Гадкий утенок - Шеффилд Синтия - Страница 26

— Пол, — прошептала она, снова направляя его к своим губам. Поцелуй был долгим, томительным, медленным, движение их языков напоминало им то единение, к которому оба стремились.

— Пол, Джоан! Вы здесь?

Джоан задохнулась, на этот раз не от удовольствия, и подумала, что ненароком проглотила свой язык. А может быть, язык Пола. С трудом оторвавшись друг от друга, оба стояли, тяжело дыша, как боксеры на ринге.

Лиза с любопытством смотрела на них сверху вниз.

— С вами все в порядке? Что здесь происходит?

— Мы поднимемся через минуту, — сказал Пол. Его голос звучал хрипло, и, отвечая, он даже не повернулся к лестнице.

— Ну что ж, когда соберетесь, захватите с собой ящик пива, ладно? — попросила Лиза и закрыла за собой дверь.

Глаза Джоан, смотревшие на Пола, снова вспыхнули.

— Думаю, нужно позаботиться о том, чтобы нас больше не прерывали.

— Джоан, это безумие, — сказал он, снова приблизившись. Пол продолжал говорить, мешая слова с поцелуями. — Если Лиза вернется, как ты собираешься объяснять ей, чем мы тут занимаемся?

— Ну, например, так: «Лиза, не могла бы ты зайти, когда мы закончим заниматься сексом на твоем столе для разборки белья?»

Она рассмеялась и почувствовала, как краснеет, когда до нее вдруг дошло, что именно этим они и занялись бы, если бы им не помешали. И тут же последовала еще одна мысль: ну и пусть! Она с жаром поцеловала Пола.

Он попятился, и его отступление остановили только перила лестницы.

— Джоан, я не могу этого сделать.

Отказ обжег Джоан.

— Конечно, не можешь, — сказала она, и часто заморгала, когда он снова склонился и начал целовать ее.

— Это просто глупо, — произнес Пол, целуя ее в шею, отчего у Джоан перехватило дыхание. — Мы всего лишь друзья, и... — он скользнул губами по ее губам, — оба знаем, что это ни к чему не приведет. Верно?

— Конечно, — ответила она, возвращая поцелуй. — Что бы ты ни говорил, я со всем согласна.

— Если мы объединим усилия, я уверен, нам удастся забыть обо всем, что случилось. — Он прижал Джоан к себе, откинул назад ее голову и завладел ее ртом.

Некоторое время она не могла ответить, а потом, восстановив дыхание, наконец сказала, даже не понимая, с чем соглашается:

— Конечно.

Пол быстро отпрянул, затем отошел в дальний конец прачечной.

— Ладно. Я сумею с этим справиться. — Он сделал глубокий вдох, закрыл глаза и подождал несколько секунд. — Не связывайся со мной, Джоан. Я знаю, что у вас с Сидом что-то происходит, и понимаю, что не следует вмешиваться, но я ничего не мог с собой поделать. Клянусь, если ты дашь мне несколько дней... нет, хотя бы неделю, я сумею избавиться от наваждения. Хорошо?

— Пол, о чем ты говоришь?

— Ты мой самый лучший друг, — сказал он, снова бросаясь к Джоан и покрывая беглыми поцелуями ее уже опухшие губы. — Пожалуйста, ради нашего общего блага, держись от меня как можно дальше! — С этими словами он взлетел по лестнице так, словно за ним гнались демоны.

Пытаясь остудить лицо ладонями, Джоан прижала их к щекам и прислонилась к столу. То, что произошло... Нет, это просто невероятно!

Пол хочет ее! Дело не в том, что она — не его типа. Дело не в том, что Пол видит в ней только друга. Это он уверен, что она не увлечена им. Это он полагает, что она видит в нем только приятеля!

Возможно, у меня появился шанс, внезапно подумала Джоан. Если я влюблена в Пола и знаю, что он хочет меня, я просто обязана попробовать закрутить с ним роман. Однако легко задумать. Гораздо труднее осуществить. Но нет, время для рассуждений уже кончилось.

Речь идет не о его чувствах и не об их дружбе. Речь идет о любви... и о том, чтобы наконец отбросить страхи и получить именно то, чего она хочет.

Кажется, в «Гадком утенке» была глава о том, как соблазнить мужчину. Джоан улыбнулась. Теперь у нее появился шанс опробовать рекомендации на практике.

9

Несколько дней спустя Пол стал подозревать, что, кажется, погорячился тогда, на новоселье. Он сидел за столом в своем кабинете. Темнело, но у него еще оставались горы работы.

