Принц Волков (ЛП) - Кринард Сьюзен - Страница 41

– Хорошо. В этом случае, ничто не мешает нам сделать это, как можно скорее, – Джой выпрямилась, впервые за много дней ощутив прилив настоящей уверенности. Всё, наконец, стало вставать на свои места.

Люк снова стал долго изучать карту, казалось, погрузившись в собственные мысли. Затем повернулся, пригвоздив её взглядом к месту. Его краткая улыбка исчезла, а светлые глаза были холодны.

– Не обольщайся, Джой. Это – не очень большое расстояние, если считать отсюда. Но это – дикая местность. Путь к пику Миллера проходит по верхней границе распространения леса и густо поросшим лесом долинам, абсолютно диким. Там нет ни цивилизации, ни каких бы то ни было удобств. Мы не станем рисковать, – каждое слово было тщательно обдумано. – Мы будем это делать медленно и без напряжения – и, если возникнет какое–либо сомнение, что ты с этим справишься, или хоть какое–нибудь обстоятельство, которое сделает путешествие слишком опасным, мы поворачиваем и возвращаемся назад. Ты понимаешь?

Краткий миг уверенности улетучился, когда Джой осознала предупреждение Люка. Она кивнула и сжала зубы.

– Понимаю, что я приехала сюда делать, что должна сделать. Так или иначе, я это сделаю.

Люк выпрямился во весь рост и угрожающе шагнул к ней.

– Пойми меня правильно, Джой. Ты будешь делать только так, как я скажу. Будешь подчиняться без вопросов, и, если я решу, что продолжать путь дальше чересчур опасно, ты вернёшься со мной назад и останешься здесь, – он встретился с ней глазами и не отводил взгляда, но Джой не хотела показывать ему, что его слова расстроили её.

– Я уже говорила тебе раньше, Люк, – тихо сказала она. – Я сделаю это с тобой или без тебя. Если ты не справишься с этим, я справлюсь.

Джой уже так хорошо научилась читать язык тела Люка, что смогла заметить еле заметное напряжение в его мускулах, хотя он не двигался. Его голос опустился до шёпота.

– А я говорил тебе, Джой, что не хочу, чтобы ты умерла на моей земле или что–нибудь повредила себе, будучи под моей опекой. Если ты не будешь исполнять в точности то, что я скажу тебе, я прослежу за тем, чтобы ты никогда не смогла подобраться к пику Миллера ближе, чем на двадцать километров.

Вся дрожа изнутри от гнева, который пыталась скрыть, Джой настаивала на своём.

– Понимаю. Ты очень хорошо умеешь угрожать, Люк, и, если ты хорош ещё в чём–нибудь, то сделаешь то, ради чего я тебя наняла. Или всё это – лишь пустые слова?

Люк отвернулся от нее так внезапно, что она вздрогнула, инстинктивно сделав шаг назад из–за его стремительности. Он начал ходить по комнате, как пантера в клетке, легкая заминка в его шагах отражала то, что не отражало его лицо. Напряжение в тишине комнаты возросло ещё больше. Люк внезапно остановился, чтобы вновь впиться в неё ледяным взглядом.

– Не играй со мной в игры на господство, Джоэль. Ты не переиграешь меня, – словно желая доказать свою правоту, он неуловим движением принял угрожающую позу и показался Джой таким огромным, каким она его еще никогда не видела. Она словно находилась под гипнозом, все её тело онемело и перестало ей повиноваться. Она вновь тонула в свете его холодных желтовато–зелёных глаз, но теперь в них не было желания, смягчающего это ощущение. Её дыхание стало затруднённым и частым. Она не переставала бороться с тем, что он пытался навязать ей и, задохнувшись, освободилась, дрожа от усилий и возмущения.

Она подождала, пока дрожь пройдёт, пока не смогла взглянуть на него без опасений вновь потерять себя. С бесконечным ледяным холодом в голосе она произнесла:

– Я не заинтересована играть с тобой в игры, Люк. Ни в какие. Я хочу лишь одного. Делай свою работу, и я стану сотрудничать. Доставь меня, куда мне надо, и ты больше никогда меня не увидишь. Мы оба получим желаемое.

Повернувшись к нему спиной, она опустилась на колени рядом с кроватью и стала складывать карты четкими, тщательно контролируемыми движениями. Люк за спиной не произнес ни слова, и она недоумевала, почему так мало испытывает удовлетворения оттого, что он не ответил.

