Три удара колокола - Кошовец Павел Владимирович - Страница 4

- Расслабиться - это значит всё сказанное выше - шутка? А "малышка" - это принцесса крови, которая, как ты, Брада, говорила, выполнила гвардейские нормативы по владению оружием и верховой езде? - осторожно уточнил Верзила.

- Отвечаю по порядку, - негромко и вкрадчиво начала Брада, вновь вспоминая дворцовые уроки общения. - Расслабьтесь - это значит расслабьтесь, то есть выпейте вина, выбросьте из головы лишнее, в конце концов, ослабьте ремни на животах - пусть пресс пивной перины выдохнет свободно. Дальше, всё сказанное мной - не шутка, и какому-либо изменению или дополнению не подлежит. Я бы даже сказала, что это - единственная возможность действовать в верном направлении, ибо нарушение каких-либо пунктов договора будет наказываться карманом вплоть до разрыва контракта. Стоп! - бросила резко, видя наливающиеся гневом физиономии. - Обещаю при разборе конфликтов быть беспристрастной и даже(!) больше принимать вашу сторону, учитывая проказливый характер окружения принцессы. И последнее: я надеюсь подготовку Лидии вы сможете реально оценить сами, так как за отдельную плату буду просить каждого из вас проводить занятия и тренировочные спарринги с ней и желающими.

- Хм, - скептически отреагировал Лири. - Тут есть, над чем подумать, - новь отвернулся к секире. - Но не вижу причин для отказа, - голос его звучал глухо. - Тем более, не собираюсь испытывать никакого дискомфорта - мой дракон предпочитает женщин видных и опытных.

Три удара сердца стояла тишина, а потом снова грянул хохот. Кроме двоих: один был возможно первый раз в жизни смущён, хоть и прятал это чувство в густой бороде, а вторая сердита, случайно подойдя по описанию в достойные внимания женщины первого.

- Однако, - снова подал голос Сетр, когда веселье поутихло, - вопрос требует ответа, - и поочерёдно оглядел своих товарищей взглядом.

Процедура опроса проходила молчаливо, и Брада с интересом наблюдала за выражениями лиц, взглядами и жестами, несущим определённый ответ.

- Мы согласны, - командир повернулся к ней всем телом - пытался максимально убрать левую незрячую сторону с ужасным шрамом. - И теперь я ещё добавлю, - вновь обратился к своим, - я не позволю испортить своё выходное пособие... - поднял руку на неожиданно поднявшийся шум. - Я уже стар и подумываю о собственном трактирчике. Хватит уже мозолить задницу и испытывать судьбу, опасаясь каждый удар сердца потерять единственный глаз. Сумма за поход меня удовлетворяет, вместе с уже накопленным даст реальный шанс осесть... - опустил лицо. - Сказал это сейчас, чтобы вы уже подумывали о судьбе команды: останетесь ли вместе, и кто в таком случае станет вожаком, или разбежитесь, словно мыши - полёвки от кота. Присмотритесь друг к другу со всей серьёзностью и ответственностью, - посмотрел на Браду и вдруг незаметно подмигнул. - Но обещаю: в любом случае, в моём трактире для боевых товарищей будет существенная скидка и первая кружка бесплатно, а если удастся вырасти до постоялого двора, то и чистая постель в пол цены.

- Ура! - заулюлюкали самые эмоциональные. - Слава мудрому Сетру, хозяину постоялого двора!

На губы наёмника, тщательно скрытые усами, взобралась кривая ухмылка, определяемая по движению морщин у глаз и носа.

- Так вот, предупреждаю: если кто-то хочет нарушить мои мирные планы нехорошим поведением, то прежде чем отдать на растерзание нашей нанимательнице, вначале в качестве эспандера яйца нарушителя попадут ко мне.

- Сурово, - ухмыльнулся Ежи. - Но справедливо.

- Мне будет тебя не хватать, - не очень громко на фоне общего галдёжа, создаваемого парочкой "молодых" (ну это относительно, ибо они в конце концов были старше Лидии) проговорил старый боевой товарищ Лири, более десятка лет назад принятый Сетром в команду. А последний, Кол, молчал и с отсутствующим выражением смотрел в сторону окна - бойницы.

