Власть Крови - Касмасова Динара - Страница 2

  - А кто же вы? - спросила Поли и отступила к двери. Страх постепенно исчез, и она чувствовала лишь решительность.

  - Ах, как я невежлив. Позвольте представиться, может это вас настроит на дружеский лад? Джордж.

  Полли, ожидавшая фамилии, подняла бровь.

  - Ну, допустим, - сказал человек, - Джордж Джонсон. - Он вопросительно глянул на неё, но Полли и не думала представляться в ответ.

  - Ваше "допустим" все портит, - сказала она и сделала еще полшага к двери. - Вообще-то, я имела в виду, кто вы во всей этой истории.

  - Жертва? - пожал плечами Джордж.

  Полли нащупала рукой щеколду и нарочито, с вызовом, чтобы отвлечь этого человека, сказала:

  - Хороша же жертва, которая, спасаясь, даже не зовет на помощь и притом прячет лицо под маской.

  Улыбка у незнакомца была потрясающе широкая и это было понятно даже за тряпочной маской.

  - Лицо прячут не только из-за злых умыслов, но и за его недостатки, - сказал он.

  - Длинного носа? - Полли слышала, что наконец-то прибыли полицейские и принялись наводить порядок в коридоре, приказывая зевакам разойтись, добровольцам ослабить хватку и передать им преступницу, а какому-то лейтенанту убрать свой револьвер. "Да её и вчетвером не могли удержать, - сказал тот в ответ,- эта старуха буйная".

  - Я вижу, вы торопитесь убежать, - вздохнул Джордж Джонсон. - И я спешу вам сказать, что я ваш должник, мисс, - он галантно поклонился.

  Полли открыла щеколду, человек в маске продолжал недвижно стоять. Не дожидаясь приглашения покинуть купе, Полли быстрей выскочила, захлопнула за собой дверь, успев услышать, как муркнул незнакомец: "До скорой встречи", и навалилась на ручку, тяжело дыша.

   А в коридоре было несколько любопытных и трое полицейских, один из них надевал на руки старухи наручники.

  - Я не убийца, клянусь! - вскрикивала она.

  Но в это трудно было поверить, её обагренная кровью одежда говорила об обратном. Взгляд старухи горел ярой ненавистью. Она была в простом платье, подол которого, как и подошвы ботинок, был в крови, руки тоже были запачканы по локоть в бордовой липкости. Старуха была худой, с растрепанными седыми волосами. На секунду взгляды старухи и Полли пересеклись. Полли вздрогнула от ядовитости злых черных глаз.

  - Он уже был убит, - прошептала старуха, обращаясь будто бы к Полли.

  Полицейские, разобравшись с зеваками, наконец увели старуху.

  - Мисс, - полицейский тронул Полли за рукав, - в поезде совершенно убийство. В виду проводимого следствия мы записываем имена свидетелей происшествия.

  - А кто был убит? - спросила Полли.

  - Хм, - с секунду полицейский размышлял, стоит ли говорить, но видимо мысль, что завтра все равно вся страна будет знать из газет не только имя жертвы, но также обстоятельства и все версии Скотланд-Ярда, заставила его сказать: - Граф Бальтазар Хидеж. Итак, ваше имя и адрес, мисс.

  Полли назвала. Полицейский поблагодарил и направился к другому пассажиру. Полли хотела его остановить, чтобы сказать, что там, за её спиной, подозрительный субъект в купе. Но странное дело - ей не хотелось выдавать этого незнакомца полиции.

  Люди стали расходиться и Полли, глубоко вздохнув, открыла дверь в свое купе и ахнула. Незнакомец исчез. Купе было пусто, лишь шторка вздувалась и холодный ветер врывался через открытое окно.

  Поезд тронулся и стал набирать ход.

  Полли ужасно хотелось узнать, что же произошло. Ведь пожилая женщина исчезла, брошь с изумрудами тяготила карман, а на столе так и лежал кинжал той старухи, словно нарочно оставленный незнакомцем. Для размышления ей не хватало информации, а гадать она не любила и потому вышла в коридор, чтобы расспросить наконец кого-нибудь о том, что в конце концов случилось. Но пассажиры уже разошлись и спрашивать было некого.

