Метаморфозы: таракан - Турбин Александр Иванович - Страница 58

- Таннис, ты мой помощник, или звездочет? - Итлана была как всегда язвительна. - Если мне понадобится узнать время, я найду для этого более подходящую кандидатуру. Моего милого друга Брави, например. А мы здесь собрались не для того, чтобы говорить банальные вещи. "Скоро утро".

- Миледи, я думаю, утром Рорка пойдут на штурм, - молодой Алифи привстал со своего места, стараясь быть выше. В молодости и Бравину казалось, что важные вещи можно говорить только стоя. - Пойдут, но мы готовы. Только ... то, что творится этой ночью...

- И что же творится этой ночью? - Итлана прервала монолог в самом начале. - Ну же? Отвечай мне, что такого произошло этой ночью? Может я чего-то не знаю?

- Миледи, столько невинных жертв.

Ничего глупее, чем упоминать при ней о невинных жертвах, трудно было придумать, даже если бы очень стараться. Нет, она не жестока, наоборот. Только дело в том, что она рождена для битвы - Итлана Звенящая Струна, умеющая ненавидеть врагов гораздо сильнее, чем любить друзей.

- Барр Таннис прав, миледи, - командир гарнизона, лорд Виллис пришел молодому Алифи на помощь. - Рорка превысили пределы жестокости. Их камнеметы не рушат стены. Они разрушают души. Всю ночь они бросают к нам не камни, не ядра - они бросают людей, причем еще живых людей. Это их кровь, остатки костей и внутренности сейчас сползают по кладке стен укреплений, зданий, башен. Бой барабанов прерывается только для того, чтобы мы лучше слышали вой очередного несчастного. И это еще не все, миледи. Там в основном не мужчины, там дети и женщины.

- И?

Как можно передать столько иронии одним огрызком слова?

- Миледи. Наши солдаты всего лишь люди. У них тоже есть жены и дети.

Итлана откинулась на спинку стула и жестом остановила говорящего.

- Лорд Виллис. Я бесконечно рада, что Вы соизволили отметить такие важные детали происходящего. После войны Вы сможете написать мемуары, где в цветах и красках опишите все мерзости Рорка. Там Вы можете смаковать лужи крови и ворох кишок, только сейчас увольте нас от этих излишеств. Да, Рорка жестоки. Да люди гибнут - это война, было бы странно, если бы происходило иначе. Да, смерть этих детей и женщин страшна и несправедлива. Дальше то что? Мне сходить к Рорка и попросить заменить людей на куски навоза? Вам навоз, падающий на голову, понравится больше? Или самой стать на стену и ловить пролетающие тела, чтобы не "марались" стены?

- Вы меня не так поняли, миледи.

- Я поняла так, как Вы соизволили говорить. Наши солдаты достаточно живут на свете, чтобы перестать остро реагировать на такие ... бесчинства. Только злее будут. В конце концов их семьи были отправлены на тот берег еще восемь дней назад.

- Простите мою бестактность, миледи, - вмешиваться Бравину не хотелось, его роль, видимо, ограничивалась ролью безмолвного зрителя и столичного обожателя, приближенного к трону самого Владыки. Молчать и еще раз молчать - вот и вся доверенная функция. Ответственная, надо сказать. - Мне кажется, что не все так просто...

Вброшенная фраза, легкая затравка, даже не мысль, так намек на нее. Мастер глубокомысленно замолчал, давая возможность кому-либо задать уточняющий вопрос. Вроде как не он влез со своим сторонним мнением, а его попросили высказаться. Кажется мелкое различие, но важное. Не получилось.

- Ты не прав, мой Брави. Все очень просто. Сотня трупов на моих стенах. Сотня тел, которые упали на мою голову. Сотня фонтанов крови, вылитых мне за воротник. Всего лишь, что может быть сложнее?

- Моя госпожа, - если входить в роль, так с головой и не откладывая надолго. - Я настаиваю, все не так просто, как может показаться. Рорка взяли форт на том берегу еще моего приезда. От него к нашим позициям на реке Аюр только одна хорошая дорога. И по ней ехали мы. Да, беженцев было много, но все это крестьяне - оборванные, замученные жизнью люди с трусливыми бегающими глазами. Малые, неорганизованные группы. Боявшиеся нас чуть ли не больше, чем самих Рорка. Не так я представлял жителей гарнизона.