- Эй, Сетр! - воскликнул разошедшийся рыжий, в возбуждении встал с лежака и направился к столу, на котором бурдюк вина и куски нарезанного мяса, сыра и хлеба весьма аппетитно позировали любому жаждущему, а, как известно, сытый наёмник - это брехня голодного дракона. - Ты же не собираешься выставляться этой кислятиной, - он хлопнул невозмутимого командира по плечу, забросил в рот кусок мяса, активно и очень выразительно стал жевать, но, постояв удар сердца, недвусмысленно потянулся к штанам, явно намереваясь выйти за угол.

- Мы вообще-то работаем, - напомнил тот. - А заранее выставляться - плохая идея.

- Опа, - как-то невпопад вякнул Ежи, спиной с небольшим ускорением возвращаясь в помещение.

Никто бы не обратил сразу внимания на отрядного шалопая, да вдруг вскочивший с места с неожиданно прищуренными суровыми глазами Кол заставил всех замолчать и повернуться к хлынувшему в распахнутые двери свету... и очень знакомому лязгу.

А на руках присевшего рыжего дёргался и булькал окровавленным горлом королевский стражник, один из давешней троицы.

Влетевший в дверь болт звонко цокнул о кладку, просвистев не очень далеко от головы рыжего. И всё пришло в движение.

Тощий наёмник стремительно бросился к дверям и с тяжким хрустом захлопнул их, последовавшие буквально сразу два тупых бессильных удара с той стороны показали о его предусмотрительности.

Остальные поспешно, но без суеты облачались в кольчуги и доспехи, с лиц исчезли улыбки, появились серьёзные и сосредоточенные выражения, как перед трудной, но необходимой работой.

Брада была уже у бойницы и отчаянными короткими взглядами пыталась нащупать нить происходящего. Слишком велика была вероятность нахождения врага с той стороны, и, соответственно, получения короткой арбалетной стрелы в лоб.

Как-то, будто словив подножку, очень неприятно заныло сердце - как там её Лидия?! И пусть она уже может иметь детей и командовать крупным военным отрядом, для наёмницы она навсегда останется беззащитной, ранимой и непременно в ней нуждающейся девочкой.

Что же случилось?!

- Арбалеты! Бойницы! Пространство! - громко скомандовал Сетр. Опять же, ни азарта, ни испуга, ни элементарного возбуждения в его голосе не было - так, констатация действий.

Верзила, Ежи и Лири замерли у окошек: Лири - у торцевого, а два молодых выбрали крайние бойницы из четырёх фасадных.

Вновь заскрежетала дверь - это, пригнувшись, почти сломавшись пополам, в небольшую распахнутую щель наружу вывалился Кол. Сетр и Брада поспешили ко входу - помочь если что наёмнику.

Какофония звуков на придворцовом пространстве была теперь очень отчётлива и говорила о полной серьёзности происходящего. Это не молодецкие игры юношей и не локальные разборки враждующих подразделений.

Чуть толкнув створку, в помещение вернулся Кол, с его длинного двуручного клеймора и тяжёлого боевого кинжала в левой руке капала тёмно-карминовая кровь. Он внимательно посмотрел в терпеливые глаза командира, и Брада в немом изумлении увидела на его лице открытую, довольную, можно сказать, счастливую улыбку. Мелькнула мысль: неспроста простой люд избегает пересекаться с наёмниками - поди узнай, что у них в голове, тем более молва за ними закрепила клеймо грубиян, мясников, безумцев и... Нормального человека пугает даже случайный удар молотка по пальцу и застрявшая в нёбе рыбная косточка, а кому может нравиться участие в свалке с остро-режущими и издалека прилетающими предметами? Ясно, кому.

Брада оскалилась в ответ.

- Рядом уже никого. Ворота пока закрыты для нас. Солдаты в зелёных плащах, вроде как "грифоны" РоАйци, добивают гвардейцев и небольшие отряды каких-то дворян. Выходить... - замялся, но тут же нехотя продолжил, - не стоит. Можно попробовать переждать здесь начальную эйфорию - достаточно просто контролировать пространство перед пристройкой.

Брада и Сетр синхронно переглянулись и синхронно согласно кивнули головами. Наёмница вдруг ощутила прилив необоснованной радости: руки нетерпеливо перебирали рукоять меча, мысли, как в молодости, скакали от возбуждения, а где-то внутри накапливались антагонисты: холод и ярость. Порезвиться на старости лет? - подумала с кривой ухмылкой.