Дым без огня - Лаймфорд Нора - Страница 12

Джессика продолжала молчать. Правда, по дороге домой Кристофер заметил, что девушка с любопытством поглядывает в окно, хоть и старается делать это незаметно. Но стоило ему посмотреть на Джессику, как та упиралась взглядом в коленки.

Кристофер почувствовал, что его кольнула жалость. Бедная девочка, она никогда не путешествовала, а сейчас небольшая заплатка на плече лишала ее удовольствия полюбоваться незнакомым городом из окон автомобиля…

— Мы едем по другой дороге, — настороженно заметила она.

— Сделаем небольшой крюк. — Кристофер объехал деловой центр и оказался в начале длинного, широкого проспекта.

— Тебе раньше не доводилось путешествовать? Джессика отрицательно покачала головой. Синглтон машинально свернул к зданию фирмы «Драйвер, Магерс и Роут».

— Вот здесь я работаю.

— Священное место… — ехидно заметила Джессика.

Когда они проезжали мимо красивого викторианского особняка, перестроенного под офис, девушка так ерзала на сиденье, что лишь героическое усилие позволило Кристоферу удержаться от смеха.

По дороге домой Кристофер свернул в городской парк. Он поехал туда совсем не потому, что хотел похвастаться местной достопримечательностью: Синглтону не терпелось увидеть выражение лица Джессики. И девушка его не разочаровала.

Однако по возвращении домой Джессика вежливо и равнодушно бросила «спасибо за экскурсию», а затем ушла в свою комнату и до вечера просидела там, печатая письма.

Что ж, он сделал все, что мог. И если не сумел пробить ее броню, никто не виноват…

Кристофер приготовил обед из свежезамороженных полуфабрикатов, поел, через дверь крикнул Джессике, что ее порция стоит в микроволновой печи, а потом уехал к Эмили.

И прекрасно, что Джессика решила жить сама по себе, думал Синглтон, садясь в машину. Он вовсе не собирается тратить на эту девицу драгоценное время.

Джессика сидела на кровати, подобрав под себя ноги, и ее пылкое, красноречивое перо прилежно заполняло страницы дневника:

«Мы ездили в городской парк — чудесное место, заставившее меня чувствовать себя так, словно я нахожусь на другой планете. Наверно, Кристофер удивился моему молчанию, но я просто не могла говорить, потому что в горле стоял комок.

Юрод очень красивый. В нем много пространства. Огромное небо, голубое-преголубое. Воздух до того чистый и разреженный, что начинает кружится голова… Мне все интересно, все кажется необычным, загадочным: и дома, и площади, и люди…

Я нахожу Кристофера таким же завораживающе прекрасным, как и здешние места. В том совершенном мире, где не имеют значения ни возраст, ни образование, ни классовое происхождение, мы могли бы быть друзьями. А иногда мне приходит в голову, что нас могло бы связывать нечто большее, чем дружба».

Джессика уставилась на фразу, которая сама собой возникла под пером, и почувствовала, что у нее бешено заколотилось сердце. Поразительно, как ей могла прийти в голову столь идиотская мысль…

Когда на следующее утро Кристофер спустился вниз, Джессика уже мыла стены в приемной.

— Привет… — Джессика смотрела, как он щурится от яркого солнца, и думала, что этот растрепанный мальчик в синих трикотажных штанах ничуть не похож на преуспевающего адвоката.

— Что, тяжело вчера пришлось?

Кристофер громко застонал в ответ.

Джессика принялась тереть стену с удвоенной энергией, стараясь не думать о том, что могло довести его до такого состояния.

— О-о, кажется, пахнет кофе… — оживился Кристофер.

— Ну да. И еще пирожками с яблоками. Только что из духовки.

Кристофер словно воскрес из мертвых.

— Прекрасно! Я мигом… Выходя в холл, он вдруг спросил:

— Это Глэдис научила тебя печь? Помню, когда я был маленьким, она варила из вишен что-то вроде компота.

— Да нет. Глэдис… не… — Джессика запнулась. Когда Глэдис в последний раз подходила к плите? Ладно, не будем портить Кристоферу воспоминания детства…

— Что ты сказала?

— Да, это она научила меня всему, что я умею, — выпалила Джессика и закатила глаза.

Через несколько минут Кристофер вернулся. Вид у него был более бодрый. Он поставил чашку с кофе на подоконник и засучил рукава.

