Власть Крови - Касмасова Динара - Страница 54

  - Ну конечно, - хлопнул себя по колену МакКин, - Сьюзен же собиралась стать фавориткой, и мортрии пришлось нанести ей визит и, видимо, этим как-то помешать ей устроиться во дворец.

  - И бедняжка Сьюзен вдруг заболела какой-то ужасной сыпью, - вспомнила Полли.

  - Ручаюсь, что это произошло сразу после визита графини. Надеюсь, эта Невилл и есть мортрия, иначе хороши мы будем, если заявимся к графине, да еще и фаворитке королевы, и обвиним её в ведьмовстве и убийствах!

  - Надеюсь, это она! - повторил Чарльз, но совсем с другим выражением. - Мне не терпится разделаться с этими гнусными ведьминскими отребьями. Только по пути заедем ко мне и прихватим пару молодцов.

  МакКин кивнул и, вытащив револьвер, проверил, не пуст ли барабан. Полли тоже встала, намереваясь пойти с ними.

  - Нет! - хором воскликнули МакКин и Чарльз, - вам лучше остаться здесь.

  - Вы же видели, - сказал Чарльз, - ведьмы вас щадить не собираются.

  - И потом, - добавил МакКин, - будет очень хорошо, если вы найдете в книгах вашей бабушки, для чего использовался цианид-мармоний, думаю, это нам подскажет, что затевают ведьмы против королевы.

  Полли, надувшись, села обратно в кресло, и, как ей послышалось, оба джентльмена вздохнули с облегчением.

  - А что это? - спросила Полли слегка обиженно.

  МакКин стал рассказывать, что цианид-мармоний - это след реактивов, которые он нашел в изрядном количестве в лаборатории ведьм и дома у Нобеля.

  - Я уже слышала об этом ингредиенте, он нужен как бульон для заваривания, - буркнула Полли.

   - Может, из книги бабушки? - подсказал МакКин.

  Они ушли, преисполненные воодушевления, и оставили Полли одну. Проводив их взглядом, она призналась себе, что соваться в гнездо этих злобных ведьм ей было бы более чем страшно.

  Передав послание - просьбу о возвращении на работу миссис Харрис - Полли отправилась за книгой. Она принялась листать её, все время поглядывая на часы. Ей даже хотелось, чтобы их предположения о леди Невилл не подтвердились.

  Спустя час треволнений она каким-то образом забылась, и даже увлеклась чтением. К радости своей она не ошиблась: в одном из странных ведьмовских зелий в рецепте она увидела слово "цианид-мармоний". Заголовок её не обрадовал. Там значилось: "Обряд обмена внешностью".

  Читая, для чего предназанчено это зелье, Полли с ужасом поняла, что собираются свершить ведьмы. Ведьма решила завладеть внешностью королевы! Вот для того Амелия Невилл и стала фавориткой. Но чтобы совершить обряд, простой ведьмовской магии - хотя бы её и совершали главенствующие ведьмы мортрии - было недостаточно, требовалась магия наисильнейших существ.

  - Вампиров, - прошептала Полли, и все действия ведьм ей открылись совершенно ясно.

  Полли сидела и обедала. Слава богу, кухарка была не в обиде за несправедливые обвинения. И когда она пришла в дом к Полли, то сразу же рассказала и о Терезе, и о том, что она, Нэнси, мало того, что порекомендовала мистеру Бригстоуну новую служанку, так еще и скрыла, что эта новая служанка монахиня. Нэнси помогала Терезе, пряча её монашеское одеяния и иногда передавая письма преподобному Грюгелю. При этом не подозревая и даже не думая, что это сокрытие может как-то навредить семье. Так что она признала, что сама виновата в своем увольнении. Если бы она знала, что из-за этой предательницы милый мистер Бригстоун попадет в тюрьму, да она бы сама и монашку эту, и преподобного послала бы так, что их святошные уши завяли. Посмеявшись, Нэнси, радостная, поспешила на кухню, сказав Полли, что её похудевший вид является для неё как для кухарки укором.

   Третий укус Чарльза очистил разум Полли от вампирского дурмана, который мучил её в последние дни, не давая даже толком поесть. И поэтому все блюда обеда показались ей невероятно вкусными - к тому же кухарка явно постаралась приготовить их как можно лучше.

