Разделённые вихрем судьбы - Янышев Глеб Олегович - Страница 21

— Я больше ничего не скажу против, — согласилась она. Одно дело, когда вся проблема состояла в расхождении личных взглядов. Но когда на ком-то из сестер это начинало негативно сказываться, все разногласия отступали на второй план. К тому же, Лаура успокоила себя мыслью, что может вернуться в эту таверну и чуть поже, если появится желание. А уж время-то она всегда для этого свожет найти.

— Завтра же мы уходим отсюда. Мне не нравится, что чувствует Марни, что чувствуете вы обе. Я, конечно, не ощущаю ничего такого подсознательно, но зато вижу неестественность, как наемница. Тот же трактирщик, — Лаура стала говорить очень тихо. — Трактирщик и прислуга называют себя почему-то частями…. Это очень странно. Кстати, хозяин таверны тоже их так зовет, как будто они и правда не люди, а какие-нибудь духи или действительно — фантомы, только имеющие плоть и привязанные к этому месту.

— Может быть, над этой таверной висит какое-то проклятье? — задумалась Рианон. — Ведь и Орден Хранителей, если ты помнишь, Лаура, перестал существовать как-то неожиданно. Ведь никто не знает, что с ними случилось. И потом эти выжившие… Может быть они все прокляты и давно уже не те, кем были, хотя и выглядят вполне натурально.

— Но только не колдун, — сказала Марни. — Его мы видели на тракте далеко от этого места. Значит, он не привязан к этой таверне.

— Ты как? — спросила Лаура.

— Мне уже лучше, — сказала Марни. — Воздух здесь действительно хорош и свеж.

— Колдун… — задумчиво проговорила Рианон. — Пожалуй, стоит с ним поговорить…

— Некогда теперь с ним говорить, Рианон. Ты же сама сказала, что уходим завтра, — напомнила Лаура.

— Я знаю. Но мне почему-то кажется, что с ним мы видимся здесь не в последний раз…

— Поговорить с ним не удастся, — ответила Лаура. — Он все время ведет себя тихо и старается уходить от бесед. Он все время в сторонке, хотя не скажешь, что ему все это безынтересно. С нас он, между прочим, глаз не спускал постоянно, пока мы находились в его поле зрения. Хотя, я не спорю, делал он это очень осторожно и незаметно.

— Может нам стоит не ложиться ночевать? — предложила Рианон, поглядывая изредка по сторонам — не смотрит ли кто за ними.

— Нет, — улыбнулась Марни. — Не переходи только за рамки разумного. Вчера же мы легли и, между прочим, неплохо выспались. Я, не смотря ни на что, поднялась полная сил, чего в последнее время уже очень давно не ощущала.

— Да я, в общем-то, тоже, — согласилась Рианон и покосилась на Лауру. — Вот только ее каждый раз расталкивать приходится, где бы мы ни спали.

Марни усмехнулась:

— Мне вот интересно, сколько бы она проспала еще, если бы мы каждый раз ее не поднимали. Надо как-нибудь проверить ради интереса…

— Издеваетесь, да? — хмуро посмотрела на сестер Лаура. — Ну издевайтесь, издевайтесь… я вот тоже обязательно к чему-нибудь прицеплюсь, как только повод появится.

— Не волнуйся, мы постараемся не дать тебе такой возможности, — улыбнулась Рианон.

Проведя еще некоторое время на улице и разговаривая уже на более мирные и отвлеченные темы, девушки поняли, что сон постепенно начал овладевать ими. Не пытаясь себя пересилить, они вернулись в таверну и разошлись по комнатам, пожелав друг другу спокойной ночи. Каждая уже не волновалась, они точно знали, что завтра покинут это место и больше постараются сюда не возвращаться.

Луна осторожно заглядывала в тускло освещенную залу, не решаясь мешать свой чистый серебряный свет с желто-коричневым, исходивим от догорающих свечей.

Тавернщик и прислуга разошлись по подсобным помещениям ввиду того, что в зале не осталось посетителей. Кроме одного.

По комнате раздавалось мерное постукивание железного ножа о дерево. Звук был глухой и довольно тихий, но размеренный и повторяющийся через определенное время.