- Там женщины и дети, барр, они тоже могут устать и бояться.

- Да, но у каждого из них отец, или брат, или сын - солдат. Они знают, что такое война. А это значит...

- И что же это значит, мой милый мастер заклинаний? Тебе нравится, когда я называю твою новую должность? Или может быть мне назвать тебя мастером сплетен? Или мастером домыслов? Ну, домысливай, милый, до конца.

- Я допускаю, что женщины и дети ваших солдат были захвачены хува на том берегу. Я допускаю, что именно они сейчас падают на наши головы. По крайней мере, я бы не удивился.

Тишина, воцарившаяся в зале, была красноречивее слов. И отдаленный женский крик, оборвавшийся в ночи.

- Да закройте же плотнее дверь, - Итлана развернулась к помощнику. - Таннис, если я еще раз услышу крик, то заряжу твоей головой катапульту и отправлю ее на свидание к Рорка. Делай что хочешь, но чтобы была тишина.

Потом она повернулась к гостю и сказала, коротко, безапелляционно:

- Говори.

- А что говорить, миледи? Рорка живут страхом врагов. Они выигрывают битвы, еще не начиная боя, не доставая оружия. Страх точит силы, опускает руки, убивает решимость. Страх и потеря воли к жизни. Что в таком случае может быть более верным способом? Что может быть разрушительнее, чем вид обезображенных останков твоих близких? Чем понимание того, какая эта смерть. Те, кто увидит своих сыновей и дочерей, жен, сестер и матерей либо будут сломлены окончательно, либо будут мечтать о мести. Только давайте будем честными, сколько будет первых и сколько вторых? Но это еще не все. Те, кто не увидит своих близких, будут с ужасом ждать и поминутно смотреть на небо, бежать на каждый крик, разглядывать каждую упавшую груду костей. Готовы ли будут они воевать? И что это будут за воины, миледи?

Итлана смотрела мне в глаза и губы, сжатые в тонкую линию, кривились в злой усмешке.

- Я буду звать тебя Вороном, мой милый. Ты умеешь портить настроение и приносишь запах смерти. Лорд Виллис, Вы опытный командир, Вы знаете своих людей. Я хочу услышать Ваше мнение. Мы можем прекратить обстрел? И стоит ли идти на это?

- Миледи, Вы говорите так, будто не сомневаетесь в словах барр Бравина. Но это только вариант, один из многих. Не более того. Разумнее, мне кажется не гадать, а дождаться утра, - вернувшийся Таннис заговорил, к тому же, начав жестикулировать. Да, с нервами помощника Девы битвы было точно не все в порядке. Хотя, если он действительно из знатных, это и не имеет значение. Или, действительно, за голову свою испугался?

- Ты забыл? Утро уже скоро. А на счет слов моего друга... Он, конечно, столичный домосед. Ты же не обиделся, милый? Но он не дурак. И, боюсь, он может оказаться прав. Только я не хочу ждать развязки, просто считая минуты до восхода солнца.

- Давайте подумаем, миледи. Я думаю, барр Бравин не прав. Они могли просто уйти в леса. Ну, зачем хува женщины и дети? Зачем переправлять их сюда?

- Это похоже на правду, барр Таннис, - командир гарнизона хмуро смотрел на грязную деревянную поверхность стола. Смотрел и не поднимал глаз. Но голос не давал возможности сомневаться, что это не должно никого вводить в заблуждение. Голос - спокойный, скрипучий, лишенный интонаций. Таким же голосом Лорд Виллис приказал повесить двоих дебоширов прошлым утром. - Надо столы здесь поменять. После войны.

Таннис, несколько сбитый с толку, попытался продолжить:

- Хорошо, даже если так, допустим хува захватили их. Ну и что? Солдаты в крепости, а противник за стенами. И заметьте, эти стены не станут от этого менее высокими или прочными. Рорка глупцы, могли бы попробовать метать камни, хоть какая-то вероятность обрушить кладку. Они тратят время впустую, делают наших солдат только злее. Давайте скажем им спасибо.

- Сядь, Таннис.

- Миледи? Но я еще не договорил...

- Сядь, и не расстраивай меня больше. Хотя нет, сходи, проверь караулы. А еще лучше просто застрелись из лука. В общем, выйди. Быстрее!!