Алые нити прошлого - Голуб Елена Сергеевна - Страница 8

После того, как Син исполнилось восемь, многие проблемы со здоровьем исчезли у неё как бы сами собой. Она вполне свободно могла общаться со сверстниками, обладала сходными с другими детьми показателями интеллекта… Однако со временем родители, да и старшие сёстры стали замечать, что девочка всё старательнее замыкается в себе, не хочет общаться и заводить новых друзей в школе. Постепенно, те немногие из ребят, кто с ней общался — также отвернулись от вечно задумчивой и несклонной к пустым разговорам Син. Сами Мин и Гро не до конца понимали её, когда она вдруг, промолчав подряд несколько дней — вдруг ни с того, ни с сего начинала без умолку говорить о каких-то далёких странах и призрачных городах, в которых всегда было холодно и повсюду сверкал снег.

«Последняя капля» настигла их, когда Син было восемнадцать. Трагедия, унёсшая жизни Чарльза и Аманды Кроу полностью «сломила» и без того хрупкое равновесие внутри юной девушки. Никому ничего не сказав, она просто убежала из дома, оставив на попечение сестёр все заботы, связанные с организацией похорон. С этого момента, безоблачная жизнь любимых дочерей и дружных сестёр для семьи Кроу раз и навсегда закончилась…

— Так, пора бы уже тебе выйти из астрала — это входит в круг моих занятий, помнишь?

Неожиданно подошла Гро и хлопнула сестру по спине, отчего та, резко выдохнув, опрокинула остатки кофе из стаканчика на пластиково-белую поверхность стола.

— Спасибо, — недовольно пробурчала Минни. — Теперь придётся звать официантку, чтобы она всё здесь прибрала. На сегодня с меня уже хватит неожиданностей.

Минни приподняла брови, намекая на утреннее происшествие в салоне сестры.

— Вот оно — буржуазное воспитание, во всей красе. — Гро спокойно взяла салфетку и вытерла липкую жидкость со стола. — По-твоему, это так сложно — самой исправить свою же оплошность?

— Да, но мы же не в ресторане «Икеа» — здесь совсем необязательно заниматься самообслуживанием, — съязвила Минни. — Сегодня я явно не настроена сокращать затраты кафе на услуги персонала.

— Не веди себя как Пэрис Хилтон, — в глазах Гро читалось явное неудовольствие от происходящего. — Во-первых, у тебя нет таких денег как у неё, чтобы позволять вести себя как свинья. А во-вторых — с каких это пор ты стала такой ленивой?

— Наверное, с тех самых, когда я узнала о своём увольнении, — парировала Минни. — Вообще, к чему этот странный разговор, я взрослый человек и могу позволить себе вести себя как угодно — даже и как свинья!

— По-моему, на свинью ты не тянешь, — с совершенно серьёзным видом возразила Гро. — Скорее уж, как маленький поросёночек.

— Что-о-о? — лицо Минни медленно, но верно вытягивалось, когда она вдруг почувствовала у себя во рту кусочек булки. Гро воспользовалась моментом и «стрельнула» в неё комочком от хлебной палочки. И попала прямо ей в рот!

— Ну, это уже переходит всякие границы! — разъярённо воскликнула Минни, и в ответном ходу швырнула в неё злополучный стаканчик.

Тот угодил сестре точно в лоб. Не теряя достоинства, Гро вытащила из тарелки листик салата и начала аккуратно скатывать его пальцами в идеальный шарик, с явным намерением начать тихую, но беспощадную битву. Однако в тот момент, когда она прицеливалась в Минни со своим «фирменным» лицом статуи, последняя не выдержала, и, издав звук, действительно отдалённо напоминавший хрюканье поросёнка — громко рассмеялась.

Посетители кафе тут же начали оглядываться на странную парочку. Естественно, где это видано, чтобы серьёзная молодая женщина, бывшая в прошлом консультантом ФБР по делам с особым психологическим уклоном, сейчас сидела и обстреливала другую молодую девушку листьями шпината?

Однако Гро могла шутить только так — сначала быть жутко серьёзной, а потом внезапно рассмеяться так, что не «заразиться» этим смехом было просто невозможно. Именно это и происходило в данный момент, и Минни про себя дико радовалась этому событию, потому как в последнее время поводов для шуток, а уж тем более для таких вот приступов смеха в их семействе практически не было.