Подперев одной рукой голову, за самым ближним к стойке столом сидел Фаразон и наблюдал, как нож, паривший в воздухе, размеренно отрезает маленькие куски от яблока, вертевшегося в разные стороны. Такая магия для него была пустяком, и колдун мог прибегать к ней, несмотря на барьер таверны, даже не пользуясь словами или жестами. Всего лишь изливался чистый поток колдовской энергии, заставлявшей нож через определенное время падать на стол, отсекая каждый раз маленький кусок от яблока, делая его как можно округлее. Рядом стоял остывший чай в маленькой глиняной чашке, но Фаразон не обращал на него внимания. В его голове сейчас вертелись вихрем мысли и воспоминания. Он всегда говорил, что приходит в таверну, чтобы отдохнуть, перевести дух. Но на деле это было не так: именно здесь он многое переосмысливал и принимал самые тяжелые и значимые решения, предварительно обдумав и взвесив все возможности и случайности. Порой уходил он из таверны еще более уставшим, чем после перехода почти без сна из Речного королевства в Оронское герцогство.

Раздался щелчок, а затем арбалетная стрела пригвоздила яблоко к крышке стола.

— Да, да, я тоже презираю правила таверны и всячески показушничаю, не боясь распугать посетителей. Какое нам дело, будет прибыль от них или нет, так, Фаразон? — раздался недовольный голос Дрейка. Маленький арбалет, словно бы приклеенный к наручу Хранителя, сложился и втянулся внутрь, не оставив на чешуйчатой поверхности ни следа. А затем и сам наруч растворился в складках рукава бархатной рубашки. Дрейк подошел к столу и тяжело уселся на ближайший табурет.

— Если ты до сих пор не заметил, Первый, то посетителей здесь сейчас нет, — усмехнулся Фаразон, затем добавил, и в его голосе прозвучали грустные нотки:

— Сколько десятилетий прошло уже, а я до сих пор, по-старинке, тебя Первым величаю, Дрейк…

— Это потому, что ко мне сильно прозвища прилипают. Такая уж я личность заметная, все стараются как-нибудь обозвать, — улыбнулся владелец таверны, а затем уже серьезным голосом продолжил:

— Ну и как тебе нынешний «вихрь судьбы»? Таверна притянула новеньких интересных личностей. С такими потрясающими запахами. Я чувствую себя снова молодым. Хотя мне кажется, что Рианон подозревает их неслучайное здесь пребывание.

— Хм… Рианон здраво оценивает ситуацию, потому и подозревает, — ответил колдун и задумался, вспомнив первую встречу с девушками на тракте и прожигающий взгляд Рианон. — Погоди с выводами, две другие не так просты, как кажутся. Я думаю, пока стоит просто понаблюдать за ними.

— Кстати, если ты не заметил, а ты просто должен был что-нибудь заметить своим магическим зрением, за весь день запахи драконов не ослабли ничуть. Точнее три не ослабли, а один почти выветрился. Мне это кажется довольно логичным, особенно учитывая слова Лауры, — заметил Дрейк. — Но это крайне странно, потому как все драконы ощущают Узы.

— Да, они интересны — это бесспорно, — подтвердил Фаразон, взяв до сих пор висевший в воздухе нож и положив его на стол, — Но драконы ли они? Ты же видишь их обличье — оно человеческое, хотя и у всех разное. Ты же знаешь, в Гардорре нет оборотней, кроме волков, да, по слухам, медведей в южный районах Речного королевства. Естественно, они не могут ощутить Узы, потому что — я еще раз повторюсь — это не драконы.

— Еще есть я, ты забываешь об этом. Чем я не оборотень? Драконье обличье у меня есть, — хихикнул Дрейк.

Фаразон улыбнулся краем рта:

— Ты — это отдельный случай. Но я сейчас говорю о рожденных в этом мире. Хотя я не могу понять, что с ними не так, на них определенно было оказано магическое воздействие. Довольно давно. Я это чувствую, но не могу разобрать…

— По большому счету у них нет ничего общего. Все они из разных стран, что их может связывать? Даже драконьи запахи у них от разных драконов. Магическое воздействие много лет назад… — с насмешкой начал монстр, затем запнулся, прищурил глаза и замолчал.

— Что? Думаешь на меня? — посмотрел в глаза Дрейку колдун. — Орден магов тут не при чем. Мы таким никогда не занимались, да и возраст у этих наемниц человеческий.