— Босс?

Пол оторвался от заявки, над которой работал.

— Да, Эд.

Молодой помощник Пола нервно переминался с ноги на ногу.

— Я вот об этом. — Он показал несколько листов бумаги.

Пол нахмурился.

— А в чем дело?

— Это письмо не имеет никакого смысла, босс. — Эд положил его на стол перед Полом. — Я хочу сказать, что в одном абзаце вы говорите о рисках потенциально опасного слияния. А в другом заявляете, что нужно отбросить осторожность и подписать договор завтра же. Что именно вы имеете в виду?

Пол смотрел на листки, как на клубок змей.

— Я это написал?

— Но самое странное заключается в том, что я даже не подозревал о предполагаемом слиянии с этой компанией. Я думал, мы просто собираемся вместе поучаствовать в паре рекламных акций. — Эд откашлялся. — Обычно я просто просматриваю ваши письма и отсылаю в том виде, в каком они есть, но это поставило меня в тупик.

— Я... Спасибо, Эд. — Пол вздохнул и, взяв письмо, водрузил его на стопку других, скопившихся у него на столе. — Не знаю, где была моя голова. Я разберусь с ними. А который, кстати, час? — Он устало взглянул на часы. — О, уже восемь. Что ты здесь делаешь в такое время?

Эд пожал плечами.

— Вы работаете, и я работаю.

— Я, конечно, благодарен тебе за такую преданность, но ты что — дурак? — Пол рассмеялся и встал. Он почувствовал боль в пояснице, которая всегда появляется, если слишком много времени проводишь за столом. — То, что твой босс превратился в трудоголика, вовсе не означает, что и ты должен приковать себя к столу.

— Я подумал, что вы, наверное, работаете над чем-то очень важным, — возразил Эд. — Вы каждый вечер засиживаетесь до девяти, а приходите в семь утра.

— Просто... я немного расслабился в этом квартале и теперь наверстываю упущенное. Это ненадолго. — Он сурово посмотрел на Эда. — И я очень надеюсь, что ты сократишь свой рабочий день до нормального. Если только я настоятельно не попрошу тебя об обратном, понял?

Эд усмехнулся.

— Спасибо, босс. — И он тут же вылетел из офиса.

Пол вздохнул и, смахнув бумаги в ящик стола, запер его. Пора бы уже признаться самому себе: он сделал все возможное. Совершал многомильные пробежки по пляжу, изматывал себя упражнениями в домашнем гимнастическом зале, до потемнения в глазах занимался бумажной работой — все что угодно, лишь бы изгнать Джоан из своих мыслей. Но ничего не мог поделать с подсознанием. Как только его голова касалась подушки, он засыпал, чувствуя на своих губах вкус ее губ, сладкий аромат ее волос, щекочущий ему ноздри, и ее шелковистую кожу под своей ладонью. Каждую ночь он снова и снова оживлял тот момент в прачечной... Только в своих фантазиях он шел значительно дальше, и их с Джоан никто не прерывал. Но вот что было хуже всего: когда он не боролся с вожделением к ней, его одолевали еще более коварные эмоции.

Он скучал по Джоан.

Он старался не звонить ей, но что-то случалось — и пальцы непроизвольно тянулись к телефону, чтобы набрать знакомый номер. Он перестал ходить в кегельбан и старательно избегал прочих развлечений «клобучников», опасаясь столкнуться с Джоан. Вследствие чего всегда сновал по одному и тому же маршруту — от дома до работы и обратно, делая исключения для одиноких прогулок на яхте, когда знал, что никто не претендует на нее. Проводя часы под парусом, в открытом море, Пол почти забывал, насколько близок к тому, чтобы потерять Джоан.

Он сам непреднамеренно начал в ней этот процесс, заключив дурацкое, необдуманное пари. А теперь, когда она стала меняться, не знал, к чему это приведет их обоих. И не знал, как это остановить... но в то же время понимал, что не представляет себе жизни без нее.

Он делал все возможное, вот только не говорил об этом с ней. Может быть, если они сядут и вместе все обсудят, Джоан поймет и найдет способ помочь ему разобраться и исправить положение? Однажды он уже пытался обсудить с ней сложившуюся ситуацию, и это закончилось сценой в прачечной. Теперь же, стараясь всячески ее избегать, он обнаружил, что Джоан оказывает на его мысли такое же пагубное воздействие, как и на тело.