Отсмеявшись на полгода вперёд, девушки успокоились и начали говорить уже более серьёзно.

— Ну так что, мы и вправду пойдём на «последнее свидание» с Син? — Минни была несколько встревожена, хотя и старалась не подавать виду.

— Думаю, сходить всё же надо. — Гро положила в рот кусочек помидора и старательно принялась его пережёвывать. — К тому же, если она не врёт, у неё есть какая-то информация, которая, опять же по её словам, способна помочь нам выбраться из «вынужденных» финансовых затруднений.

— «Вынужденных финансовых затруднений»? — повторила Минни. — Это она что, намекает таким образом, что оставила нас без гроша в кармане и теперь как бы «извиняется» за это? Хочет нам помочь, серьёзно? Как-то мне в это верится с трудом, если честно.

Минни была не склонна разделить «энтузиазм» сестры по поводу произошедших событий. Всё это было подозрительно, явно не в духе Син. Угнать машину, убить преступника, воображая себя Тайным Блюстителем Закона — это да, это было похоже на неё. Но чтобы попытаться исправить изгаженные по её вине судьбы сестёр? Одним словом, здесь явно было не всё чисто.

— А ты не думаешь, что это может оказаться ловушкой? — неожиданно спросила сестру Минни. — Что, если у неё есть какой-то свой план, который она в очередной раз попытается «испробовать» на нас?

— Я думала об этом, — честно призналась Гро. — Однако на первый взгляд остерегаться нечего — Син под усиленной охраной, в камере для одиночных заключённых. Даже если учесть, что у неё откуда-то взялся мобильник, не думаю, что ей удалось разжалобить или подкупить чем-либо надсмотрщиков. Те наслышаны об её «особенностях» и знают, как вести себя в крайних случаях, так что да — мне больше нравится версия об искреннем раскаянии. — Казалось, Гро намеренно отметает от себя мысли о плохом. «Неужели ей настолько нужны деньги?», — подумала про себя Минни, но вслух только и сказала:

— Вот именно, что «на первый взгляд», — девушка наклонилась поближе к сестре. — Почему ты так старательно защищаешь её, Гро? Очевидно же, что ничего хорошего эта встреча не сулит нам обеим, так почему ты так настаиваешь на том, что там, — она намеренно подчеркнула это слово. — Там всё пройдёт «на отлично»?

Какое-то время сёстры молча смотрели друг на друга. Потом Грослин медленно проговорила:

— Видишь ли, дело в том, э-э-э… Она попробует кое-что передать нам, Минни. И эта вещь действительно поможет нам начать жизнь «с чистого листа».

— Передать кое-что? Боже, Гро, о чём ты говоришь?! — громко прошипела Минни. — Это же будет против закона — и для нас, не говоря уже про неё!

Голос девушки и так был тихим, но теперь упал до чуть слышного шёпота.

— Вы что, собираетесь сыграть в «Графа Монте-Кристо»? — брови девушки готовы были «улететь» с лица — так высоко они поднялись. — У неё есть карта, на которой сказано, где искать алмазы? Опомнись Гро, Син всегда жила беднее некуда, откуда у неё «что-то», способное изменить нашу жизнь?!

Минни практически пищала от возмущения (насколько писклявым может быть женский шёпот). Вдобавок, её всё время тянуло оглянуться — вдруг позади уже собралась пара полицейских в штатском, готовых с удовольствием взять их с сестрой под арест тут же, на глазах у тридцати свидетелей?

— Тихо, Минни, успокойся, — голос Гро звучал твёрдо и уверенно. — С нами ничего не случится. Мы просто придём на свидание и просто, и спокойно заберём у Син то, что она хочет нам передать. К тому же, я же ясно сказала — «информация». Син с помощью определённых метафор кое-что нам расскажет, а затем как бы случайно поправит волосы — и передаст нам бумажку с дешифровкой. Вот и всё.

Со слов Гро всё выглядело так, как будто забирать у преступника передачи было вполне естественно. Так, словно они собирались забрать с почты письмо.

— Но это же невозможно! За нами всё равно будут следить, и уж конечно, не заметить клочок бумаги им будет очень «сложно».