* * *

Остаток вечера между ними царила деловая и исключительно официальная атмосфера. Люк немедленно начал разбираться с ее вещами, вслух одобряя или не одобряя различные предметы, которые она собрала за лето, и разделяя их на две аккуратные кучи. Верная своему слову, Джой не пыталась вмешиваться в его решения, хотя и не могла время от времени удержаться от комментариев относительно необходимости сокращения её и без того скудных «предметов роскоши». Люк напомнил ей, что легкая сумка намного упрощает путешествие, с чем она не могла поспорить.

Хотя на краткий момент они зашли в тупик по поводу газовой печки. Люк настаивал, что на их пути будет предостаточно сухого дерева, чтобы разжигать костры вручную, и аргументы Джой о возможности холодной погоды не убедили его. Когда он указал ей на то, что при очень плохой погоде они вернутся назад, Джой сочла более благоразумным заткнуться; Люк добился своего и, скривившись от запаха газа, отправил плиту в самый дальний угол комнаты.

– А с этим что? – поправив лямки своего набитого рюкзака, спросила Джой, кивком указав на большую гору снаряжения, которая осталась нетронутой там, где он её оставил. – Ты же не собираешься тащить это в руках?

Люк взглянул на нее, сузив глаза, в которых почти был намек на юмор.

– Вовсе нет. Мой рюкзак в хижине, и поскольку нам по пути, мы зайдём и заберём его оттуда. А пока… – он замолчал и поднял большой холщовый мешок, который Джой использовала для стирки. – Это подойдёт, пока не доберёмся до хижины, – с полнейшим пренебрежением он вытряхнул содержимое мешка и начал заполнять его из второй, более многочисленной, груды.

Джой расстегнула пряжки на бёдрах и скинула с плеч свой рюкзак, аккуратно поставив его, прежде чем ответить.

– Если нам нужно остановиться у твоей хижины, чтобы забрать твои вещи, нет проблем. Но я не буду проводить в ней еще одну ночь.

Намеренно не отрывая взгляда от одной из застежек–молний на верхней части рюкзака, она скорее почувствовала, чем увидела изменение в положении его тела. Он вдруг застыл от её слов. Через мгновение он продолжил умело заполнять мешок.

– Не придется, – пробурчал он. – Первая ночь будет хорошей возможностью проверить, готова ли ты ко всему этому. Мы разобьём лагерь в нескольких километрах от хижины. Это тебя устроит?

Джой отвернулась от холодности его слов.

– Вполне устроит. Не думаю, что буду обузой для тебя.

На мгновение повисла тишина, она чувствовала на себе его взгляд, прожигающий спину.

– Уже поздно, Джой. Тебе лучше немного поспать.

Подойдя к окну, Люк отвел занавеску и уставился в тёмное окно. Джой нервно взглянула на кровать. Она, безусловно, была достаточно большой для двух человек – если они не против непосредственной близости. Люк, очевидно, не собирался уходить – но и не показывал, что собирается разделить с ней постель. После ночи в хижине и сегодняшних тревожащих стычек чувства Джой были в таком смятении, что она могла лишь стоять не двигаясь, разрываясь между беспрестанным осознанием близости Люка и собственной отчаянной неуверенностью.

– Иди спать, Джоэль, – голос Люка был тихим, почти нежным. Он прислонился к оконной раме, его дыхание конденсировалось на стекле.

– А как же ты? – обняв себя за плечи, Джой была неприятно поражена тем, как тихо и жалобно прозвучали её слова. Воцарилась такая тишина, что она смогла уловить его еле слышный вздох.

– Иди спать, – он не поворачивался от окна, и, в конце концов, Джой перебралась через кровать, взяла с прикроватной тумбочки необходимые вещи и тихо закрыла за собой дверь, направившись по коридору к ванной комнате. Время, проведенное без Люка, пока она чистила зубы, расчесывала спутанные волосы и надевала теплую пижаму, дало ей возможность обдумать положение дел в перспективе, и она вновь была готова встретиться с ним, когда вернулась в свою комнату.

За исключением одной лампы на прикроватной тумбочке и слабого сияния луны, просачивающегося сквозь занавески, комната была погружена в темноту. Джой остановилась, чтобы осмотреть комнату, стараясь разглядеть во мраке очертания Люка. Наконец она нашла его, он растянулся на полу под окном, положив голову на руки. Его бок поднимался и опадал от размеренного сонного дыхания, и Джой тихонько прошла к кровати, чтобы снять покрывало.