же после возвращения с задания, все бойцы обнаружили, что их часы «обгоняют» цифровые циферблаты на два часа. Из чего следует, что мы столкнулись с чем-то в высшей степени неординарным, Дон.

Хоспек нервно теребил обручальное кольцо на безымянном пальце левой руки. В отличие от Ромиреза, он рано женился и даже теперь, на склоне лет, испытывал к своей жене — Фелиции, самые тёплые супружеские чувства. Ромирез беззвучно выругался:

— Ты бы обратился с этой информацией к МакДонахью, Берни. Может, он хоть твоему авторитету поверит. А так, знаешь ли, я и без тебя уже догадался, что дело здесь попахивает сраным триллером — босс мне прямо так и сказал: «Или ловишь этих „лапландских оленей“ или — прощай служба». Всё, с меня хватит.

Берни опустил глаза и замолчал. Доналд же достал из кармана пачку сигарет «Oven», и, не смущаясь своего соседа, затянулся парой долгих и глубоких затяжек. Одновременно с этим, он откинулся на спинку кресла и тут, вспомнив, спросил у Хоспека:

— А как насчёт положительной новости?

Тот усмехнулся, попутно взяв в руки валявшуюся поблизости, на столе, зажигалку напарника, выполненную в форме массивного чёрного коробка с позолоченным орнаментом в виде хищной птицы, отдалённо напомнившей Хоспеку сокола.

— Ты про ту, что я обозначил в своём списке как «дерьмовую»? Ну, так это просто отчёт о том, что нашли неподалёку от мотеля Квинси — в трёх с половиной километрах к Югу. Ты, главное, дыши глубже, Дон. И не злоупотребляй этим, — мужчина кивнул в сторону сигарет. — Хотя, — признался он, — Зажигалка и впрямь отменная. Я бы приобрёл такую для своей коллекции…

Ромирез уткнулся в бумаги, бросив при этом:

— На блошином рынке купил, пару месяцев назад. Не понимаю людей, коллекционирующих утварь, которой и не думают пользоваться…

— В этом весь смысл собирательства, — хохотнув, произнёс детектив Хоспек. — Когда она тебе надоест — продашь?

— Да забери ты её себе даром — только не проси потом следующую, иначе очень скоро я разорюсь, — попытался пошутить офицер.

— Благодарю, — сказал пожилой детектив, и тут же засунул зажигалку во внутренний карман своего серого твидового пиджака.

Минуту Доналд изучал отчёты, но потом вновь отбросил их, и достал ещё одну сигарету. Вспомнив, что его зажигалка теперь у Хоспека, Ромирез махнул рукой и сунул сигарету обратно в пачку.

— Что это всё значит, а? Машина найдена полностью выгоревшей — ни следов, ни останков погибших — только бутылка из-под дешёвого бензина. Его используют-то, в основном, чтобы разжечь костёр…

— Вот именно, Доналд. Ребята из химотдела говорят, что на ёмкости присутствуют отпечатки пальцев двух человек. Один из них — продавец в супермаркете, который расположен в нескольких километрах перед мотелем Квинси. Второй — сама Синайя Кроу. А это значит, что изначально бензин должен был использоваться по своему прямому назначению. Продавец говорит, что на вопрос об этом, девушка, покупавшая бутылёк, ответила: «Хотим с подружками разжечь костёр на природе. Устроим пикник».

— И этот придурок, что, поверил ей? Он совсем радио не слушал или телевизор не смотрел?

— Что ты хочешь — простой работник, говорит, разгружал товар, когда они подъехали. Ему некогда было обращать внимание на «списки разыскиваемых» в новостях.

— Н-да, вот тебе и гражданская позиция — наплевать, кто заходит в твой магазин, лишь бы побольше покупал да не забывал платить за всё.

Ромирез почесал в затылке.

— Это ещё не всё, — продолжил Хоспек. — В прилегающей лесополосе были обнаружены следы крови, прямёхонько под тем самым местом, где находилась сожжённая машина. Кровь странная — не характерная для нормального человека. Слишком много оксида меди.