  Прошла минута, другая, наконец показался проводник со щеткой и тряпкой в руках. Ему предстояло оттирать следы крови, здесь почти ничтожные и еле заметные, но увеличивающиеся по направлению к следующему вагону, где видимо и был убит тот граф.

  - Все в порядке мисс? - вежливо осведомился проводник.

  - Да, но так как толком никто ничего не сказал, хотелось бы знать, что произошло.

  Из соседнего купе выскочил усатый толстяк с сеточкой на голове - видимо, так он спешил на разговор.

  - Да, да, одни крики, шум и пугающее слово "убийство"! И ничего больше, начинаешь строить догадки, воображение работает, и от этого еще страшнее, - воскликнул он.

  - В соседнем вагоне - слава богу, не здесь - убили пассажира, некоего Бальтазара Хидежа, по бумагам он венгр. Вы, кстати, мисс, сталкивались с ним. Он вам помог подняться в поезд. Я тогда, прошу прощения, замешкался... Аристократ, богач, но золотые кольца остались на нем...

  - Кроме изумрудной броши, - прошептала Полли, но проводник её не услышал и продолжал говорить.

  - Голова его была отрублена, - проговорил с ужасом он. - Все купе залито кровью.

  - Ох, - театрально схватился за сердце толстяк.

  - Почему же решили, что убийца старушка? - спросила Полли.

  - А кто же еще? Вы же видели, её десятеро не могли скрутить, а она на них все проклятиями сыпала жуткими, даже повторить страшно! И еще отбивалась таким огромным, словно тесак, ножом, поранила одного полицейского.

  - Лучше бы я этого не слышал, - сказал, бледнея, толстый усач и быстро скрылся в своём купе.

  Проводник, думавший, что разговор окончен, принялся оттирать пятна, но Полли не дала ему и минуты поработать. Она спросила:

  - А ту старуху видели на месте преступления?

  - Ну конечно, видели! Мой товарищ, проводник того вагона, - и мужчина мотнул головой вперед для пояснения, - видел, как она, вся в крови, выскочила, рыча, из купе покойного графа. Нам повезло, что в этом поезде ехали двое военных, они столкнулись с ней в коридоре и поспешили задержать, а мой товарищ, проводник, остановил по экстренной связи поезд. Машинист связался с полицией и вскоре, с ближнего полустанка, она примчалась к нам. Ну а полиция уж точно установила, что эта взбесившаяся старуха виновна в убийстве графа. И кстати, поймали её только благодаря моей помощи, - многозначительно поднял бровь проводник.

  Полли вспомнила, что после того как упала, и нож вонзился над её головой, она услышала грохот подноса и сейчас, видя мокрый лацкан рукава проводника, поняла, что проводник выходил с кружками чая из первого купе и нечаянно столкнулся со старухой.

  - А вам этот граф не показался странным? - спросила Полли, думая прежде всего о так странно потерянной броши и исчезнувшей миссис Мэри Смит.

  - Не зря говорят, что дамское любопытство превосходит полицейские вопросы. Меня полицейские и то о таком не спрашивали, - хмыкнул проводник, но он явно был из породы болтунов и потому, забыв об уборке, охотно стал рассказывать: - Граф этот был хоть и мрачноват на вид, но оказался тот еще повеса. Это случилось в самом начале пути. Я только зашел в тот злополучный четвертый вагон, как стал свидетелем некоей весьма двусмысленной сценки, - проводник хихикнул. - В дверях купе графа Хидежа стоял мужчина лет тридцати пяти, он был взбешен так, что даже лицо у него перекосилось. Он вывел за руку из купе графа девушку, шипя ей: "Это низко! Отвратительно!" Девушка глупо улыбалась, словно была пьяна. Она явно ничего не понимала. Ей было все равно, что вокруг происходит.

  - А что это был за мужчина, а девушка? Их имя или что-нибудь о них можете сказать?

  - Не помню, - отмахнулся проводник, он спешил рассказать свою историю и потому продолжил: - Граф Хидеж вышел вслед за девушкой и сказал: "Всего лишь вежливая встреча двух старых знакомых". Граф тоже злился. Он от досады покусывал губы. Мужчина вскрикивал: "Я не верю вам!" и что-то типа: "Вы специально заманили к себе мисс Сильвестр и чем-то её опоили!"