  Часы пробили полдень. Полли опять поднялась к себе. Не зная, чем заняться, она оглядела комнату. Заметив брошенную рукопись брата МакКина, она с радостью кинулась к ней, решив написать этому горе-писателю то, что она думает о его сочинении. Может, это отдавало нахальством, но Полли хотелось помочь этому человеку советом.

  Она написала письмо и в конце порекомендовала вместо детектива попробовать написать комедию, так как у автора к этому явная склонность и даже убийства написаны насмешливо.

  Осталось только подписать конверт. Полли стала списывать адрес и вдруг поняла, что штемпель она уже видела. Полли вскрикнула от радости. Этот же штемпель был на конверте, который якобы прислал ей из Лондона дядя.

  Полли вынула из ящика письменного стола конверт, взяла лупу, которую еще раньше позаимствовала у МакКина, и стала разглядывать второй, еле заметный штемпель. Благодаря лупе она смогла прочесть адрес. Послали это письмо из той же деревни, где жил брат МакКина.

  Вдруг Полли подумала, что ей стоило также внимательно разглядеть и конверт, который прислал заказчик комурам. Она достала его и принялась разглядывать. Яркий свет и мощная лупа открыли ей правду. Под одним лондонским штемпелем был еле заметен второй, и те несколько заметных букв совпадали с адресом, что прочла Полли на предыдущем конверте.

  Сомнений быть не могло, оба эти конверта послали из одного почтового отделения. Неужели деньги на билет из Индии до Лондона ей прислала бабушка?! И заказчиком тоже была Эбигейл Пикрофт. Возможно, бабушка и хотела, чтобы Полли прибыла сюда, чтобы помешать мортриям в их злодеяниях. Если б можно было отправиться в Ирландию прямо сейчас, то можно было бы проверить, живет ли сейчас в той деревушке её бабушка или нет.

  Радостная, что ей удалось разгадать секрет истинного отправителя, Полли спустилась на первый этаж. На часах уже пробило четыре, и не успела Полли подивиться, как надолго МакКин и Чарльз пропали у графини, как дворецкий направился открывать дверь и тут же, в испуге, охнул.

  МакКина внесли в дом двое мужчин, поддерживая его с двух сторон - в одном из них Полли узнала доктора Хтока. Вскочив с дивана, она помчалась за ними к эркеру. Но доктор, вежливо выставив руку вперед, сказал:

  - Лучше проведаете, когда с перевязками будет покончено - видите ли, нюхательную соль я с собой не захватил, - и он закрыл перед оторопелой и взволнованной Полли дверь.

  Второй мужчина, лишь кинув странный взгляд красных вампирских глаз на Полли, ушел сразу же, как доставил МакКина в его комнату.

  Прошел час, в течение которого дворецкий и кухарка по приказу доктора таскали тазы с горячей водой. Потом вышел доктор, Полли кинулась к нему с горящим взглядом, полным вопросов. И доктор, прежде чем пустить Полли внутрь спальни, предупредил:

  - Все хорошо. Рану я обработал и даже не потребуется его везти в больницу. Поначалу казалось, что все намного серьезней, так как никто из нас не понял, в чем дело, ведь кроме ножевого ранения, довольно пустякового - с докторской точки зрения, конечно - графиня ранила Рика каким-то заклинанием, а вот от этого я не знаю ни одного лекарства.

  Полли, готовясь к самому худшему, вошла в спальню к Рику.

  МакКин лежал на кровати и тупо смотрел в потолок. Голова его была перевязана, а по лицу расходились странные, в виде лучей, шрамы. И Рик все время бормотал что-то невнятное. Полли вышла, чтобы не смотреть на эту ужасную картину. Доктор еще не ушел, и Полли, чтобы отвлечь мысли от ужасно невменяемого вида МакКина, спросила у него:

  - Вы тоже были у графини?

  - Да, я интересуюсь не только странными случаями с летучими мышами, - двусмысленно протянул доктор. - Рик пригласил меня в эту увлекательную поездку не только ради равновесия сил, но, смею думать, ради меткости моей руки, ведь я в Примроузском клубе получал несколько лет подряд призы за меткость в стрельбе из лука.

   Полли не стала спрашивать, при чем тут стрельба из лука, а пригласила доктора к чаю, и он с удовольствием согласился.