— Что это вы собираетесь делать? — подняла бровь Джессика.

— Ну-ка, подвинься… — Кристофер взял еще одну губку и опустил ее в мыльную воду.

Часам к пяти они закончили возиться с приемной. Стены были чисто вымыты, окна блестели, дерево сияло воском.

Сидя на полу и упираясь спиной в стену, Джессика оглядела сверкающий дубовый паркет и удовлетворенно улыбнулась.

Она посмотрела на Кристофера, сидевшего в той же позе и любовавшегося камином, с которым он возился битых два часа.

Странно… Она никогда не встречала мужчину, который так любил свой дом. Пока они работали бок о бок, множество вопросов вертелось у нее на языке. Они слушали радио и говорили только о сиюминутных делах, но не о прошлом или будущем. Впрочем, Джессика была рада этому. Но сейчас, сидя рядом, она чувствовала, что совместная работа сблизила их. Это вышло само собой.

Джессика услышала, что у крыльца остановилась машина.

— Наверно, это Эмили, — сказал Кристофер. — Интересно, что… — Он запнулся и хлопнул себя по лбу. — Я совсем забыл. Мы же собирались посмотреть дело, над которым работает Эмили! — Он громко вздохнул. — Мне очень жаль, Джессика.

Звякнул колокольчик, и не успели они сменить ленивую, усталую позу, как в прихожую впорхнула Эмили.

— Посмотрите-ка на этих замарашек! — Улыбка ее была столь же обаятельной, как и накануне, но в комнате сразу повеяло холодом. Эмили смотрела то на Джессику, то на Кристофера, сидевших так близко друг от друга, что их плечи почти соприкасались. — Что это вы делали?

Кристофер вскочил и повел Эмили в гостиную. Похоже, он оправдывался, и это больно задело Джессику. Оставшись одна, она сложила стремянку и поволокла ее в нишу. Завтра она вымоет и здесь, перетащит сюда письменный стол Кристофера, а потом займется столовой.

— Джессика…

Девушка так и подпрыгнула.

— Да, Кристофер?

— Слушай, не в службу, а в дружбу: достань, пожалуйста, из холодильника пару пицц и поставь их в микроволновую печь.

Готовая пицца? У нее вытянулось лицо.

— Ладно…

Заглянув в холодильник, она пришла к выводу, что Кристофер питался исключительно свежезамороженными полуфабрикатами. Джессика покачала головой. Покупать их от случая к случаю — это еще куда ни шло, но есть их каждый день? Нет уж, увольте, благодарю покорно!

Девушка открыла буфет и поглядела на ряды банок с консервированными овощами. Маленькие баночки, на одну порцию, из тех, которые покупают одинокие леди, неожиданно подумала она.

Ерунда! Из того, что Кристофер жил один, вовсе не следовало, что он одинок. Все это не значило ничего, кроме того, что Кристофер отвратительно питался, а мисс Эмили была слишком деловой особой и слишком много о себе воображала, чтобы заботиться о таких пустяках, как приготовление пищи.

Джессика вернулась к холодильнику и вынула оттуда фунт теста для гамбургеров. Здин 1Ъсподь знает, сколько оно здесь пролежало, но если смешать его с творогом и испечь какой-нибудь пирог, она готова была отдать руку на отсечение, что Кристофер ничего не заметит. А если Эмили начнет воротить нос, то ей, Джессике, плевать на это с высокого дерева!

Неделя пролетела в трудах и заботах. С понедельника Джессике помогали две женщины. Одна из них каждую неделю убирала дом Синглтона, а вторую наняли в агентстве. На этом настоял Кристофер, и Джессика не возражала: работы было полно, а ее собственные дела тоже требовали времени.

Она заполняла множество бланков и ходила на собеседования; много ездила, стараясь получше узнать город: записалась в библиотеку и взяла еще две книги по уходу за детьми; разыскала супермаркет, пополнила припасы Кристофера и занялась готовкой.

Но как бы ни была она занята, все же в четверг выкроила время для посещения парикмахерской. Предварительно она позвонила Эмили и спросила, где та стрижется. Эмили ответила довольно охотно, но как только поняла, что Джессика собирается туда же, дала задний ход и принялась отговаривать девушку: мол, в этот салон трудно попасть, если ты не являешься постоянным клиентом…